Разное

Мужские и женские обязанности в семье: : Автор Александр Шахов :: Дни.ру

Содержание

: Автор Александр Шахов :: Дни.ру

К сожалению, в школе нас не учат тому, как строить надежные, теплые, здоровые отношения. Не учат и особенностям мужской и женской психологии, понимание которых крайне важно для создания крепкой семьи. Поэтому психолог Александр Шахов составил два списка обязанностей в отношениях, которые помогут вам привнести в дом мир и гармонию.

Мужские обязанности в отношениях

Специалист выделил следующие обязанности, за которые в крепкой паре отвечает
мужчина:

  • Обеспечение достойного уровня жизни для семьи (комфортное безопасное жилье, одежда, качественная пища).

  • Решение хозяйственных вопросов.

  • Обеспечение домочадцев финансами в зависимости от их потребностей.

  • Защита жены от психологической и физической агрессии со стороны других людей.

  • Понимание женской психологии.

  • Комплименты и подарки.

  • Обеспечение эмоциональной поддержки. Это значит, что женщину нужно выслушивать, признавать ее право эмоции, обнимать.

  • Сексуальное удовлетворение супруги.

  • Участие в воспитании детей на равных с женой.

  • Поддержание своего тела в хорошей физической форме.

  • Самосовершенствование (профессиональное развитие, улучшение социальных навыков, изучение семейной психологии).

  • Принятие ответственности за сложные решения, но с учетом интересов и точек зрения всех остальных членов семьи.

  • Обеспечение порядка, мира в семье. Сохранение справедливого и милосердного подхода к решению спорных ситуаций.

Женские обязанности в отношениях

Для того, чтобы вносить свой вклад в благополучие семьи, женщине, по мнению
Александра Шахова, стоит взять на себя следующие обязанности:

  • Понимание мужской психологии и мужских потребностей.
  • Организация уюта, порядка в доме. Не обязательно в одиночку (часть дел можно
    делегировать мужчине), но с ответственностью за результат.
  • Сохранение возможности для мужа временами побыть одному.
  • Поддержание своей сексапильности, то есть способности вызывать у супруга
    сексуальное желание.
  • Обеспечение качественного секса (мужчины любят творческое разнообразие).
  • Приготовление вкусной пищи, чтобы муж мог качественно питаться.
  • Ласковость.
  • Принадлежность к «стае», то есть уважение партнера как «вожака», сохранение
  • физической и эмоциональной верности.
  • Восхищение подвигами и достижениями мужчины.
  • Оказание ему поддержки в сложные периоды.
  • Уважение и принятие жизни своего мужа с теми правилами и ритуалами, которые
    уже являются ее частью. Это могут быть, например, дети от прошлого брака, субботние рыбалки, отношения с родителями.

  • Сохранение социальных контактов семьи (поздравления родственников с
  • праздниками, поддержание отношений с соседями и т.д.).
  • Забота о детях.

Мужской и женский взгляды на безопасность

Многие пункты, касающиеся мужских обязанностей в семье, так или иначе, связаны с
безопасностью. Поэтому психолог посчитал нужным объяснить, что мужской и женский взгляды на это понятие очень сильно различаются.

«В понимании мужчин безопасность – это защита от внешних угроз. То есть от
воров, хулиганов. Для женщины безопасность – это отсутствие угрозы в принципе, в широком смысле. Это состояние, в котором она чувствует себя спокойно. Именно в этом нуждается женщина, когда просит своего партнера обеспечить ее безопасность. Ей нужно ощущение защищенности, а не датчики движения и заборы с колючей проволокой», – отметил Шахов.

При этом часто сам мужчина и выступает в качестве источника опасности. В роли того,
кто разрушает чувство защищенности. Поэтому достойному мужу стоит научиться защищать партнершу от некоторых собственных поступков. Так, женщина чувствует себя незащищенной, когда ее мужчина:

  1. Не сдерживает обещания. В таком случае она не может на него полагаться,
    чувствует, что в любой ситуации он способен ее подвести. Из-за этого она постоянно тревожится, словно в каждую секунду ждет, что ей в спину вонзят нож. Тревога накапливается, вылезает наружу в виде скандалов, истерик, претензий. Поэтому психолог советует мужчинам взять за правило: сказал – сделал.
  2. Не принимает ее эмоции. Женщине нужна защита не столько от реальной
    опасности, сколько от опасности в ее голове, то есть от страха. Ее постоянно сопровождают беспокойства, тревоги, волнения, обусловленные повышенным уровнем кортизола в ее организме. Эволюционная задача женщины – сохранение потомства. Выполнить эту задачу тем более реально, чем лучше женщина избегает опасностей. Именно о них ее должны предупреждать страхи.

Но часто женщины боятся воображаемых вещей, за что мужчины над ними смеются.
Ведь в их организме вырабатывается больше адреналина – гормона бесстрашия.

«Если женщина говорит о своих переживаниях – мужчине нужно обнять ее, выслушать,
сказать, что все будет хорошо. Как минимум, 50% проблем решаются этим несложным способом. Женщине нужно позволять проявлять эмоции, для нее это необходимо. Когда мужчина принимает их, она чувствует себя защищенной от страха», – посоветовал специалист.

ЧИТАЙТЕ «ДНИ.РУ» В «ИНСТАГРАМЕ» – ПОДАРКИ И ЭКСКЛЮЗИВЫ

Женские обязанности в семье — Психология взаимоотношений

Основными причинами разводов, по мнению аналитиков, является отсутствие любви, доверия, финансовые и бытовые проблемы. Но даже при наличии любви, доверия, денег люди все равно разводятся. Почему? Потому, что в отношениях партнеры ждут друг от друга одних действий, а получают другие. Происходит несоответствие ожиданий и особенно это относится к распределению семейных обязанностей.

После медового месяца, праздник заканчивается, и наступают семейные будни. Но для большинства пар это оказывается «камнем преткновения». Многие с удивлением обнаруживают, что их партнер, вначале такой нежный и внимательный – резко меняется, в результате чего возникают семейные конфликты. Неужели, люди пытаются скрывать свое истинное лицо до брака? Вряд ли, скорее всего, влюбленные не всегда хотят видеть очевидное, а больше живут в своем надуманном мире.

Женщина, в современном обществе, вынуждены обеспечивать свою семью зарабатывая деньги наравне с мужчиной. Но из-за того, что женщина вынуждена заботиться о своей семье, у нее не хватает времени на выполнение своих женских обязанностей в семье. Наш мир так устроен, или так решило общество, в котором мы живем, но все знают, что мужчина должен являться добытчиком в семье, а женщина должна хранить и создавать уют и тепло в этой самой семье.

Так должно быть. Но в реальности — оба партнера работают, чтобы обеспечить свою семью, оба устают, и соответственно женщина ждет помощи от мужчины в решении бытовых вопросов: уборка, стирка, готовка, закупка продуктов и т.д.

И это главная ошибка женщины. Согласитесь, уют, тепло, чистота в доме, вкусная и здоровая еда, чистая одежда – это проявление женской заботы о мужчине. А значит, когда женщина ждет или начинает требовать от мужчины помощи, она в итоге требует, чтобы он сам проявил о себе заботу. Жена предлагает мужу играть ее роль в семье.

Но готов ли к этому мужчина? Конечно, нет. В результате у мужчины происходит внутренний конфликт. Задача мужчины реализовывать себя вне семьи, но женщина начинает его в этом ограничивать. В итоге в семье возникает недопонимание, обиды, разочарование, мужчина начинает испытывать дискомфорт от того, что его значимость для семьи сознательно занижается. Единственный выход в данной ситуации – общение, партнеры должны договориться и решить, кто за что отвечает, уход от решения проблемы ничего не изменит, а только все усложнит и приблизит развод.

Но, что в таком случае делать женщине? Ведь она берет на себя мужскую обязанность по обеспечению семьи? Вступление в брак не должно ограничивать партнеров в дальнейшем развитии. Когда один партнер постоянно развивается, а второй остановился – со временем в отношениях наступит тупик, так как партнеры перестанут друг друга понимать.

Вероятно, женщина должна делать выбор в пользу того мужчины, который сможет обеспечить ее материально и ей не придется «жить на работе» чтобы обеспечить семью. Женщина должна иметь работу для души, от которой получаешь удовольствие, и неважно какой будет оплата, главное чтобы вернувшись с работы у нее были силы и желание позаботиться о семье и муже. Именно это и ценят мужчины – комфорт и уют.

Разумеется, мужчину необходимо привлекать к работе по дому. Но делать это надо деликатно, так, чтобы у него самого возникло желание вам помочь. Когда мужчина любит и ценит вас и вашу заботу о нем, он с удовольствием предложит вам свою помощь. 

Милые женщины, ваша задача ценить, беречь и уважать своих мужчин. Они обязательно ответят вам взаимностью, любовью, заботой и финансовой поддержкой. Роль добытчика оставьте мужчине, а для себя возьмите роль хранительнице домашнего очага.

В чем состоят женские обязанности?

Давайте кратко поговорим о женских обязанностях. Кратко, потому что смысла о них говорить долго и много нет. Их просто нужно выполнять – или учиться выполнять. Выполнять, насколько есть силы и возможности.  Эти наши обязанности гарантируют то, что права наших близких людей будут реализованы.

Быть удовлетворенной
Пожалуй, одна из самых важных обязанностей. И именно ее мы часто игнорируем. Гораздо проще что-то делать – готовить, убирать, стирать. Но когда нам нужно сделать что-то со своим внутренним миром, а точнее, привести его в порядок – задача кажется невыполнимой.

Быть довольной тем, что есть, — это сложно. Это и про принятие мужа целиком, включая его зарплату и маму. Это и про три гвоздики на восьмое марта раз в год, когда хотелось бы охапку роз – хотя бы раз в месяц.
У нас много желаний. Очень много. Но в семейной жизни не все из них реализуются. Для этого требуется время, силы…

Быть удовлетворенной – это не означает перестать желать. Не означает это и отказываться от своей мечты.  Это лишь о том, чтобы уметь быть благодарной за то, что есть.

Умеем ли мы радоваться тому, что у нас есть? Большинство из нас здоровы – с руками, ногами и глазами. И даже если есть проблемы где-то в теле, какие-то болезни, то есть части нашего тела, с которыми все в порядке. Ценим ли мы это?
Ценим ли мы то, что у нас есть муж? Столько девушек вокруг, которые никак не могут найти мужчину или не могут его «уговорить» пожениться. А у нас есть мужья.

Ценим ли мы то, что у нас есть дети? Кто-то вымаливает ребенка, бегает по инстанциям, собирая справки, чтобы взять ребенка из детдома. А у большинства из нас дети есть. Естественным путем  и часто приходящие легко и «случайно».

Ценим ли мы то, что нам есть где жить (даже если жилье съемное), есть что кушать (даже если это не деликатесы, а просто картошка)? Путешествуя по миру, я вижу, что многие люди живут иначе – спят на улице, едят что придется. И так живет очень много людей в Азии. А у нас есть компьютеры, интернеты, телефоны – и нам все время мало.

Цените то, что у вас есть – пусть это всего три платья, но они есть. Пусть это комната в коммуналке, но своя. Пусть это небольшая зарплата, но она ведь есть! Быть удовлетворенной – это означает видеть милость Высших сил, которые так много нам уже дали.

Вспомните своих родителей. Даже если ваши отношения с ними не очень хорошие, они дали вам очень многое. Ваша жизнь пришла через них. Ваша мама наверняка вставала по ночам, чтобы вас покормить, одевала вас на прогулки, меняла вам пеленки и кормила с ложечки. Даже если вам этого мало – она дала вам очень много. А точнее, все, что могла.

И тогда подумайте, сколько нам дал Бог! Если даже перед родителями наш долг неоплатен, а они – лишь проводники в этой цепочке жизни. А Бог нам дал еще больше – свободу выбора, когда мы решили попасть в этот материальный мир. И затем для нас же он создал этот прекрасный мир, позаботился обо всех процессах. А когда мы хотим забыть о нем и сделать вид, что его нет – он снова милостиво скрывается из поля нашего зрения, чтобы мы могли быть в этой иллюзии.

Быть удовлетворенной – это уметь благодарить за все. За хорошее. За плохое. И за плохое благодарить еще важнее, потому что оно всегда открывает перед нами новые горизонты. Нашей семье очень много дало тотальное банкротство несколько лет назад. И еще больше дало заболевание нашего старшего сына. Мы столько всего осознали, поняли, прожили и приняли. Столько перемен произошло, которых бы не было «на ровном месте», если бы все шло однообразно хорошо.

И когда мы становимся благодарными, наградой за это становится исполнение наших желаний. Потому что давать тому, кто благодарен, приятно. Хочется давать ему больше и больше. Поэтому если хочется вам охапку роз раз в месяц – научитесь быть благодарными за три гвоздики на восьмое марта.

Быть счастливой

Не менее важная обязанность каждой женщины. И едва ли не самая главная в семейной жизни.  Очень часто мы мечтаем о том, чтобы пришел кто-то и сделал нас счастливыми. Больше всего надежд возлагается традиционно на принца на белом коне, он же муж.

И очень многие разводятся именно потому, что муж не оправдал ожидания. Не захотел или не смог осчастливить. Тогда они идут дальше и ищут другого принца, другого волшебника. И все потому, что не знают главного секрета.

Брак – это волшебная палочка, работающая в режиме умножения. То есть к чему ее не приложи – она увеличит это в несколько раз. Приложи к счастливой женщине – она станет еще счастливее.

В несколько раз. Но если направить ее на несчастную женщину – она станет еще несчастнее.

Эта палочка – увеличительное стекло, а не преобразователь «минуса» в «плюс». Ни одну несчастную женщину он не сделал счастливой. Разве только что где-то в фильмах и книгах. Но в реальности статистика другая.

В семейной жизни женщине нужно обо всех заботиться. Ей нужно воспитывать детей, строить отношения. Если она к этому подойдет будучи несчастной, то что она сможет дать своим близким? Чему она сможет научить детей?

Так курящие мамы учат своих дочек не курить. А потом удивляются результату. Дети ведь маленькие копировальные аппараты. Они слепо  берут все, что дают родители. Даже если родители хотели бы дать что-то другое.

Если мама работает как сумасшедшая, постоянно орет на детей и мужа, не следит за собой, но настойчиво опекает детей, чтобы они были счастливы, какой итог ожидается? Захочет ли такая девочка замуж? Научится ли она быть счастливой? Или же она поймет, что счастья в семейной жизни тоже нет и будет, как и мама, работать в поте лица и так же кричать на своих детей?

Мы можем дать своим детям и мужьям только то, что у нас есть. Если мы сами несчастны, мы не сможем никого осчастливить.  Поэтому сперва стоит озаботиться собственной жизнью и собственным счастьем. Начать, наконец, делать то, что хочется и что нравится, а не то, что надо. Заботиться о себе, уделять себе время и внимание….

И только потом, когда твои запасы любви будут полными, идти и делиться с близкими. Делиться от избытка, когда счастье через край переливается, когда свет изнутри согревает всех, кто рядом. А не наоборот – сначала обо всех заботиться, ожидая, что они за это сделают тебя счастливой.

Быть красивой

Женщина не должна забывать о том, как она выглядит. Мужчины любят глазами, это все помнят. Но еще важнее, что ее собственная самооценка зависит от того, как она выглядит.

Если она ходит дома с немытой головой и в застиранном халате, то каждый раз, проходя мимо зеркала, она думает:

  • Вот такого отношения к себе я и заслуживаю!
  • Какое такой мымре новое платье!
  • Я такая старая, как бы муж не нашел никого!
  • Какая я некрасивая!

Ни одной позитивной мысли в таком теле точно не родится. Но если она хорошо выглядит даже дома (и точнее – особенно дома!), то ее самооценка крепнет. Она видит в зеркале красивую женщину, которую можно и нужно любить.  Женщину, которой можно и нужно дарить цветы, подарки, носить на руках. И в ее жизни все это происходит. Потому что для нее это – в порядке вещей.

Поэтому красивой нужно быть в первую очередь для себя. Чтобы с самой собой жить было хорошо и комфортно.  Кстати, женщину в депрессии узнать легко – она перестает за собой следить, носит мешковатую и некрасивую одежду, не пользуется украшениями.

Мужчине же нравится, когда дома его встречает красивая жена. Не та, которая дома ходит абы как, а на работу наряжается, словно самый главный человек для нее – там. А наоборот, очень скромно одевается на выход, а самые красивые наряды покупает для него. Сразу понятно, кого она на самом деле любит. Понятно и где ее энергия.

А еще у мужа стоит поинтересоваться, какие детали в твоей красоте ему нравятся. Чтобы не просто быть красивой, но еще и ему нравиться сильнее. Вдруг ему нравятся длинные серьги или распущенные волосы. А может быть, ему нравится, когда ты дома ходишь не в тапочках, а в туфельках. Почему бы не сделать его жизнь еще красивее?

Заботиться о своих близких

Тут многое уже просто и знакомо. Покормить, постирать, погладить, убрать. Позаботиться о муже и на рыбалку напечь ему пирогов. Позаботиться о детях, пригласив в гости всех их друзей.

Здесь важно помнить только один момент. Иногда мы увлекаемся заботой о теле наших близких настолько, что забываем заботиться о душах. А такая забота не приносит удовлетворения.

Находите возможности для сокровенных разговоров с мужем, с детьми, с родителями. Задавайте им сложные вопросы и слушайте. Учитесь их слушать, когда говорят их души. Вопросы могут быть примерно такими:

  • Чего ты хочешь в жизни?
  • Во что ты веришь?
  • О чем ты мечтаешь?
  • Что для тебя самое главное?
  • В чем для тебя смысл жизни?
  • Что тебе нравится делать?

Эти и другие вопросы – по обстоятельствам – помогут вам больше узнать о ваших родных. А они смогут почувствовать вашу любовь и заботу. Что вам не все равно.

Раскрывать потенциал своих близких

Когда мы начинаем знакомиться с душами своих родных, мы уже можем помогать им раскрываться. Когда мы знаем их сильные стороны, их мечты и планы, можно вдохновлять и поддерживать.

То есть вдохновлять нужно не на то, что важно, престижно или как у всех. А именно на то, чего хочет душа человека. Любит ваш ребенок танцы – помогите ему раскрыться в танце, даже если он не станет профессиональным танцором. Нравится вашему мужу работать с деревом, вдохновите его на создание деревянных шедевров в свободное время. Даже если за них никто не платит. Когда человек занимается любимым делом с душой, остальное приходит по пути.

Роль женщины в этом месте очень важна. Ее чуткое и любящее сердце умеет находить сильные качества в близком человеке. И она может сделать так, что он сам в себя поверит. А как же не поверить, когда она так верит?

Помните историю про жену Генри Форда? Она была единственной, кто верил в него. Настолько верила, что по вечерам держала фонарь, когда он собирал первый автомобиль. Никто не верил, все крутили пальцем у виска, а она – верила. И не зря. А муж потом всю жизнь боготворил ее за такую веру.

Главная ошибка в том, что мы не пытаемся сперва понять человека и увидеть, а сразу начинаем что-то из него лепить. Но если мы все – семечки, то каждому свой уход нужен, у каждого свой срок созревания, свои плоды и листья. Из картошки не сделать яблоню. Хоть что с ней делай. Можно только загубить неправильным уходом.

Поэтому сперва стоит рассмотреть, что за семечко рядом с вами? Какой потенциал у этого семечка? Какие сильные стороны? И что оно само хочет? А вот потом уже начинать поливать и удобрять согласно инструкции именно к этому растению.

Создавать и умиротворять пространство

Говорится, что дом – это продолжение тонкого тела женщины. То есть по атмосфере в доме очень многое можно сказать о хозяйке. Где-то бывает очень приятно находиться. Расслабишься, растечешься по дивану с кружкой чая. И пусть даже не совсем прибрано или ремонт не первой свежести – а снова хочется в гости прийти.

А в другие дома, где даже царит идеальный порядок и красивая обстановка, идти не хочется совсем. Бывает так, что атмосфера холодная и пустая. Или очень напряженная и нервная.

Эта атмосфера влияет на всех, кто попадает в дом. И если у гостей есть выбор – приходить или нет, то у мужа и детей такого варианта нет. Задача женщины создать такой дом, откуда никто не захочет уходить. В такой дом муж будет бежать с работы, а дети будут стараться приводить всех друзей.

Это не так просто, ведь нужно со своими тараканами разобраться, чтобы тонкое тело успокоилось немного. Очень хорошо в этом помогает лунная энергия. Очень подробно о ней мы говорили в книге «Предназначение быть Женщиной», и сейчас повторяться не хочется.

Если вы будете выполнять первые три обязанности – быть красивой, счастливой и удовлетворенной – с атмосферой дома проблем не будет. Проверено.

Бытовые дела – с любовью

Смысл женской работы не в том, чтобы приготовить хоть что-нибудь или погладить абы как. Такое машинальное выполнение обязанностей блага не принесет, а может даже наоборот – усложнить ситуацию.

Поэтому нам надо учиться делать все с любовью. Учиться наполнять любовью все то, к чему мы прикасаемся. Помните притчу про царя, который превращал своим прикосновением все, что угодно в золото? Окончание этой притчи стало трагичным. Потому что он превращал предметы не в то, во что нужно.

Если мы своим прикосновением будем превращать все в Любовь, нетрудно понять, что скоро этой любви в нашей жизни будет столько, что можно будет купаться в ней круглосуточно.  Не этого ли  все мы хотим?

Как же все это делать?

  • Готовить, вспоминая радостные моменты своей жизни с близкими. Освящать пищу.
  • Во время мытья посуды представлять, как уходит грязь с вашего сердца
  • Пока гладишь рубаху мужу, думать о том, что сейчас разглаживаешь ему трудности на пути
  • Убираться, представляя, как очищаешь свой ум
  • Зашивать штаны или пришивать пуговицы, представляя, что создаешь оберег, который будет хранить близких
  • Создавать для них одежду своими руками (связать, сшить), думая при этом обо всем хорошем в ваших отношениях
  • Ухаживать за цветами в доме, стараясь каждый цветочек вырастить большим и сильным

И так далее. Важно стараться, чтобы во всех наших действиях была любовь. Много любви – разной, но такой нужной.

Копить энергию

Очень важная обязанность. Внутри каждой женщины должно быть изобилие. Изобилие Любви и Энергии. Тогда все остальное для нее будет простой задачей. И ужин приготовить, и гостей пригласить, и мужа успокоить. С таким внутренним содержанием все по плечу. Любая трудность, любой кризис.

И все трактаты мира сходятся в том, что женщина – это энергия мужчины. И если мы возьмем вайшнавскую философию, то там этот аспект наиболее ярко проявлен. В ней говорится, что у Господа есть Его вечная спутница. Любимая Женщина. И эта женщина – это на самом деле Его Энергия.

По образу и подобию своему Бог создал и нас. И так же в нашей жизни – женщина это энергия мужчины. Ее важная роль в том, чтобы питать его энергией, вдохновлять и наполнять. Если она будет выполнять эту функцию верно и постоянно, то иногда он легко приготовит ужин себе сам или пригласит помощницу в дом для уборки.

Рядом с каждым успешным мужчиной есть женщина. Не всегда это его жена, иногда это мама, дочь, младшая сестра. Но она всегда где-то рядом. Как батарейка, которая постоянно его подпитывает и помогает ему расти и становиться лучше.

Уметь копить энергию, уметь отдавать ее своему мужчине – не так просто. Это прямо противоположно всему тому, чему нас учили в школе или в жизни, где выживает сильнейший. Где немодно быть За Мужем, и все стараются подмять его под себя.

Но счастье обычно приходит тогда, когда мы перестаем кому-то подражать и открываемся законам жизни. Эти законы Господь нам пытается втолковать через священные писания, показывая, в частности, что Его Любимая – это Его Энергия.

Передать хороший сценарий детям

Помните ведь, что дети – копировальные аппараты? Что они копируют наши установки, наши судьбы и сценарии, как мы когда-то скопировали у своих родителей, а они у своих?

И если где-то произошел сбой – а этот сбой за последние сто лет случался почти со всеми и очень часто – то потом очень сложно снова «вырулить» на верную дорогу жизни.

Так часто бывает – как начала одна прабабушка много работать и забывать о себе, так все последующие поколения и живут. Они просто не знают, что можно иначе. У других они такое видят, но в своей жизни такого варианта не рассматривают.

Или развелись родители у нашей мамы, и дальше тянется вереница разводов у всех поколений. Есть некий сценарий, который надо проиграть – так положено.

Чтобы прожить свою жизнь иначе, нужно усилия прилагать. Усилия к тому, чтобы жить осознанно. Видеть эти сценарии и делать другой выбор.

И ровно такие же действия нужно делать, чтобы не передать это дальше, чтобы дети могли жить по-другому. Вернуть семейные сценарии в гармоничное русло, чтобы девочки могли становиться счастливыми женщинами, а мальчики – успешными мужчинами. Чтобы семьи были крепкими. Чтобы отношения радовали.

Передать мы можем только то, чем владеем сами. Поэтому сперва нужно разобраться со своими родовыми связями, сценариями. А потом уже – очень гармонично и легко – передать хорошие сценарии своим детям. Своим примером.

Жить не только для себя и не для близких

И вот эта обязанность помогает семье выходить на новые уровни. Новые уровни отношений, доходов, связей, счастья.

Когда мы живем в обществе потребления и потребляем все, что вокруг, мы привыкаем к этому. И испытываем какое-то счастье. Правда, оно не очень стабильное. И часто что-то делаем только из своей выгоды или корысти. Заботимся о муже, чтобы он нас кормил. Заботимся о детях, чтобы в старости кто-то стакан воды подал.

Но давно уже известно, что гораздо больше счастья в том, чтобы давать. Не в том, чтобы взять что-то для себя. И даже не в том, чтобы взять что-то для своей семьи. А в том, чтобы кому-то что-то отдать. Бескорыстно и просто так – как в том советском мультфильме.

Когда семья начинает жить не только для себя, в ней начинает развиваться бескорыстие. А это делает отношения чище и крепче.

Как это применить на практике?

  • Чаще приглашать гостей и кормить их пищей, приготовленной с любовью. В ведические времена люди не садились есть сами, пока не покормят голодных.
  • Благотворительность. Есть разные способы – деньгами, временем, вещами, вниманием. Хоть чем-нибудь. Ощущение от жизни это меняет сильно.
  • Заботиться о чужих детях. Не обязательно усыновлять малыша, можно просто брать иногда в зоопарк не только своего ребенка, но и его друга или соседа, у которого нет папы.
  • Делать подарки без повода другим людям. Опять же в ведическом обществе было принято дарить гостю вещь, если она ему очень понравилась.
  • Распространять знание.  Помогать людям понять смысл жизни и путь к Богу. Непростая задача, но очень творческая и вдохновляющая.
  • Помогать другим людям, в меру своих способностей и возможностей. Вспоминается советский лозунг: «От каждого по способностям, каждому – по потребностям». То есть вкладывать свои способности, использовать их на пользу другим людям.

В такой семье дети научатся главному – служению. Они получат этот вкус бескорыстия, который потом не позволит им совершать опрометчивые поступки. Это как подушка безопасности в семейной жизни.

Дети, растущие в такой семье, будут увеличивать добро в мире так же, как и их родители. И не оставят последних, когда те будут стары и немощны.

Две очень важные обязанности каждого человека

И есть еще две обязанности. Не только женские. Обязанности любого члена семьи, которые описаны в Священных писаниях. Времена бывают разные – и в какой-то момент муж может не работать по состоянию здоровья, например. И тогда это придется делать жене. Иногда бывает, что жена не может готовить. Так, например, во время критических дней женщине лучше не прикасаться к кастрюлям. Ведь через ее тело идет процесс очищения – зачем же такой энергией близких кормить?

Жизнь она шире любого правила. Поэтому в Священных писаниях описаны две самые главные обязанности, которые стоит выполнять каждому члену семьи.

  • Жить здоровой жизнью.То есть заботиться о своем здоровье и здоровье своих близких. С женской точки зрения – кормить их максимально здоровой и полезной едой. Заботиться о том, чтобы дома каждый мог отдохнуть, например, тщательно выбирать матрацы и постельное белье. Организовывать мероприятия, полезные для здоровья всех, — те же семейные прогулки или совместное занятие спортом.
  • Эта обязанность еще и о том, чтобы прежде чем принимать какое-то решение, подумать обо всех. Всем ли будет хорошо от этого? Например, от переезда или путешествия? Не угрожает ли здоровью ребенка такая нагрузка в школе и кружках? Не слишком ли много работает муж ради того, чтобы мы купили квартиру чуть-чуть побольше? Не забыла ли я о себе и своем здоровье? Хотя об этом можно говорить уже в свете второй обязанности.
  • Инстинкт самосохранения.Когда что-то угрожает нашей безопасности, нам нужно убрать себя из этих обстоятельств. Если муж поднимает на жену руку, ей нужно немедленно переехать. Оставаться там опасно и для нее, и для детей. Но чаще всего это правило касается нас, когда мы забываем о себе и перестаем о себе заботиться. Вроде бы некогда заниматься собой – дети маленькие, хозяйство, муж… Вроде бы не на что платья покупать, все лучшее детям, а сама могу и так – в стареньком халатике…Сохранять себя, быть верной себе, следовать зову своего сердца, не забывать о своей душе  и не откладывать это в самый дальний угол…

Много всего, правда? И наверняка есть, куда расти и где совершенствоваться. Поэтому лучше не разговаривать об этом, а учиться этому. И учиться этому можно и нужно всю жизнь. Этот путь развития никогда не заканчивается. Он становится все интереснее с каждым годом, а знания – все глубже.

Женские обязанности в семье. Делить или не делить? | Мужчина и женщина

Когда медовый месяц позади, когда наступают обычные будни, многие пары, в том числе и «не в первый раз замужем», с удивлением обнаруживают, что партнер, некогда такой нежный, внимательный, дарящий цветы, перестает уделять внимание, становится уже не таким заботливым, возникают конфликты. Думаете, что человек успешно скрывал свою истинную сущность до брака? Все не так просто.

В наше время женщины порой вынуждены наравне с мужчиной зарабатывать деньги, чтобы обеспечить семье достойное существование, и в этой гонке за финансовым благополучием иногда упускается немаловажные женские обязанности в семье. Издревле повелось, что мужчина — добытчик «мамонта». А женщина уж должна этого «мамонта» приготовить и создать все условия для «добытчика», чтобы и на следующий день он сытым, здоровым и отдохнувшим вновь пошел на «охоту за мамонтом» и, может быть, даже придумал и воплотил новые способы поимки того самого «мамонта», а то и более крупного.

Что же видим сейчас? Оба на работе, оба устают, и женщина начинает рассчитывать на помощь мужчины в том, что считалось доселе только ее обязанностями (погладить, постирать, приготовить, убрать), а порой и вовсе относится к домашним делам без должного внимания.

А зря. Ведь как ни крути, а забота об уюте и чистоте в доме, о вкусной и здоровой пище, о чистой и выглаженной одежде — это ведь и забота о мужчине. И когда женщина требует от мужчины помощи, то, получается, требует, чтобы он сам позаботился о себе и своей семье в той части, где полномочия уже не его. То есть женщина предлагает мужчине женскую роль в семье.

Каждый ли мужчина готов к этому? Нет. И подсознательно у мужчины начинается внутренний конфликт. Ему бы реализовываться во вне семьи, а его в этом ограничивают. Отсюда начинаются обиды, недоговоренности, неоправданные ожидания, у мужчины возникает ощущение, что не так уж он и значим в семье. Если у партнеров в такой ситуации не получается вовремя правильно поговорить и договориться — дальше все осложняется только по нарастающей, как снежный ком.

Понятно, что здесь возникает встречный вопрос — а как же женщина? Почему она берет на себя мужскую обязанность в «добыче мамонта»? Мое мнение — партнерство в браке, помимо всех прочих благ, должно давать еще и возможность развития. Если один партнер растет, развивается, а второй застопорился — таким партнерам на каком то этапе может стать просто не по пути.

Поэтому, думаю, женщина должна выбирать «мамонта» себе по силам — чтобы не выматываться до изнеможения на работе. Выбирать образование и работу по душе. И пусть ее доход не станет львиной долей в семейном бюджете, но зато после работы ей будет по силам поддерживать уют, заботиться о семье и создавать благополучный эмоциональный фон в своем домашнем мире. А разве не это ценится мужчиной?

Привлекать мужчину к помощи в домашних делах можно и нужно. Но так, чтобы он сам захотел помогать вам, потому что ценит и любит вас и вашу заботу. Помог — отлично. Не помог — не трагедия.

Резюмируя, хотелось бы сказать женщинам: цените и уважайте своих мужчин, стимулируйте их на финансовые подвиги заботой и вниманием. Оставьте им роль добытчика и станьте надежным тылом и хранительницей семейного очага.

Про мужские и женские обязанности по дому

У меня в промо сегодня висит запись о мужских и женских обязанностях, претензиях полов по отношению друг к другу в отношении домашних дел и праве мужчины на лень после рабочего дня. И такая беспросветная глупость царит в головах большинства людей, такие странные отношения и претензии вытаскиваются на поверхность, что мне начало казаться (не в первый раз), что я знаю что-то мудрое, чего они не знают. Обычно мне в этой мудрости спокойно и даже нет потребности писать об этом и кому-то вещать и доказывать. Но так как в бложике пустовато и СК падает, а бложек это моя любимая игрушка, то давайте и я на баррикаду вылезу и расскажу свои воззрения.

Есть обязанности мужские и женские от природы. Охота за баблом и заточка ножей — мужское, чистота в доме и вкусная еда — женское. Есть домашние обязанности мужского характера — повесить карниз, прочистить канализацию, повесить картину. Часть из них можно делегировать специально обученным людям, но не все, а то дом без хозяина стынет.

Мужские обязанности по дому — это акт хозяйственности, подчинение пространства, проявление заинтересованности мужчины в доме и семье, это мужская энергия, дающая дому силу и защиту.

Женские обязанности — это вложение души жены, матери и хозяйки в пространство и в отношения в этом пространстве. Приготовить поесть можно по-разному — и с улыбкой разогретый полуфабрикат, украшенный треугольничками огурцов гораздо ценнее, чем борщ, шмякнутый на тарелку с раздражением. Атмосфера идет от женщины — улыбнуться при встрече, сгладить углы, проговорить тревожащие мысли. Очень многое во взаимных обязанностях лежит в области эмоций. Эмоции же замешаны на чувствах и на комплексах. Чувства требуют проговаривания — «если у меня неразвешаны картины и я не получаю помощи в заточке ножей и подобных мелочах, я чувствую себя нелюбимой и покинутой». Именно этот формат позволил мне перейти в нашей семье от претензий и обид к выполнению обоюдных обязанностей с удовольствием.

Если на мозг мужчины не давят стереотипы и прочие комплексы, он грамотно балансирует количство домашней работы на себе и получает удовольствие от того, что сделал. Если жена тоже работает — для мужчины не зазорно взять на себя часть по дому. При этом отдыхать надо обоим, как женщине от рутины домохозяйства, так и мужчине от умственной работы. И если количество домашних дел не позволяет отдыхать — просто пересмотреть это количество совместно, способов оптимизации масса, начиная с банального пофигизма и заканчивая сознательным и разумным компромиссом.

Камнем преткновения зачастую является непонимание мужчинами объема работы по хозяйству, когда жена не работает. Кажется — чего там делать то? Мужчины зачастую даже не подозревают о чистке стыков кафеля, мойке выключателей и дверных ручек и пятнадцати мини-уборках после детских игр. Зато им можно об этом рассказать. Главное — спокойно и доброжелательно, ведь наша задача — просвещение, а не скандал, помните об этом 🙂

Upd: забыла картинку подписать — это иллюстрация к анекдоту» ты меня спрашиваешь все время, что я длала целый день, так вот сегодня я ничего не делала».

мужские и женские дела

Как-то мой младший брат меня спросил: «А как ты будешь воспитывать своего ребенка?» Наверное, нет таких методик, чтобы воспитать человека правильно. Потому что в одно время воспитывали так, в другое – иначе. Думаю, здесь есть некая мода на воспитание. Вчера младенцам давали проораться вдоволь, сегодня же молодые родители не боятся затаскать их на руках. А что насчет детей постарше? Ведь ребенку придется расти, тут уж ни у него, ни у родителей нет выбора.

Есть здоровская фраза «если хочешь воспитать ребенка – воспитай себя». По большому счету ему просто нужно подать пример, который он будет считать за правильность.

Но что мы видим сейчас во многих семьях? Девочка (=мама) после работы занята «настоящими женскими» делами: стирка, готовка, уборка и тд. А мальчик (=папа) выбрасывает мусор и иногда пылесосит. И если перечислить все бытовые обязанности, то «маминых» оказывается намного больше. А они плюс ко всему еще и регулярные. Готовить нужно каждый день, а вот кран чинить – нет.

Кстати, недавно компания ZEVA выложила ролик, который рассказал о разделении обязанностей в семье. О неравном разделении. Посыл таков: «маме тяжелее, она тоже ходит на работу, но выполняет вместе с этим домашних обязанностей больше». Получается нечестно. Но, кажется, во многих семьях такие роли воспринимаются как правильные. А потом такие «правильные» роли перенимают и дети. Только дети растут и создают свои семьи. А о том, как они там будут выстраивать отношения никто не задумывается потому что до этого вроде как далеко.

Психолог Елена Вечканова связывает такие установки о женской домашней работе с историчесими моментами. Но сейчас мы существуем в другое время и жить, наверное, нужно немного иначе.

Елена Вечканова,психолог

Здесь очень важна историческая подоплека. Совсем немного времени прошло после Второй мировой войны. И мы как раз то поколение, которое воспитывалось теми родителями, которые были рождены в период, когда мужчин практически не осталось. То есть очень многие ушли на фронт. А те, кто вернулись были физически или психологически сломлены. Поэтому произошел такой момент, когда практически все обязанности легли на женские плечи. В связи с исторической, мировой и государственной установкой.

Женщине приходилось делать все: обеспечивать семью, выживать и кормить. На этом воспиталось целое поколение, которое сейчас продолжает воспитывать уже своих детей. Поэтому это вошло в некоторую норму, что «женщина может все» или «женщина делает все».

Хотя уже сейчас у многих женщин завышенные требования к себе. Другой момент: наше поколение, которое было воспитано нашими родителями… в нем было утеряно много женской ценности. То есть, когда женщине пришлось встать и за себя, и за мужчину, то эта ценность, хрупкость, ранимость, уязвимость были утеряны.

Нынешняя модель поведения – что-то очень привычное. Это как лямка, которая тянется по сей день. Это патриархальный устрой, где мужчина во главе семьи, и при этом он может ничего не делать. А женщина не может себе такого позволить. Потому что она мать, потому что она несет ответственность.

Сейчас растет первое поколение, которые задумывается о том, что такая модель может быть неверна, о том, что есть какие-то иные варианты и возможности. По большому счету, мы сейчас первое женское поколение, которое возвращает себе ценность. Право быть женщиной и быть в большей степени в партнерстве с мужчиной, нежели с такой позиции, когда мужчина занимает более доминирующую роль.

Кстати, в ролике компания утрировано показала подобную модель. Мальчик и девочка бежали одну и ту же трассу, только девочке на дороге попались еще пару дел, без которых она не может продолжить бежать. Так и во взрослой жизни получается. Хотя кого-то подобная модель устраивает, но это полностью их право. Здесь главное договориться. Вопрос лишь в том, чтобы оба партнера видели проблему и смогли ее решить. А затем и показать правильный пример своему ребенку: папа готовит, потому что ему нравится готовить, а мама чинит кран, потому что умеет и любит делать подобные вещи. И они договорились, что обоим комфортно будет именно такое распределение обязанностей. Но не потому, что «так было всегда».

Дети «Нового Омска» рассказали как они видят работу мамы и папы и что думают на этот счет.  

 

Арлан Абишов У меня работают мама и папа. Мама работает прокурором, а папа журналистом. Дома мама следит за моим младшим братиком. Убирается дома. А папа помогает делать маме уборку и готовит еду. Я маме помогаю убираться. А папе готовить. Мне кажется, от работы по дому устает больше мама.

 

Лиза Перевертун

У меня работают и мама, и папа. В мамины обязанности по дому входит готовка. А что делает по дому папа – я не знаю. Хотя иногда папа чистит снег и, если его попросить, то моет посуду. А если папу не просить, то он улыбается. (Смеется.)

Маме я помогаю убираться, готовить… и кормить кота. Папе помогаю строить и мастерить. От работы по дому больше устает мама, потому что она и так дома или на работе весь день работает и сидит за компьютером. А папа по дому делает меньше дел.

Мы спросили у психолога Елена Вечкановой, как ребенок должен понять где «мужские», а где «женские» обязанности.

Елена Вечканова,психолог

Если женщина и мужчина, муж и жена, отец и мать ребенка начнут разговаривать о том, что каждый несет какую-то долю ответственности, то проблем с разделением обязанностей не должно быть. Если оба парнера работают, то тогда справедливо разделять домашние обязанности или уход за ребенком, точно так же как и социальную ответственность.

В идеале, если у женщины в семье женская роль, то есть она в семье больше занимается какими-то домашними делами. Она может точно так же работать, она может быть успешной, но не ради выживания, не ради закрытия базовых финансовых потребностей, а ради того, что она любит свою работу, ей это нравится, и это приносит какой-то доход. Но ее задача боллее женская тогда, когда она с партнером так договорились.  В этом случае, если в семье рождается девочка, то она идентефицирует себя с мамой и никаких сложностей не возникает. То есть она как мама.

А если в семье мальчик, и папа показывает, что мужчина это более ответственный человек, который несет за семью в том числе и финансовую ответственность. Тогда мальчик идентефицирует себя с отцом, с мужчиной. В таком случае все складывается легко. Это такая идеальная картинка.

Если в семье по-другому. То тогда ребенку нужно объяснять. Нужно разговаривать. Показывать, что сейчас реальность такая и в ней может быть «так» или «вот так». То есть к ребенку не следует относится как к кому-то непонимающему или маленькому. Нужно показывать некоторые роли, которые приняты в социуме. И если вдруг что-то не совпадает, то нужно объяснить почему так происходит. Чтобы у ребенка в голове было несколько вариантов. Чтобы ребенок мог понимать, что это не единственно возможная картинка, если в семье происходит что-то определенным образом.

Если же мама воспитывает ребенка одна, то здесь тоже нужно объяснять, что «мужские» задачи они «такие, такие и такие» и «когда ты вырастешь ты будешь таким же как этот человек». То есть ей важно показывать какой-то конкретный мужской пример (ели нет отца рядом, то это может быть дедушка, педагог или тренер). Но мальчику очень важно идентифицироваться с мужчиной, чтобы он мог на кого-то равняться. Потому что когда рождается ребенок (любого пола), то он сначала идентифицирует себя с мамой. Ему кажется, что он такой же. До 7 лет закладываются все сценарии, все паттерны, все шаблоны в детской психике, потому что у нее отсутствует такой важный компонент как «критичность». Поэтому здорово было бы если бы родители и взрослые люди это понимали, знали и обращали на это внимание. Потому что то, что заложиться до 7 лет, оно потом будет как «фундамент», на который нанизывается все остальное. 

 

«Новый Омск» совместно с блогером Аленой Шапарь собрали статистику, где узнали про разделение домашних обязанностей (кстати, в своем блоге Алена часто поднимает тему «неправильного быта»). Общий итог у нас получился такой:

 

Согласно нашему исследованию, мужчины делают по дому меньше дел, хотя респонденты отвечали, что и работают мужчины больше. Но если оба партнера согласны делить обязанности, то делают это охотно. При этом проголосовавшие отметили, что в 70% случаев работают оба партнера. 70% считают, что мужчина работает больше. 65% отмечают, что они делят домашние обязанности честно.

Плохо это или хорошо – решает каждый сам для себя.

А вот решение проблемы, казалось бы, лежит на поверхности, но к нему нужно прийти. На вопрос: «Это больше проблема женщины, что она позволяет своему партнеру быть более уставшим или проблема мужчины, что он не хочет делить все по-честному?» психолог ответила, что все-таки проблема в женщине. Если она себя не любит, то ее вряд ли будет любить и уважать мужчина.

Елена Вечканова,психолог

Мужская и женская психика отличаются. И очень удивительно, что женская психика всегда инициирующая. То есть мужчина относится к женщине так, как внутри у нее заложено. То, насколько она сама себя ценит. И если женщина меняет внутри отношение к себе и у нее появляется больше уважения, больше любви, больше внутренних прав, больше границ, то мужчина начинает через какое-то время на нее реагировать по-другому. 

В этом вопросе я бы начинала с себя и своего состояния. И задавала бы такие вопросы: «Почему в моей семье происходит так, как происходит». Это к тому, что женщина на себе все тащит. И «как бы я хотела по-другому?».

Здесь, конечно, очень много страхов может быть. Страх потерять партнера: «Если я буду какой-то неудобной», страх остаться одной. И очень часто из-за этого женщина терпит. Она терпит, она на многое закрывает глаза. Это из-за отсутствия внутренней ценности и некоторой уверенности в себе. Это все формируется внутри. А все корни в детстве. Потому что некоторая ценность формируется из отношения матери к ребенку в первые два года.

Далее на это влияет какой контакт у девочки с папой. Насколько папа уделяет ей внимание, насколько он ее замечает, насколько он ее хвалит. Тогда у девочки благодаря этому отношению, в первые 3-4 года жизни формируется (либо не формируется) ощущение себя значимой, нужной, красивой и классной вне зависимости от внешних параметров и внешних показателей.

Если у женщины есть внутренняя наполненность сосуда: знание того, что она ценная и нужная, то тогда мужчина будет заботится, будет помогать, будет разделять ответственность. Если этого нет, то мужчина относится так, как он относится. Поэтому если женщина хочет что-то менять в своей жизни, если она хочет, чтобы ее муж больше ей помогал или больше брал ответственность, то начинать нужно с себя, с повышения своей ценности, с проявления недовольства. Говорить то, что не нравится, заявлять о себе, говорить, что «я тоже устаю и работаю» и т.д. То есть по большому счету претендовать на свои права.

Следует говорить о том, что не нравится. И договариваться о том, как мы дальше можем взаимодействовать, чтобы всем было комфортно. Однозначно не нужно терпеть, не нужно молчать, не нужно тянуть эту лямку.

В идеале следует какую-то психологическую литературу изучать или работать с психологом. Таким образом можно допитывать детские эмоциональные дефициты и повышать свою внутреннюю ценность. Потому что как только она появляется, все вокруг начинает меняться.


Самое актуальное в рубрике: Хроники беременной


Больше интересного в жанре: Статьи

кому это нужно?. Наш ребенок.

Для гармоничного существования семьи необходима определенная иерархия, которая работает несмотря на наши социальные роли. Я хочу коснуться глобальной темы, которая сейчас становится все актуальнее, — темы ролей и ответственности по половому признаку в паре, в семье. Что значит быть женщиной и что такое ответственность по половому признаку?

Человек — социальное существо, которое может взять на себя ответственность за любую сферу своей жизни. В наше время все чаще можно увидеть мужчину с пылесосом в руках, а женщину с перфоратором. Природа создала нас так, что биологические мужчина и женщина приспособлены к половому разделению ответственности:

  • Женщина занимается воспитанием детей.
  • Мужчине принадлежит роль добытчика и защитника семьи.

Природа создала все очень гармонично!

Но вместо того, чтобы просто быть женщиной или мужчиной, человек начинает все усложнять и брать на себя ответственность, которая по половому признаку принадлежит другому.

Как происходит подмена обязанностей?

Вы когда-нибудь задумывались, почему женщина хочет, чтобы мужчина мыл посуду? Испокон веков важным окружением женщины были другие женщины, которые помогали ей вести хозяйство и воспитывать детей, существовала, так сказать, женская группа.

В наше время молодые семьи все чаще предпочитают жить отдельно от родителей, и функции тетушек и бабушек женщина пытается переложить на мужчину, привлечь его к исполнению хозяйских дел. А муж в силу того, что он хочет видеть свою женщину счастливой, начинает брать на себя ответственность за исполнение женских обязанностей.

Что происходит потом?

Муж берет на себя дом и заботу о детях, его функция добытчика угасает, и он чувствует раздражение, потому что на свою зону у него уже просто не хватает сил.

А женщина, которая тянет на себе обеспечение семьи, находится в постоянном стрессе, можно сказать — перестает быть женщиной, перестает себя чувствовать желанной и привлекательной и в итоге становится несчастной.

Половая ответственность, то есть возможность следить и поддерживать жизнь в определенной сфере влияния, распределяется согласно наибольшей приспособленности человека к данной области. Да, мужчина способен делать все по хозяйству, а женщина — зарабатывать деньги, но это дается им через усилия и с деформацией психики. Важно понимать:

  • Беря на себя обязательства из чужой зоны, надо помнить, что ответственность за твою зону с тебя никто не снимает.
  • Ты можешь помогать своему партнеру в его зоне, но только тогда, когда справишься со своей.

Что же касается пар, в которых она зарабатывает, а он ведет хозяйство: да есть такие семьи и они даже могут жить счастливо, но только до того, как у них появятся дети! Дети многое меняют, потому что они ближе к биологии, и все наши социальные наслоения им безразличны.

Первая потребность ребенка — это потребность в безопасности, которая лучше всего (в первый период жизни) заполняется матерью, поскольку она ближе к ребенку, чем отец. Отец удовлетворяет потребность в безопасности всей семьи (жены и ребенка). У каждого есть свои функции — мать заботится о ребенке, отец заботится о семье, что делает мать спокойной и уверенной, окружение поддерживает семью в целом, что делает спокойным отца, давая ему опору.

Таким образом, дети растут с правильным пониманием обязанностей и половых ролей, и вы довольны мужем (женой), потому что понимаете свои биологические потребности, которые совпадают с вашей социальной позицией и ролью. Чувствуете себя желанной женщиной, потому что рядом с вами мужчина, который наполняет вашу потребность в безопасности, а вы, в свою очередь, даете ему чувство уверенности и надежного тыла, принадлежности.

Мужчина это очень высоко ценит. Сейчас с этим большие проблемы, можно сказать «сбой» в отношениях: мужчина не дает женщине безопасности, так как не чувствует ее принадлежности к себе. Поэтому если вы научитесь по-настоящему быть женщиной, то будете всегда желанной и любимой!

Гендерные роли

В этой статье доктор Дженнифер Харман обсуждает гендерные роли и то, как они помогают формировать семейные роли и отношения.

Гендерные стереотипы — это наши представления о том, как мужчины и женщины ведут себя одинаково по отношению друг к другу. Стереотипы, по сути, являются чрезмерным упрощением группы людей и содержат множество предубеждений и предрассудков. Например, в США существует стереотип, согласно которому женщины говорят больше, чем мужчины, но исследования показывают, что мужчины на самом деле говорят или «болтают» больше, чем женщины.Исследования неоднократно подтверждали тот факт, что мужчины и женщины больше похожи, чем различны, и что различия между полами больше, чем между мужчинами и женщинами. Это означает, что две женщины с большей вероятностью будут отличаться по определенным чертам, например по щедрости, чем сравнивать конкретного мужчину с определенной женщиной. Гендерные стереотипы играют роль почти во всех сферах семейной жизни.
Ожидания от гендерной роли могут быть полезны во многих отношениях, потому что они могут помочь маленьким детям понять, чего от них ждут в более широком мире, и помогают формировать семейные роли и отношения.Дети узнают, что женщины лучше выражают эмоции, более «нежны» и приятны, чем мужчины. Они узнают, что мужчины должны быть более напористыми, экстравертными и импульсивными, чем женщины. Когда люди действуют в соответствии с этими стереотипами о гендере, они поощряются или подкрепляются другими, и это увеличивает вероятность того, что они будут действовать так же в будущем. Когда они действуют непоследовательно, например, когда девочка ведет себя как мальчишка, или когда мальчик плачет, их могут наказать или дразнить другие.Ожидается, что мужчины или отцы будут стоиками и не такими эмоциональными, как женщины и матери. Ожидается, что мужчины и отцы будут кормильцами семьи, в то время как матери будут в большей степени заботиться о доме и семье. Эти роли приводят к убеждению, что женщины — лучшие матери, чем мужчины — отцы, несмотря на то, что мужчины и женщины могут быть одинаково хорошими родителями. Маленьких мальчиков не часто учат быть нежными или интимными, как девочек, что со временем дает понять, что они просто не так «хороши» в этом, как девочки.Эти роли также подпитывают убеждения, что отцы и мужчины по своей природе более агрессивны, чем матери и женщины, хотя исследования показывают, что женщины столь же агрессивны по-разному.
Несмотря на то, что эти стереотипы создаются и укрепляются в результате нашего взаимодействия с другими людьми, многие люди считают, что гендерные стереотипы являются врожденными чертами… они считают, что мужчины и женщины существенно отличаются друг от друга и что их роли неизменны. Считается, что мамы по своей природе «лучшие» родители.Они «лучше всех знают». Папы по своей природе «лучшие» поставщики. Они «лучшие» приверженцы дисциплины.
Большинство людей не знают, что мы узнаем эти ожидания в отношении гендерных ролей к двум годам. Правильно, двухлетнего возраста. Дети наблюдают за своими родителями, бабушками и дедушками и другими членами семьи, играющими гендерные роли в их семье. Это наблюдение приводит к развитию того, что мы называем гендерными схемами или ментальными шаблонами о том, что подходит мужчинам и женщинам. Теория гендерных схем утверждает, что эти схемы влияют на то, на что мы обращаем внимание, наши воспоминания и наши способности обрабатывать информацию, которая согласуется или несовместима с тем, что мы ожидаем от мужчин и женщин.Например, ребенок может верить, что все врачи — мужчины, и может не замечать стоящую рядом женщину-врача… он может помнить, что врач был медсестрой, потому что это не подтвердило их ожидания. Когда дети достигают половой зрелости, они скоро узнают, чего общество ожидает от них, как от взрослых мужчин и женщин.
Дети тоже общаются со своими родителями — например, отец-стоик может стать «мягкотелым» со своей дочерью. И когда член семьи пытается изменить или бросить вызов ролям или ожиданиям, которые существуют для него, его изменение может не быть поддержано или хорошо воспринято другими членами семьи.Например, если мать хочет вернуться на работу на полную ставку после того, как осталась дома, чтобы воспитывать детей, ее супруг (а) и дети могут оказать давление, чтобы те остались в ее нынешней роли. Когда семейные системы сбалансированы, они, как правило, более открыты для изменений и поддерживают независимость членов семьи, но несбалансированные семейные системы сопротивляются.

Как вы думаете? Публикуйте свои мысли в комментариях и найдите время, чтобы увидеть, что говорят другие учащиеся, и ответить на любые другие комментарии, которые находят отклик у вас.

© Государственный университет Колорадо

Семейные модели гендерного ролевого отношения

Аннотация

Цели исследования заключались в том, чтобы выявить семейные модели гендерного ролевого отношения, изучить условия, в которых эти модели возникли, и оценить последствия гендерных моделей отношения к семейным конфликтам.Участниками были матери, отцы, а также подростки, родившиеся первыми и вторыми, из 358 белых, работающих семей и американских семей среднего класса. Результаты кластерного анализа выявили три модели гендерно-ролевых отношений: эгалитарные родители и дети, традиционные родители и дети, а также расходящиеся модели, когда родители более традиционны, а дети более эгалитарны. ANOVA смешанной модели показали, что эти семейные модели были связаны с социально-экономическим статусом, временем, проведенным родителями за гендерными домашними делами и с детьми, а также гендерным составом диады братьев и сестер.Традиционная семейная группа сообщила о наибольших семейных конфликтах.

Ключевые слова: гендер, семейные системы, социализация, эффекты ребенка

Введение

Хотя важность гендерных ролей в динамике семьи интересовала исследователей в течение нескольких десятилетий (например, Benin & Agostinelli, 1988; Ruble, Martin, & Berenbaum, 2006; Thompson & Walker, 1989), гендерные ролевые установки членов семьи — матерей, отцов, сестер и братьев — обычно изучаются у взрослых и детей отдельно или в рамках одного (т.е., супружеские или родитель-ребенок) диады. Такой подход может ограничить наше понимание того, как связаны гендерные характеристики членов семьи. Как предлагается с точки зрения систем семейств, семейства состоят из взаимосвязанных подсистем (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985), и поэтому понимание одной подсистемы в семействе неполно, если процессы, которые работают в других подсистемах, являются неполными. не рассматривается. Настоящее исследование было направлено на восполнение пробела в литературе по гендерно-ролевым установкам и семейной динамике.Используя данные интервью о семьях в США, мы стремились: (1) определить различных семейных моделей гендерных ролевых отношений матерей, отцов и двух братьев и сестер-подростков с помощью кластерного анализа; (2) изучить условия, в которых возникли различные семейные модели, включая семейный социально-экономический статус (SES), время, которое родители тратят на гендерные домашние дела, время, которое родители проводят с детьми, и половое созвездие братьев и сестер; и (3) оценить последствия семейных моделей гендерного отношения к конфликту между членами семьи.Мы сосредоточились на гендерно-ролевых установках из-за значительных изменений гендерных идеологий в США в последние десятилетия (Fortin, 2005). Мы пришли к выводу, что устойчивые социальные изменения могут по-разному влиять на семьи и членов семьи и, таким образом, порождать различные семейные модели отношения к гендерным ролям, при этом некоторые семьи демонстрируют более традиционные отношения, некоторые — более эгалитарные отношения, некоторые — сходство в отношениях внутри семьи и некоторые демонстрируют различия во взглядах в семье.

Отношение членов семьи к гендерным ролям: совпадение и несоответствие

Нашей первой целью было выявить семейные модели отношения к гендерным ролям. Мы использовали подход кластерного анализа, который включает в себя группировку единиц (в нашем случае семьи) на основе их сходства по множеству показателей и который дает подгруппы, которые максимизируют сходство внутри группы и различия между группами (Генри, Толан и Горман-Смит, 2005). . Этот метод анализа паттернов носит исследовательский характер и включает несколько априорных предположений о структуре результирующих паттернов (Whiteman & Loken, 2006).В семейной литературе попытки определить типы семей, основанные на сходстве и различиях между членами семьи, редки, и мы не нашли предшествующих исследований, которые бы изучали семейные модели отношения к гендерным ролям. Таким образом, у нас не было данных, которые позволили бы сделать наши прогнозы о том, какие типы семей появятся. Однако, как мы описываем ниже, обзор литературы по гендерно-ролевым установкам и теории семейных систем в целом позволяет предположить, что, хотя некоторые семьи могут характеризоваться совпадением отношений между членами семьи (например,g., все члены традиционные или все эгалитарные), другие семьи могут характеризоваться несоответствием (т. е. некоторые члены являются традиционными, а некоторые эгалитарными).

Конгруэнтность и несоответствие между женами и мужьями

Одно направление исследований, основанное на ассортивной теории спаривания (Crow & Felsenstein, 1968), предсказывает, что люди будут склонны выбирать себе партнеров с атрибутами, подобными им самим, и, таким образом, жены и мужья будут больше похожи, чем неродственные женщины и мужчины.Эмпирические данные подтверждают эту точку зрения, показывая, что супружеские пары, по сравнению с парами, образующими случайные пары, более похожи по демографическим характеристикам, ценностям, установкам, личности и психологическим результатам (Luo & Klohnen, 2005). С этой точки зрения, отношение к гендерным ролям жен и мужей должно быть одинаковым.

С точки зрения семейных систем, напротив, предполагается, что семьи представляют собой сложные единицы, состоящие из людей с различным опытом и потребностями (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985).Как единое целое, семьи самоорганизуются в ответ на внешние и внутренние силы. В ходе развития семьи некоторые компоненты семьи могут меняться быстрее, чем другие (Ross, Mirowsky, & Huber, 1983). Например, отношение супругов к гендерной роли может развиваться и меняться с разной скоростью. Исследования, основанные на национальных репрезентативных выборках американских пар, показали, что мужья придерживаются более традиционных гендерных ролей, чем их жены (Bolzendahl & Myers, 2004; Zuo & Tang, 2000).Это неудивительно, учитывая, что концепции мужских привилегий и доминирования присущи традиционным взглядам на гендерные роли (Ferree, 1990). Дальнейшие данные свидетельствуют о том, что влияние ассортивного спаривания сильнее на демографические характеристики, чем на психосоциальные черты: хотя супружеские корреляции психосоциальных черт статистически значимы, размер эффекта обычно варьируется от низкого до умеренного (Epstein & Guttman, 1984). Взятые вместе, теория и выводы о конгруэнтности отношения в супружеских парах могут означать, что некоторые пары демонстрируют схожие взгляды на гендерные роли, а другие — нет.

Конгруэнтность и несовпадение между родителями и детьми

Перспектива социализации подчеркивает роль родителей как наставников, подкрепляющих и моделей гендерных ролевых установок детей (Lytton & Romney, 1991). В частности, родители напрямую сообщают о своих взглядах на пол, давая инструкции, рекомендации и обучение своим детям (Eccles, 1994). Они также усиливают типичное для пола поведение, поощряя вовлечение своих детей в гендерно-стереотипные действия (Lytton & Romney, 1991).Кроме того, сообщения гендерной социализации косвенно передаются через моделирование родителями типичного для пола поведения (Collins & Russell, 1991). Например, дети узнают, что женщины и мужчины (должны) действовать по-разному, когда они замечают, что матери тратят больше времени на уход, а отцы — на досуг со своими детьми. С этой точки зрения родители должны передать свое отношение к гендерным ролям своим детям, что приведет к совпадению взглядов родителей и детей на гендерные роли.

Гендерная схема, напротив, подчеркивает важность когнитивных процессов в гендерном развитии. В детстве и юности молодежь выстраивает схемы соответствующих гендерным аспектам ролей и поведения (Martin & Ruble, 2004). Посредством когнитивных процессов идентификации и категоризации молодежь постоянно интегрирует новые идеи о гендере в свои схемы. Эти процессы основаны на уникальных контекстах обучения, в которых развивается молодежь, включая семейные и несемейные контексты (Serbin, Powlishtak, & Gulko, 1993).Таким образом, хотя с точки зрения гендерной схемы родители также признаются ключевыми агентами социализации, с этой точки зрения молодежь выступает в качестве производителей своего собственного развития (Martin, Ruble, Szkrybalo, 2002), а это означает, что отношение молодежи к гендерной роли информируется, но не определяется. родительскими практиками и большим социальным миром. Фактически, эмпирические исследования показывают лишь скромные, а иногда и незначительные ассоциации между установками гендерных ролей родителей и детей (Crouter, Whiteman, McHale, & Osgood, 2007; Tenenbaum & Leaper, 2002).Эти результаты показывают, что, в то время как некоторые дети моделируют взгляды своих родителей на гендерные роли, другие этого не делают.

Конгруэнтность и несоответствие между братьями и сестрами

Мы знаем гораздо меньше о сходствах и различиях между ориентациями гендерных ролей братьев и сестер, чем о семейных парах и парах родитель-ребенок. Однако в более обширной литературе о братьях и сестрах подчеркивается роль братьев и сестер как моделей, компаньонов и источников советов и подкрепления, особенно в подростковом возрасте, когда родители могут считаться менее осведомленными о социальных нормах и действиях сверстников и школы (McHale, Kim, И Уайтман, 2006).С точки зрения социального обучения процессы влияния должны действовать таким образом, чтобы создавать сходство между установками братьев и сестер по гендерным ролям. Действительно, в соответствии с принципами социального обучения, одно исследование показало, что гендерные отношения старших братьев и сестер предсказывали изменения в отношениях младших братьев и сестер в течение двухлетнего периода (McHale, Updegraff, Helms-Erikson, & Crouter, 2001): когда старшие братья и сестры сообщали более эгалитарное отношение, эгалитаризм младших братьев и сестер со временем усилился.

В этом исследовании, однако, также были выявлены свидетельства конкурирующего процесса влияния братьев и сестер, называемого деидентификацией: когда младшие братья и сестры сообщали о более эгалитарном отношении, отношения старших братьев со временем становились более традиционными (McHale et al., 2001). Результаты также показали, что отношение сестер в среднем было более эгалитарным, чем братьев, а лонгитюдный анализ показал, что со временем отношение сестер к младшим братьям стало более эгалитарным. Выводы о расхождении между братьями и сестрами согласуются с теорией индивидуальной психологии Альфреда Адлера (Ansbacher & Ansbacher, 1956), согласно которой братья и сестры де идентифицируют себя друг с другом в процессе своего развития, выбирая отдельные ниши в своих семьях, чтобы уменьшить конкуренцию. и собирать уникальные семейные ресурсы.В целом, хотя эмпирические данные ограничены, есть основания ожидать как сходства, так и различий между гендерными ролевыми установками братьев и сестер.

В совокупности, хотя вполне вероятно, что будет наблюдаться совпадение гендерных ролей среди членов семьи в одной семье, динамика развития и семейная динамика также могут влиять на различия членов семьи. Как уже отмечалось, последнее согласуется с перспективой семейных систем, которая подчеркивает возможность различий в опыте и точках зрения среди разных членов семьи (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985).Наша первая цель исследования заключалась в использовании кластерного анализа для выявления четких и значимых закономерностей, основанных на отношении к гендерным ролям четырех членов семьи — жен, мужей и двух подростков — из одних и тех же семей.

Условия, лежащие в основе семейных моделей отношения к гендерным ролям

Нашей второй целью было изучить условия, при которых возникают семейные модели отношения к гендерным ролям. Учитывая, что целью кластерного анализа является обнаружение, а не обеспечение соблюдения заранее определенной структуры данных (Whiteman & Loken, 2006), мы не могли точно предсказать, сколько подгрупп будет найдено, или как эти подгруппы будут связаны с другими семейными условиями. .Однако предыдущая литература нацелена на некоторые семейные условия, которые связаны с гендерной традицией родителей и детей: если бы нам удалось определить подгруппы более или менее традиционных семей, мы бы тогда ожидали значительных различий между этими подгруппами по семейным факторам, включая СЭС, родителей. время, потраченное на гендерные домашние дела, время родителей с детьми и половое созвездие братьев и сестер.

Семья SES

Доказательства того, что социально-экономические факторы могут влиять на отношение к гендерным ролям в семье, включают данные о том, что женщины и мужчины с более высоким уровнем образования и доходом выражают более эгалитарные гендерные ролевые ориентации (например,г., Crompton & Lyonette, 2005; Лаки, 1989). В образовательной системе США учащиеся знакомятся с эгалитарными идеями и женскими и мужскими ролевыми моделями, их учат определять гендерные мифы и стереотипы (Brooks & Bolzendahl, 2004; Cassidy & Warren, 1996). Кроме того, более высокий уровень образования обеспечивает как женщинам, так и мужчинам подготовку и квалификацию для получения более высокооплачиваемой работы и, в свою очередь, возможность вносить свой вклад в семейную экономику (Raley, Mattingly, & Bianchi, 2006).Продольные исследования, основанные на репрезентативных выборках в США, показали, что жены, как правило, более эгалитарны, когда они вносят больший вклад в общий доход семьи (Zou & Tang, 2000). В соответствии с перспективой социального обучения дети из более экономически благополучных семей также имеют более эгалитарные гендерные установки (например, Antill, Cunningham, & Cotton, 2003; Kulik, 2002).

Время родителей, затрачиваемое на гендерные домашние задачи

Как уже отмечалось, дети узнают о соответствующем гендерном поведении, наблюдая за поведением своих родителей.Со временем их знания объединяются и формируют когнитивную схему, которая позже систематизирует новые знания о гендере и направляет гендерное поведение (Martin & Ruble, 2004). Основываясь на данных 31-летнего панельного исследования семей в США, Каннингем (2001) обнаружил, что разделение родительской работы по дому, измеренное, когда детям было около года, предсказывало дальнейшее участие детей в домашних делах в их собственном браке. В частности, вклад отцов в стереотипно женскую домашнюю работу предсказывал вовлечение сыновей в один и тот же тип работы в зрелом возрасте.Выводы Каннингема, наряду с другими исследованиями разделения домашних обязанностей (например, Blair, 1992; White & Brinkerhoff, 1981), указывают на важность времени, которое родители тратят на домашнюю работу, в развитии гендерных ролей детей: вероятно, нетрадиционное распределение домашней работы способствовать эгалитарному отношению в семье.

Время родителей с детьми

Другой семейный процесс, который может повлиять на отношение детей к гендерным ролям, — это временная вовлеченность отцов (Risman & Myers, 1997).Уход за детьми — это стереотипно женское занятие, которое означает менее традиционную семейную роль отцов. Это может быть особенно актуально, когда отцы проводят время с дочерьми. С другой стороны, внутрисемейные сравнения показали, что отцы более склонны к занятиям с детьми (особенно мальчиками) по половому признаку, чем матери (Harris & Morgan, 1991; Crouter, McHale, & Bartko, 1993). Согласно обзору Maccoby (2003), диады отец-сын участвовали в экспериментах почти в два раза чаще, чем диады мать-сын.Отцы также более негативно реагируют на плач, страх или признаки слабости у сыновей, чем у дочерей. Эти данные предполагают, что, хотя участие отцов в отношении детей, как правило, отражает более эгалитарную гендерно-ролевую ориентацию, высокий уровень участия отцов выборочно по отношению к сыновьям может укрепить более традиционную гендерную идеологию.

Половое созвездие братьев и сестер

С точки зрения семейных систем подчеркивается двунаправленное влияние между родителями и детьми, и предыдущие исследования показывают, что дети могут влиять на родителей примерно так же, как родители влияют на детей.Макхейл и Краутер (2003) показали, например, что половая констелляция диад братьев и сестер формирует гендерные модели семейной деятельности. Изучая семьи с двумя родителями в США, по крайней мере, с двумя детьми в среднем детстве, они обнаружили, что матери проводят больше времени с детьми, чем отцы в семьях с двумя дочерьми, тогда как отцы проводят больше времени с детьми, чем матери в семьях с двумя сыновьями. То есть, более активное участие родителей было предсказано наличием не одного, а двух детей того же пола.Учитывая, что отцов больше беспокоит гендерная типичность мальчиков (Maccoby, 2003) и что пары братьев и сестер, как правило, проводят больше времени со своими отцами, мы можем обнаружить, что у них более традиционное отношение к гендерным ролям, чем у сестер и сестер. диады. Результаты исследования McHale and Crouter (2003) также показали, что участие детей в домашних делах варьировалось в зависимости от половой констелляции братьев и сестер. Старшие братья и сестры обычно выполняли больше работы по дому, чем младшие братья и сестры, но эта разница была наиболее заметной в диадах старшая сестра-младший брат.Кроме того, в диадах старший брат-младшая-сестра младшие девочки выполняли больше работы по дому, чем их старшие братья. Эти данные свидетельствуют о том, что присутствие мальчика и девочки в одной семье дает родителям возможность укрепить традиционные гендерно-ролевые ориентации. Таким образом, семьи с диадами братьев и сестер смешанного пола могут иметь более традиционные модели гендерных ролей, особенно по сравнению с семьями с диадами братьев и сестер, состоящих из сестер и сестер.

Гендерное ролевое отношение и семейный конфликт

Нашей третьей целью было оценить влияние семейных моделей гендерных ролевых отношений на качество семейных отношений.Как уже упоминалось, в отличие от априорных методов, кластерный анализ не позволяет нам делать точные прогнозы о скрытых паттернах, лежащих в основе, или о том, как производные паттерны будут связаны с другими конструкциями (Whiteman & Loken, 2006). Однако предыдущая литература предполагает, что члены семьи с разными взглядами менее удовлетворены своими семейными отношениями. Если бы мы оказались успешными в выявлении подгрупп семей, для которых характерно совпадение и несовпадение позиций членов семьи, литература в целом предполагает, что в семьях, отмеченных несоответствием, будет больше конфликтов.

Брачный конфликт

Было установлено, что качество брака связано с супружеским сходством. Пары, которые схожи по ценностям, интересам к отдыху, ролевым предпочтениям и когнитивным навыкам, как правило, более удовлетворены своим браком, чем те, которые не похожи друг на друга в этих аспектах (например, Burleson & Denton, 1992; Ickes, 1993; Kaslow & Robison, 1996 ). Кроме того, на основе национальных репрезентативных выборок пар в США, Лай и Библарц (1993) обнаружили, что, когда пары не соглашаются в отношении гендерных ролей (т.е., разделение работы по дому), как жены, так и мужья сообщают о более высоком уровне напряженности в браке и конфликтах. Как заметили Кук и Джонс (1963), пары с разными ценностями и установками могут испытывать трудности в отношениях, потому что они оценивают события с разных точек зрения. Разным женам и мужьям, возможно, придется постоянно вести переговоры и пересматривать свои супружеские роли — процесс, который может породить новые источники разногласий и проблем.

Конфликт между родителями и детьми

Лишь несколько исследований изучали несовпадение отношений между поколениями и его связь с отношениями между родителями и детьми.Например, ограниченное количество исследований аккультурации документально подтвердило существование межпоколенческих конфликтов из-за различий в аккультурации родителей-иммигрантов и их детей (например, Atzaba-Poria & Pike, 2007; Tsai-Chae & Nagata, 2008; Ying & Han, 2007). В целом полученные данные показывают, что, когда родители и дети демонстрируют заметные расхождения в культурных ценностях и отношениях, они сообщают о большем конфликте и ухудшении качества отношений. Сопоставимые последствия могут иметь место, когда родители и дети по-разному относятся к гендерным ролям.Подобно разным парам, разным родителям и детям, возможно, придется договориться и пересмотреть свои роли в семье, что, в свою очередь, может поставить под угрозу отношения между родителями и детьми. Однако важно понимать, что в некоторых случаях родители поощряют отклонение детей от отношения родителей (Acock, 1984), и поэтому несоответствие не всегда может приводить к проблемным отношениям.

Конфликт между братьями и сестрами

Наш обзор литературы не обнаружил исследований, связывающих сходство отношения между братьями и сестрами с конфликтом между братьями и сестрами, и с теоретической точки зрения прогнозы противоречивы.Теории социального обучения подчеркивают роль теплого и заботливого поведения модели в наблюдательном обучении (Bandura, 1977), и действительно, некоторые исследования показывают, что братья и сестры с более близкими отношениями демонстрируют большее сходство в своем поведении (McHale et al., 2006). С другой стороны, теория дифференциации братьев и сестер предполагает, что братья и сестры выбирают разные ниши в своих семьях, чтобы уменьшить соперничество между братьями и сестрами (Ansbacher & Ansbacher, 1956). С этой точки зрения конфликты между братьями и сестрами должны быть ниже, когда братья и сестры демонстрируют большие различия в своем отношении к гендерным ролям.

Цели и гипотезы исследования

Настоящее исследование было разработано для решения трех исследовательских задач. Наша первая цель заключалась в использовании отчетов матерей, отцов, а также первых и вторых братьев и сестер об отношении к гендерным ролям в качестве переменных для кластеризации для выявления групп семей, которые различаются по общесемейным моделям отношения к гендерным ролям. Мы следили за недавними исследованиями (например, Allen & Olson, 2001; Fisher & Ransom, 1995; Fowers & Olson, 1992) и использовали двухэтапный подход кластерного анализа.Сначала был проведен иерархический кластерный анализ с использованием косинусного индекса сходства со средней связью. Семьи были последовательно объединены в пары, пока все единицы не были сгруппированы в общий кластер. Здесь использовалась иерархическая кластеризация, поскольку нелинейные методы не могут представлять вложенные структуры в многомерных данных (Henry et al., 2005). Решения с разным количеством кластеров сравнивались на основе нескольких критериев остановки, включая паттерны дендрограммы, интерпретируемость и размер ячеек (Blashfield & Aldenderfer, 1988).Во-вторых, был проведен подтверждающий факторный анализ с использованием метода K -средних. Дополнительный кластерный анализ определил, можно ли воспроизвести выбранную кластерную структуру, полученную в результате иерархического кластерного анализа (см. Whiteman & Loken, 2006, где подробно обсуждаются процедуры и преимущества этого двухэтапного подхода). Чтобы дополнительно проверить нашу гипотезу о моделях гендерного ролевого отношения, мы провели анализ дисперсии смешанной модели (ANOVA), чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в переменных кластеризации.

Наша вторая цель состояла в том, чтобы изучить условия, при которых возникают различные модели гендерного ролевого отношения, путем сравнения семейных кластеров с точки зрения SES, времени родителей, потраченного на гендерные домашние дела, времени родителей с детьми и половой констелляции братьев и сестер. . Здесь мы провели серию смешанных моделей ANOVA и анализа хи-квадрат, чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в этих факторах.

Наша третья цель состояла в том, чтобы оценить потенциальные последствия семейных моделей для семейного конфликта путем сравнения семейных кластеров с точки зрения брака, конфликта между родителями и детьми, а также конфликтов между братьями и сестрами.С этой целью мы также провели смешанные модели ANOVA, чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в семейных конфликтах.

Мы проверили следующие гипотезы.

  • 1

    Кластерный анализ позволит выявить семейные модели, характеризующиеся конгруэнтностью и несоответствием гендерных ролей членов семьи.

  • 2 (a)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, у родителей будет более низкий уровень СЭС (т.е., более низкий уровень образования и дохода).

  • 2 (b)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, у родителей будет более традиционное разделение домашнего труда.

  • 2 (c)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, отцы будут проводить больше времени с сыновьями.

  • 2 (d)

    Группа семей с более эгалитарными моделями гендерного ролевого отношения будет включать больше семей с двойными братьями и сестрами девочка-девочка по сравнению с парами мальчик-мальчик или смешанными братьями и сестрами.

  • (3)

    В семьях, для которых характерно несовпадение гендерных ролевых отношений между членами семьи, будет более высокий уровень супружеских конфликтов, конфликтов между родителями и детьми, а также между братьями и сестрами, по сравнению с семьями, характеризующимися конгруэнтным гендерно-ролевым отношением всех членов семьи.

Метод

Участники

Участниками были 358 семей с двумя родителями из двух когорт лонгитюдного исследования семейных отношений. Одна когорта включала первенца и второго брата и сестру, которые были в среднем детстве, когда они впервые вошли в исследование, а вторая когорта включала первенца и второго брата или сестру, которые были в подростковом возрасте, когда они впервые вошли в исследование.Письма о приёме на работу были отправлены домой всем семьям с детьми целевого возраста в школьных округах северо-восточного штата. В письмах разъяснялась цель исследовательского проекта и описывались критерии участия. Семьям выдали открытки, которые они должны были заполнить и вернуть, если они были заинтересованы в участии. Семьи имели право на участие, если пара состояла в браке, оба родителя работали, и у них было как минимум двое детей среднего или подросткового возраста, разница в возрасте которых составляла не более четырех лет.Более 90% семей, вернувших открытки, имели право и в конечном итоге приняли участие. Для настоящего анализа мы использовали данные только по одному случаю для каждой когорты, в которой (а) были собраны данные о гендерных отношениях как родителей, так и детей; (б) дети были в раннем (младшие братья и сестры) и среднем (старшие братья и сестры) подростковом возрасте.

Это исследование включало выборку исключительно белых из рабочего и среднего класса. Средний доход составлял 24 756 долларов ( SD, = 17 733) для матерей и 48 747 долларов ( SD, = 28 158) для отцов.Средний уровень образования составлял 14,66 лет ( SD, = 2,19) для матерей и 14,60 лет ( SD, = 2,39) для отцов, где 12 баллов означали выпускника средней школы, а 16 — выпускника колледжа. Средний возраст составлял 42,05 года ( SD, = 3,95) для матерей, 44,17 года ( SD, = 4,70) для отцов, 16,72 ( SD, = 0,80) для первенцев и сестер и 14,20 года ( SD, = 1,12). ) для вторых братьев и сестер.

Процедура

Мы собирали данные с помощью домашних и телефонных интервью.Обученные интервьюеры посещали семьи для проведения индивидуальных домашних интервью. В начале интервью было получено информированное согласие, и семья получила гонорар в размере 100 или 200 долларов в зависимости от фазы исследования. Затем члены семьи были опрошены индивидуально. В ходе интервью члены семьи рассказали о показателях развития, адаптации и семейных отношений.

В течение двух-трех недель после домашних собеседований родители и дети соответственно прошли четыре (3 будних дня, 1 выходной день) и семь (5 будних дней, 2 выходных дня) ночных телефонных интервью.Обученные интервьюеры звонили членам семьи в свои дома, в основном в вечерние часы. Каждый член семьи завершил свою часть звонков индивидуально. Интервьюер провел каждого родителя и ребенка по списку действий и исследовал контекст любых завершенных действий, включая тип действий, их продолжительность и с кем они участвовали в этих действиях. Молодежь рассказывала о своей деятельности, в том числе о домашних делах, личных занятиях, занятиях спортом и хобби.Родители сообщали обо всех своих домашних делах, а также о любых действиях, которые они выполняли с любым из детей, используя предоставленный список занятий. Двое детей участвовали во всех семи телефонных звонках, а родители участвовали в четырех звонках каждый. Телефонные интервью длились от 30 до 45 минут на звонок.

Меры

Общие характеристики

Мы собрали информацию о возрасте членов семьи, уровне образования и доходе родителей во время домашних собеседований с родителями.

Отношение родителей к гендерной роли

Родители заполнили Шкалу отношения к женщинам (ATW) из 15 пунктов (Spence & Helmreich, 1972). Примером было следующее: «В общем, отец должен иметь больше полномочий, чем мать, в принятии решений о воспитании детей». Ответы варьировались от 1 ( полностью согласны, ) до 4 ( полностью не согласны, ). Показатели отношения родителей были рассчитаны путем суммирования баллов по всем 15 пунктам, причем более высокие баллы указывали на более традиционные взгляды на гендерные роли.Альфа Кронбаха была 0,80 для матерей и 0,77 для отцов.

Отношение молодежи к гендерным ролям

Молодежь заполнила шкалу отношения к женщинам (Spence & Helmreich, 1972) или шкалу отношения детей к женщинам (Antill, Cotton, Goodnow, & Russell, 1993). Для двух когорт использовались разные шкалы, поскольку дети участвовали в нашем продольном исследовании в разном возрасте. Учитывая, что использовались разные меры, оценки молодежи по каждой шкале были стандартизированы в пределах когорты и порядка рождения.Шкала отношения к женщинам, заполненная молодыми людьми, которые вошли в исследование в подростковом возрасте, была той же мерой, что описана выше для родителей. Альфа Кронбаха была 0,80 для первенцев и 0,81 для вторых братьев и сестер. Шкала отношения детей к женщинам, заполненная молодыми людьми, которые вошли в исследование в среднем детстве, представляла собой показатель из 19 пунктов с ответами в диапазоне от 1 ( полностью согласен, ) до 4 ( категорически не согласен, ). Примером было следующее: «Сыновьям в семье нужно помогать учиться в колледже больше, чем дочерям.Альфа Кронбаха была 0,88 для первенца и 0,83 для вторых братьев и сестер. Оценки отношения молодежи были вычислены путем суммирования баллов по всем 19 пунктам, причем более высокие баллы указывали на более традиционные взгляды на гендерные роли.

Время родителей, потраченное на женские домашние дела

Мы оценили участие родителей в женских домашних задачах с помощью телефонных интервью с родителями. В частности, матери и папы сообщали, сколько времени они тратят на мытье посуды, приготовление еды, уборку дома (например,g., вытирание пыли, мытье полов) и стирка за 4 дня использования данных. Эти задачи были названы женскими задачами на основании предшествующей теории и исследований (Atkinson & Huston, 1984). Кроме того, парный тест t показал, что матери в этой выборке сообщили, что тратят на эти задачи значительно больше времени, чем отцы, t (341) = 22,78, p <0,01. Отчеты об этих мероприятиях были объединены по четырем звонкам, выполненным каждым родителем, чтобы построить показатели того, сколько времени матери и отцы тратили на стереотипно женские домашние дела.Для коррекции асимметрии использовались преобразования квадратного корня из общей продолжительности времени (минут за 4 дня).

Время, проведенное родителями с детьми

Мы оценили совместное времяпрепровождение родителей и детей с помощью телефонных интервью с молодежью. Диадическое время родитель-ребенок (совместное время родитель-ребенок, в котором больше никого не было) измерялось путем суммирования минут, которые каждый ребенок сообщил о своих расходах наедине с каждым родителем по всем видам деятельности и по семи вызовам, выполненным каждым ребенком. Для коррекции асимметрии использовались преобразования квадратного корня из общей продолжительности времени (минут за 7 дней).

Брачный конфликт родителей

Родители заполнили шкалу из 5 пунктов, разработанную Брайкером и Келли (1979). В качестве примера был задан вопрос: «Как часто вы злитесь или обижаетесь на своего партнера?» Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 9 ( очень сильно ). Общие баллы по семейным конфликтам рассчитывались путем суммирования баллов по каждому из 5 пунктов. Альфа Кронбаха составляла 75 и 0,73 соответственно для отчетов отцов и матерей о семейных конфликтах.

Конфликт родителей и детей

Молодежь выполнила задание из 11 пунктов, адаптированное из работы Сметаны (1998).Молодежь сообщила о частоте конфликтов в 11 сферах повседневной жизни (например, работа по дому, домашняя работа / учеба, общественная жизнь, время отхода ко сну / комендантский час) соответственно для матерей и отцов. Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 6 ( несколько раз в день ). Общие оценки конфликта между родителями и детьми были рассчитаны путем суммирования оценок для каждого из 11 доменов. Отдельная оценка была рассчитана для каждой диады родитель-ребенок (т.е. мать-первенец, мать-второй ребенок, отец-первенец, отец-второй ребенок).Альфа-коэффициенты Кронбаха варьировались от 0,78 до 0,83.

Конфликт молодежи с братьями и сестрами

Молодежь заполнила шкалу из 5 пунктов, разработанную Стокером и Макхейлом (1992). В качестве примера был задан вопрос: «Как часто вы злитесь или злитесь на своего брата / сестру?» Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 5 ( очень сильно ). Общие баллы конфликтов между братьями и сестрами были рассчитаны путем суммирования баллов по каждому из 5 пунктов. Альфа Кронбаха составляла 0,75 и 0,79 соответственно для отчетов о конфликте между братьями и сестрами, родившимися первыми и вторыми.

Результаты

Средние значения и стандартные отклонения всех переменных в исследовании показаны отдельно для матерей, отцов, а также братьев и сестер первого и второго родов женского и мужского пола. Тесты парной выборки t показали, что матери имели значительно более низкий доход, t (352) = -13,35, p <0,01, были более эгалитарными, t (357) = -5,18, p <0,01, тратит больше времени на домашние дела, т (341) = 22,78, р <.01, и сообщил о более высоком уровне супружеских конфликтов по сравнению с отцами, t (353) = 5,28, p <0,01. Независимая выборка t -тесты показали, что первые и вторые родившиеся девочки были более эгалитарными, чем первенцы, t (356) = -9,95, p <0,01, и мальчики, рожденные вторыми, t (356 ) = -7,09, p <0,01. Подростки также проводили больше времени со своими однополыми родителями: в то время как девочки, родившиеся первыми и вторыми, проводили больше времени с матерями, чем первенцы, t (339) = 6.90, p <0,01, и мальчики, родившиеся вторым, t (339) = 5,46, p <0,01, мальчики, родившиеся первым и вторым, проводили больше времени с отцами, чем первенцы, t (339) = -4,44, p <0,01, и девочки, родившиеся вторыми, t (339) = -3,10, p <0,01.

Таблица 1

Средние значения (и стандартные отклонения) всех переменных, сообщаемых матерями, отцами и молодежью




Девочки ( N = 176)

детский

903 903

903

Матери Отцы Первенцы Вторые дети
Мальчики ( N = 182) Девочки ( N = 178) Мальчики ( N = 180)
Образование родителей 14.66 (2,19) a 14,60 (2,39) a
Доход родителей 903,756 (17321)

24321 48 747 (28 158) b
Отношение к женщинам 26,19 (6,05) b -.48 (0,70) a 0,45 (1,03) b −,36 (0,87) a 0,35 (1,01) b

903 903

Время родителей на домашние дела 18,07 (8,77) a 8,76 (5,13) b

8.16 (5,44) a 4,46 (4,43) b 9,42 (5,49) a 6,42 (4,60) b 23 903 903 903 детский 4,87 (4,31) a 7,33 (5,78) b 6,30 (4,75) a
Брачный конфликт 20.03 (6,28) a 18,28 (5,87) b
Конфликт матери и ребенка — 903 6,06) a 23,52 (5,94) a 24,43 (6,15) a 25,19 (7,06) ребенок

21.97 (6,23) a 22,02 (6,12) a 22,22 (6,79) a 23,16 (6,54) a
18,85 (7,50) а 19,07 (7,23) а 19,42 (7,66)

Паттерны гендерного ролевого отношения

Гипотеза (1) утверждала, что кластерный анализ позволит выявить семейные паттерны, характеризующиеся конгруэнтностью и несоответствием гендерных ролевых установок членов семьи.Перед проведением кластерного анализа все отчеты об отношениях были стандартизированы, чтобы переменные с большими отклонениями не преобладали в кластерном решении. Мы сравнили несколько решений с двух-, трех-, четырех- и пятикластерными структурами, полученными на основе иерархической кластеризации. На основе нескольких критериев остановки, включая паттерны дендрограмм, интерпретируемость и размер ячеек (Blashfield & Aldenderfer, 1988), мы выбрали трехкластерное решение как наилучшую характеристику данных.Решение было воспроизведено методом кластеризации K -средний, χ 2 (4) = 286,68, p <0,01 (см.). Возникли три модели семей, которые соответствовали нашим ожиданиям: традиционная группа ( n = 164), в которой оба родителя и оба брата и сестры имели баллы выше выборочных средних по традиционности гендерно-ролевого отношения, эгалитарная группа ( n = 126) , в которой оба родителя, а также оба брата и сестры получили оценки ниже средних по гендерно-ролевой традиционности, и расходящаяся группа ( n = 68), в которой родители сообщили об относительно более традиционных взглядах, но братья и сестры сообщили об относительно менее традиционных взглядах (см. и для стандартных средних значений). переменных кластеризации).

Семейные модели отношения к гендерным ролям

Таблица 2

Перекрестное табулирование результатов методов иерархической кластеризации и кластеризации K-средних

501 9029

9019 9019 9019

Стандартный 3 Средние значения (и стандартные отклонения) кластеризации переменных по типам семейств

Иерархический K -Means
Кластер 1 Кластер 2 Кластер 3 Всего
Кластер 1 100 35 29 164 164 18 126
Кластер 3 1 10 57 68
Итого 101 153 104 153 104
90 280

Кластер 1: традиционный Кластер 2: эгалитарный Кластер 3: расходящийся
Отношение матери .41 (1.01) a , 1 −.73 (.60) b , 1 .34 (.83) a , 1
Отцовское отношение 0,18 (0,91) a , 2 −,69 (0,72) b , 2 0,71 (0,79) c , 2
Отношение старших братьев и сестер .57 (1,02) a , 3 , 4 −,52 (0,73) b , 2 −,45 (0,57) b , 3 , 4
Отношение младших братьев и сестер 0,71 (0,89) a , 1 , 3 , 4 −0,5321 b , 1 , 2 −.68 (.52) b , 1 , 3 , 4

Для дальнейшей проверки нашей гипотезы Мы сравнили кластеры, используя смешанную модель ANOVA 3 (кластер) × 4 (член семьи), и обнаружили значимые одномерные эффекты для матерей, F (2, 357) = 71.29, p <0,01, ε = 0,53, отцовский F (2, 357) = 72,56, p <0,01, ε = 0,53, первенцы, F (2, 357) = 65,70, p <0,01, ε = 0,51, и второрожденные, F (2, 357) = 131,12, p <0,01, ε = 0,65, гендерные ролевые установки (см.) , а также значительный межгрупповой эффект кластера, F (2, 357) = 233,93, p <0,01, ε = 0,75, и значимое взаимодействие кластера × члена семьи, F (2, 357) = 29.59, p <0,01, ε = 0,37.

Последующие тесты Тьюки для одномерных эффектов показали, что отцы во всех группах значительно отличались друг от друга по своим гендерно-ролевым установкам, причем отцы в расходящейся группе сообщили больше всего, а отцы в эгалитарной группе сообщили о наименее традиционных взглядах. . Результаты также показали, что матери в эгалитарной группе значительно отличались от матерей как в традиционных, так и в дивергентных группах, но матери в традиционных и дивергентных группах не различались.Наконец, как первородящие, так и вторые дети в традиционной группе значительно отличались от детей в эгалитарных и дивергентных группах, но между двумя последними группами различий не было.

Чтобы проследить взаимодействие кластера × член семьи, мы исследовали разницу в баллах между членами семьи с помощью последующих тестов Тьюки. Начиная со сравнений матери и отца, этот анализ показал, что родители отличались друг от друга как в традиционной, так и в расходящейся группе, так что отцы были менее традиционными, чем матери в традиционной группе, но более традиционными, чем матери в расходящейся группе.Не было различий между братьями и сестрами ни в одной из групп. Наконец, за исключением разницы между отцом и вторым ребенком в традиционном кластере, дивергентный кластер был единственным типом семьи, в котором различия между родителями и детьми были значительными.

Условия, лежащие в основе семейных моделей гендерного ролевого отношения

Чтобы определить условия, при которых возникли различные семейные модели гендерного ролевого отношения, мы провели серию смешанных моделей ANOVA и анализа хи-квадрат.В частности, в ходе анализа изучались различия между семейными кластерами с точки зрения SES, времени, затрачиваемого родителями на гендерные домашние задачи, времени, которое родители проводят с детьми, и половой констелляции диады братьев и сестер (см. И).

Таблица 4

Средние значения (и стандартные отклонения) демографических переменных, домашних задач родителей и общего времени между родителями и детьми по типам семей

8,3

Кластер1: Традиционный Кластер2: Эгалитарный Кластер3
Управляющие переменные
Материнское образование 14.31 (2,10) a 15,42 (2,20) b 14,07 (2,02) a
Отцовское образование

15,43 (2,44) b 14,26 (2,32) a
Материнский доход 22, 666 (14,319) a 283 b 21, 632 (22,601) a
Доход отца 47, 570 (27,462) a 53, 44, 743 (45,130) a
Время родителей
Женские задачи матери 18.26 (5,38) a b 17,18 (5,09) a 19,29 (4,92) b
Father Feminine Tasks 9,73 (4,72) a 7,92 (5,32) b
Разница в женских задачах отца и матери 10,08 (8321) 58 (6,93) b 11,46 (6,73) a
Мать-первенец 6,06 (5,12) 6,65 (5,5) a
Младенцы-второрожденные 7,36 (5,24) a 8,35 (5,28)
Отцы-первенцы 5.54 (5,18) a 5,95 (5,05) a b 7,58 (5,44) b
Отец-второкурсники 7,47 (4,55) a 6,40 (4,85) a

Таблица 5

Распределение (и процентное содержание ячеек) родственных семей по типам полов 8-927

Кластер 1: традиционный Кластер 2: эгалитарный Кластер 3: расходящийся Всего Девушка-девочка 22 (6.15%) 36 (10,06%) 30 (8,38%) 88 Мальчики 46 (12,85%) 30 (8,38%) 12 (3,35%) 88 Мальчик-девочка 42 (11,73%) 34 (9,50%) 14 (3,91%) 90 Мальчик-мальчик 54 (15,08%) 26 ( 7,26%) 12 (3,35%) 92 Итого 164 126 68 358

Гипотеза 2 (а) предполагала, что в семьях больше традиционного пола родителей ролевые отношения имели бы более низкую СЭС.ANOVA смешанной модели 3 (кластер) × 2 (родительский) выявил значительное влияние кластера на доход матери, F (2, 352) = 5,07, p <0,01, ε = 0,15, тренд - влияние уровня кластера на доход отцов, F (2, 352) = 2,19, p <0,11, ε = 0,08, и значительный общий эффект кластера, F (2, 352) = 6,29, p <0,01, ε = 0,17. Последующие тесты Тьюки показали, что в соответствии с нашей гипотезой, родители как в традиционных, так и в расходящихся семьях имели значительно более низкий доход, чем в эгалитарных семьях.Кроме того, смешанная модель ANOVA 3 (кластер) × 2 (родитель), сфокусированная на образовании матерей и отцов, показала значительное влияние кластера на образование матерей, F (2, 355) = 13,01, p <. 01, ε = 0,25, образование отца, F (2, 355) = 13,08, p <0,01, ε = 0,25, и общий эффект между кластерами, F (2, 355) = 17,82 , p <0,01 ε = 0,29. В соответствии с нашими ожиданиями, контрольный тест Тьюки показал, что родители как в традиционных, так и в расходящихся семьях имели значительно более низкий уровень образования, чем родители в эгалитарных семьях.Учитывая эти результаты и значительную корреляцию между образованием родителей и доходом семьи, r = 0,51, p <0,01, мы создали составной балл SES, объединив семейный доход и уровни образования обоих родителей путем стандартизации каждого балла и суммируя их. Этот индекс SES использовался в качестве контрольной переменной во всех остальных анализах.

Гипотеза 2 (b) постулировала, что у родителей в семьях с более традиционным отношением к гендерным ролям будет более традиционное разделение домашнего труда.Смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родитель) ANCOVA с родителем в качестве фактора внутри группы и SES в качестве контрольной переменной выявила одномерный кластерный эффект на уровне тренда для участия матерей в выполнении домашних заданий, F (2, 336) = 2,51, p = 0,08, ε = 0,09, значительный кластерный эффект для участия отцов в домашних делах, F (2, 336) = 4,07, p <0,01, ε = 0,13, значительный общий родительский эффект, F (2, 336) = 465,33, p <.01, ε = 0,85, и значительное общее взаимодействие кластера × родитель, F (2, 336) = 5,20, p <0,01, ε = 0,16. Последующие тесты Тьюки для определения основных эффектов для кластера показали, что матери в дивергентной группе тратили больше времени на женские домашние дела, чем матери в эгалитарной группе, и что отцы в эгалитарной группе тратили больше времени на женские домашние дела, чем отцы в как традиционные, так и расходящиеся группы. Общий родительский эффект показал, что матери, как правило, тратили больше времени на домашние дела, чем отцы.Однако, в соответствии с нашей гипотезой, наблюдение за взаимодействием родитель × кластер показало, что матери и отцы в эгалитарной группе были более похожи по времени, затраченному на женские задачи, по сравнению с другими группами.

Гипотеза 2 (c) утверждала, что отцы в семьях, для которых характерно более традиционное отношение к гендерным ролям, будут проводить больше времени со своими сыновьями. Анализ времени, проведенного родителями с детьми, не выявил однофакторного кластерного эффекта для времени, проведенного матерью с детьми.Однако смешанная модель 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие) × 2 (брат и сестра) ANCOVA выявила одномерный кластерный эффект для диадического времени старших братьев и сестер с отцом, F (2, 334) = 5,31, p < 0,01, ε = 0,16, и взаимодействие кластера × одного брата, F (2, 334) = 4,75, p <0,01, ε = 0,15. Последующий тест одномерного основного эффекта показал, что отцы проводили значительно больше времени со своими старшими детьми в дивергентной группе по сравнению с традиционной группой.Последующий тест Тьюки для взаимодействия кластер × брат и сестра показал, что отцы в расходящейся группе проводили больше времени со своими двумя детьми по сравнению с отцами в традиционных и эгалитарных группах. Взятые вместе, эта модель предполагает, что отцы в расходящейся группе были относительно больше связаны со своими детьми.

Гипотеза 2 (d) утверждала, что в семьях, для которых характерно более эгалитарное отношение к гендерным ролям, будет больше шансов иметь пары братьев и сестер девочка-девочка, чем диад мальчик-мальчик или смешанного пола братьев и сестер.Анализ хи-квадрат 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие), χ 2 (6) = 28,91, p <0,01, показал, что, частично подтверждая наши ожидания, традиционный тип семьи включает преобладание пар брат-брат, тогда как расходящийся семейный тип состоял в основном из пар сестра-сестра. Кроме того, в эгалитарной группе было несколько больше пар сестра-сестра, чем пар брат-брат. Однако, в отличие от нашей гипотезы, смешанные половые диады (сестра-брат и брат-сестра) оказались равномерно распределенными по типам семьи (см.).

Гендерное ролевое отношение и семейные конфликты

Гипотеза (3) утверждала, что в семьях, для которых характерны несовместимые гендерные ролевые отношения среди членов семьи, будет более высокий уровень конфликтов между родителями и детьми, супружескими отношениями и братьями и сестрами по сравнению с семьями, характеризующимися конгруэнтными гендерными ролевыми отношениями между членами семьи. члены семьи. Смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родитель) ANCOVA не обнаружила эффектов, связанных с кластером, для супружеского конфликта. Точно так же смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родственник) ANCOVA не выявила никаких эффектов, связанных с кластерным конфликтом между братьями и сестрами.Однако для конфликта родитель-ребенок пара смешанных моделей ANOVA 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие) × 2 (родственник) выявила значительные общие кластерные эффекты как для конфликта между матерью, так и для конфликта отца и ребенка, F (2, 352) = 3,90, p <0,01, ε = 0,13 и F (2, 352) = 6,15, p <0,01, ε = 0,17 соответственно. В противоречие с нашей гипотезой, контрольные тесты Тьюки выявили более высокий уровень конфликта между матерью и ребенком в традиционной группе по сравнению с эгалитарной группой и более высокий уровень конфликта отца и ребенка в традиционной группе по сравнению с двумя другими типами семьи.

Обсуждение

Хотя некоторые исследователи начали использовать личностно-ориентированные или шаблонно-аналитические подходы для изучения семей (например, Crouter, McHale, & Tucker, 1999; Johnson, 2003), эти подходы традиционно использовались для изучения отдельных людей ( Бергман, Магнуссон и Эль-Хоури, 2003 г.). Настоящее исследование демонстрирует полезность аналитического подхода к изучению семейных систем. Наш анализ показал, что семьи различаются по своим моделям отношения родителей и детей к гендерным ролям.В большинстве семей четыре члена семьи соответствовали друг другу, поскольку все члены семьи были либо относительно более эгалитарными, либо относительно более традиционными по сравнению с людьми из других семей. Одна группа семей, однако, показала несовместимую модель, в которой оба брата и сестры проявляли более эгалитарное отношение, несмотря на более традиционные взгляды их родителей. Этот образец согласуется с представлениями семейных систем о внутрисемейной изменчивости. Возникновение расходящейся модели также предполагает, что, в то время как процессы социального обучения объясняют развитие отношения детей к гендерной роли в одних семьях, в других семьях могут действовать различные механизмы.

Наш анализ показал, что межсемейные и внутрисемейные сравнения дают несколько разные картины конгруэнтности и расхождения семейных установок: как в расходящихся, так и в традиционных группах, матери и отцы также различались своим отношением, так что отцы в расходящейся группе были больше. традиционные, чем их жены, и матери в традиционной группе были более традиционными, чем их мужья. Как мы уже предположили, большинство исследований гендерных отношений сосредоточено на людях или диадах.Наш семейно-ориентированный подход раскрывает более сложный набор процессов, чем был обнаружен в предыдущей работе.

Не было случаев, когда двое братьев и сестер отличались друг от друга своим отношением к гендерным ролям. В этих семьях могут функционировать механизмы социального обучения, так что младшие братья и сестры моделируют гендерные ролевые установки своих старших братьев и сестер (например, McHale et al., 2001). Дальнейшая работа по изучению взаимоотношений между гендерными ролевыми отношениями братьев и сестер с течением времени могла бы дать более глубокое понимание процессов социального обучения, которые влияют на формирование гендерных ролей в подростковом возрасте.

Условия, лежащие в основе семейных моделей

При изучении условий, лежащих в основе этих семейных моделей, результаты согласуются с более ранними исследованиями, показывающими, что образование и доход родителей отличают семьи с более традиционными взглядами от семей с более эгалитарными взглядами (например, Bolzendahl & Myers, 2004 г.). Дивергентная группа также характеризовалась более низким уровнем образования и доходов, как и следовало ожидать, учитывая традиции родителей; однако в этом типе семьи, как уже отмечалось, отношение детей было более эгалитарным.Хотя отношение родителей в этой группе могло быть основано на социально-экономических факторах, похоже, что взгляды их детей — нет.

Помимо основных характеристик, семейные модели гендерных ролей также различались с точки зрения использования времени родителями в семье. В расходящейся группе наблюдалась, казалось бы, парадоксальная картина. С одной стороны, родители в этой группе продемонстрировали более традиционное разделение домашнего труда; с другой стороны, отцы оказались более вовлеченными в дела своих детей, чем отцы из других типов семей.Хотя традиционное разделение домашнего труда согласуется с традиционными гендерными установками родителей в этой группе, относительно высокая вовлеченность в дела детей со стороны отцов предполагает меньшую традиционность. Особого внимания заслуживает высокая отцовская вовлеченность в расходящуюся группу, учитывая, что в этой группе были чрезмерно представлены диады девочка-девочка, братья и сестры, и что отцы в этой группе сообщили о наиболее традиционных взглядах. Примечательно, что хотя матери в этой группе сообщали о более традиционных взглядах по сравнению с другими матерями, они были менее традиционными, чем их мужья.Полученные данные иллюстрируют многомерность гендера: человек с традиционными гендерно-ролевыми установками не обязательно проявляет гендерно-типичное поведение во всех сферах жизни.

Полученные данные также дают некоторое представление о причинах несоответствия между отношением родителей и детей в расходящихся семьях. Когда отцы различаются в своем отношении и поведении, их сообщения детям о гендерной принадлежности могут быть размытыми. Несмотря на традиционное отношение обоих родителей, дети в этих семьях (в частности, дочери) могут замечать более эгалитарную сторону своих отцов и реагировать против традиционной роли их матери в домашнем труде.Это подчеркивает сложность влияний социализации: установки и как матери, так и отцов и поведения могут иметь важное значение в развитии гендерного отношения детей.

Наши результаты показали, что семейные модели отношения к гендерным ролям были связаны с половой констелляцией диады братьев и сестер. Однако наличие не одной, а двух девочек увеличивало шансы семей попасть в расходящуюся группу, и иметь не одного, а двух мальчиков, что увеличивало шансы семей попасть в традиционную группу.Хотя нельзя сделать причинно-следственные выводы из такого корреляционного исследования, как это, кажется более разумным заключить, что половая констелляция диады «вызвала» семейный паттерн гендерных ролевых установок, а не наоборот. Другие исследователи указали на важность рассмотрения роли эффектов ребенка в формировании семейной среды и семейного опыта (Bell & Chapman, 1986; Crouter & Booth, 2003; Russell & Russell, 1992), и все же существует тенденция в семье и семье. исследования развития ребенка, чтобы предположить однонаправленный эффект от родителей к детям.Макхейл и Краутер (2003) ранее продемонстрировали важную роль, которую пол детей играет в формировании семейной динамики. Другое исследование, изучающее различное отношение родителей к братьям и сестрам, предполагает, что половая совокупность братьев и сестер может влиять на уровни и типы поведения родителей по отношению к каждому из их детей (например, McHale, Updegraff, Jackson-Newsom, Tucker & Crouter, 2000). Будущие исследователи могут получить новое понимание, если выйдут за рамки межсемейных сравнений.

Особенно важным было открытие, что наличие не одного, а двух детей определенного пола различает семейные кластеры. В случае расходящейся группы, в которой пары сестра-сестра были более обычными, девочкам, возможно, было легче выразить отношение, несовместимое с родительским, когда они получали поддержку от своих сестер. Точно так же большее количество пар сестра-сестра в расходящейся группе может объяснить менее традиционное отношение матерей по отношению к отцам в том смысле, что наличие двух дочерей может побудить матерей тяготеть к менее традиционным взглядам.В традиционной группе, напротив, преобладание мальчиков в этих семьях может ограничивать осведомленность родителей и понимание вопросов, связанных с гендерной дискриминацией и равенством, которые могут возникнуть при воспитании дочерей.

Семейное гендерное ролевое отношение и семейный конфликт

Вопреки ожиданиям, не было никаких доказательств того, что несоответствие отношения различающейся группы имело негативные последствия для отношений между родителями и детьми. Напротив, в традиционных семьях был более высокий уровень конфликтов между родителями и детьми.Важно отметить, что в этом типе семьи было много пар мальчик-мальчик. Таким образом, одним из возможных объяснений высокого конфликта является то, что большое значение, придаваемое «мужественности» в этих семьях, может стимулировать более стереотипно мужское поведение в отношениях, такое как доминирование, конкуренция и агрессия (Maccoby, 1990; Thompson & Pleck, 1986). . Кроме того, традиционное отношение родителей к гендерным ролям может сочетаться с более авторитарным стилем воспитания, что может иметь последствия для конфликтов с сыновьями и дочерьми.Интересно, что матери в этой группе были более традиционными, чем отцы, и возможно, что это относительное несоответствие между установками родителей разжигало конфликт между родителями и детьми.

Ограничения и направления на будущее

Это исследование помогает понять, как семьи работают как системы. Тем не менее, остаются некоторые вопросы, требующие решения в будущих исследованиях. Во-первых, это исследование было ограничено перекрестным анализом. Для полного понимания процессов, вовлеченных в формирование семейных моделей отношения, жизненно необходимы лонгитюдные исследования.Хотя может показаться логичным сделать вывод о том, что половая констелляция диад братьев и сестер оказала влияние на семейные модели отношения, а не наоборот, продольный анализ, изучающий развитие гендерно-ролевых отношений в семье, мог бы помочь выявить уникальный путь в семье. какие родители и дети влияют на семейную систему. Подобно тому, как отношение детей к гендерным ролям может возникать в процессе развития, модели отношения к семье могут угасать. Аналогичным образом, лонгитюдный анализ необходим, чтобы лучше понять, какой опыт и условия предшествуют расхождению во взглядах среди членов семьи и имеют ли эти различия последствия в долгосрочной перспективе.

Второе ограничение нашего исследования относится к обобщаемости результатов. Хотя участники отражали демографические характеристики региона, в котором они проживали, выборка была довольно однородной как с точки зрения этнической принадлежности, так и с точки зрения СЭС. Гендерно-ролевые ориентации многомерны не только в семейных системах, но и в разных семейных контекстах. По сути, эти модели отношения к гендерным ролям не могут быть универсальными. Результаты кластерного анализа должны быть воспроизведены в других выборках, прежде чем делать выводы о природе и корреляциях моделей гендерного отношения в семье.

Наконец, степень достоверности конфликта между родителями и детьми может быть ограничена. Хотя 11 областей, оцениваемых по шкале конфликта между родителями и детьми, безусловно, представляют области семейной жизни, которые могут вызвать конфликт, возможно, что эти области более точно отражают дисциплинарные или регулирующие практики домашнего хозяйства. В будущих исследованиях можно будет подтвердить результаты этого исследования, касающиеся конфликта, с помощью альтернативных методов измерения конфликта между родителями и детьми.

В заключение, наши выводы подчеркивают важность измерения гендерного отношения нескольких членов семьи.Изучая семейные модели отношения к гендерным ролям, а не просто сосредотачиваясь на отдельных лицах или одиноких парах, можно получить более глубокое понимание процессов, вовлеченных в формирование отношения к гендерным ролям как среди родителей, так и среди детей. Как показывает это исследование, отношение к гендерным ролям связано с аспектами семейной жизни, включая качество взаимоотношений и разделение труда, и определяется семейным контекстом, в который они встроены.

Семейные модели гендерного ролевого отношения

Резюме

Цели исследования заключались в том, чтобы определить семейные модели гендерного ролевого отношения, изучить условия, в которых эти модели возникли, и оценить влияние моделей гендерного отношения на семейные конфликты.Участниками были матери, отцы, а также подростки, родившиеся первыми и вторыми, из 358 белых, работающих семей и американских семей среднего класса. Результаты кластерного анализа выявили три модели гендерно-ролевых отношений: эгалитарные родители и дети, традиционные родители и дети, а также расходящиеся модели, когда родители более традиционны, а дети более эгалитарны. ANOVA смешанной модели показали, что эти семейные модели были связаны с социально-экономическим статусом, временем, проведенным родителями за гендерными домашними делами и с детьми, а также гендерным составом диады братьев и сестер.Традиционная семейная группа сообщила о наибольших семейных конфликтах.

Ключевые слова: гендер, семейные системы, социализация, эффекты ребенка

Введение

Хотя важность гендерных ролей в динамике семьи интересовала исследователей в течение нескольких десятилетий (например, Benin & Agostinelli, 1988; Ruble, Martin, & Berenbaum, 2006; Thompson & Walker, 1989), гендерные ролевые установки членов семьи — матерей, отцов, сестер и братьев — обычно изучаются у взрослых и детей отдельно или в рамках одного (т.е., супружеские или родитель-ребенок) диады. Такой подход может ограничить наше понимание того, как связаны гендерные характеристики членов семьи. Как предлагается с точки зрения систем семейств, семейства состоят из взаимосвязанных подсистем (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985), и поэтому понимание одной подсистемы в семействе неполно, если процессы, которые работают в других подсистемах, являются неполными. не рассматривается. Настоящее исследование было направлено на восполнение пробела в литературе по гендерно-ролевым установкам и семейной динамике.Используя данные интервью о семьях в США, мы стремились: (1) определить различных семейных моделей гендерных ролевых отношений матерей, отцов и двух братьев и сестер-подростков с помощью кластерного анализа; (2) изучить условия, в которых возникли различные семейные модели, включая семейный социально-экономический статус (SES), время, которое родители тратят на гендерные домашние дела, время, которое родители проводят с детьми, и половое созвездие братьев и сестер; и (3) оценить последствия семейных моделей гендерного отношения к конфликту между членами семьи.Мы сосредоточились на гендерно-ролевых установках из-за значительных изменений гендерных идеологий в США в последние десятилетия (Fortin, 2005). Мы пришли к выводу, что устойчивые социальные изменения могут по-разному влиять на семьи и членов семьи и, таким образом, порождать различные семейные модели отношения к гендерным ролям, при этом некоторые семьи демонстрируют более традиционные отношения, некоторые — более эгалитарные отношения, некоторые — сходство в отношениях внутри семьи и некоторые демонстрируют различия во взглядах в семье.

Отношение членов семьи к гендерным ролям: совпадение и несоответствие

Нашей первой целью было выявить семейные модели отношения к гендерным ролям. Мы использовали подход кластерного анализа, который включает в себя группировку единиц (в нашем случае семьи) на основе их сходства по множеству показателей и который дает подгруппы, которые максимизируют сходство внутри группы и различия между группами (Генри, Толан и Горман-Смит, 2005). . Этот метод анализа паттернов носит исследовательский характер и включает несколько априорных предположений о структуре результирующих паттернов (Whiteman & Loken, 2006).В семейной литературе попытки определить типы семей, основанные на сходстве и различиях между членами семьи, редки, и мы не нашли предшествующих исследований, которые бы изучали семейные модели отношения к гендерным ролям. Таким образом, у нас не было данных, которые позволили бы сделать наши прогнозы о том, какие типы семей появятся. Однако, как мы описываем ниже, обзор литературы по гендерно-ролевым установкам и теории семейных систем в целом позволяет предположить, что, хотя некоторые семьи могут характеризоваться совпадением отношений между членами семьи (например,g., все члены традиционные или все эгалитарные), другие семьи могут характеризоваться несоответствием (т. е. некоторые члены являются традиционными, а некоторые эгалитарными).

Конгруэнтность и несоответствие между женами и мужьями

Одно направление исследований, основанное на ассортивной теории спаривания (Crow & Felsenstein, 1968), предсказывает, что люди будут склонны выбирать себе партнеров с атрибутами, подобными им самим, и, таким образом, жены и мужья будут больше похожи, чем неродственные женщины и мужчины.Эмпирические данные подтверждают эту точку зрения, показывая, что супружеские пары, по сравнению с парами, образующими случайные пары, более похожи по демографическим характеристикам, ценностям, установкам, личности и психологическим результатам (Luo & Klohnen, 2005). С этой точки зрения, отношение к гендерным ролям жен и мужей должно быть одинаковым.

С точки зрения семейных систем, напротив, предполагается, что семьи представляют собой сложные единицы, состоящие из людей с различным опытом и потребностями (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985).Как единое целое, семьи самоорганизуются в ответ на внешние и внутренние силы. В ходе развития семьи некоторые компоненты семьи могут меняться быстрее, чем другие (Ross, Mirowsky, & Huber, 1983). Например, отношение супругов к гендерной роли может развиваться и меняться с разной скоростью. Исследования, основанные на национальных репрезентативных выборках американских пар, показали, что мужья придерживаются более традиционных гендерных ролей, чем их жены (Bolzendahl & Myers, 2004; Zuo & Tang, 2000).Это неудивительно, учитывая, что концепции мужских привилегий и доминирования присущи традиционным взглядам на гендерные роли (Ferree, 1990). Дальнейшие данные свидетельствуют о том, что влияние ассортивного спаривания сильнее на демографические характеристики, чем на психосоциальные черты: хотя супружеские корреляции психосоциальных черт статистически значимы, размер эффекта обычно варьируется от низкого до умеренного (Epstein & Guttman, 1984). Взятые вместе, теория и выводы о конгруэнтности отношения в супружеских парах могут означать, что некоторые пары демонстрируют схожие взгляды на гендерные роли, а другие — нет.

Конгруэнтность и несоответствие между родителями и детьми

Перспектива социализации подчеркивает роль родителей как наставников, подкрепляющих факторов и моделей гендерного ролевого отношения детей (Lytton & Romney, 1991). В частности, родители напрямую сообщают о своих взглядах на пол, давая инструкции, рекомендации и обучение своим детям (Eccles, 1994). Они также усиливают типичное для пола поведение, поощряя вовлечение своих детей в гендерно-стереотипные действия (Lytton & Romney, 1991).Кроме того, сообщения гендерной социализации косвенно передаются через моделирование родителями типичного для пола поведения (Collins & Russell, 1991). Например, дети узнают, что женщины и мужчины (должны) действовать по-разному, когда они замечают, что матери тратят больше времени на уход, а отцы — на досуг со своими детьми. С этой точки зрения родители должны передать свое отношение к гендерным ролям своим детям, что приведет к совпадению взглядов родителей и детей на гендерные роли.

Гендерная схема, напротив, подчеркивает важность когнитивных процессов в гендерном развитии. В детстве и юности молодежь выстраивает схемы соответствующих гендерным аспектам ролей и поведения (Martin & Ruble, 2004). Посредством когнитивных процессов идентификации и категоризации молодежь постоянно интегрирует новые идеи о гендере в свои схемы. Эти процессы основаны на уникальных контекстах обучения, в которых развивается молодежь, включая семейные и несемейные контексты (Serbin, Powlishtak, & Gulko, 1993).Таким образом, хотя с точки зрения гендерной схемы родители также признаются ключевыми агентами социализации, с этой точки зрения молодежь выступает в качестве производителей своего собственного развития (Martin, Ruble, Szkrybalo, 2002), а это означает, что отношение молодежи к гендерной роли информируется, но не определяется. родительскими практиками и большим социальным миром. Фактически, эмпирические исследования показывают лишь скромные, а иногда и незначительные ассоциации между установками гендерных ролей родителей и детей (Crouter, Whiteman, McHale, & Osgood, 2007; Tenenbaum & Leaper, 2002).Эти результаты показывают, что, в то время как некоторые дети моделируют взгляды своих родителей на гендерные роли, другие этого не делают.

Конгруэнтность и несоответствие между братьями и сестрами

Мы знаем гораздо меньше о сходствах и различиях между ориентациями гендерных ролей братьев и сестер, чем о семейных парах и парах родитель-ребенок. Однако в более обширной литературе о братьях и сестрах подчеркивается роль братьев и сестер как моделей, компаньонов и источников советов и подкрепления, особенно в подростковом возрасте, когда родители могут считаться менее осведомленными о социальных нормах и действиях сверстников и школы (McHale, Kim, И Уайтман, 2006).С точки зрения социального обучения процессы влияния должны действовать таким образом, чтобы создавать сходство между установками братьев и сестер по гендерным ролям. Действительно, в соответствии с принципами социального обучения, одно исследование показало, что гендерные отношения старших братьев и сестер предсказывали изменения в отношениях младших братьев и сестер в течение двухлетнего периода (McHale, Updegraff, Helms-Erikson, & Crouter, 2001): когда старшие братья и сестры сообщали более эгалитарное отношение, эгалитаризм младших братьев и сестер со временем усилился.

В этом исследовании, однако, также были выявлены свидетельства конкурирующего процесса влияния братьев и сестер, называемого деидентификацией: когда младшие братья и сестры сообщали о более эгалитарном отношении, отношения старших братьев со временем становились более традиционными (McHale et al., 2001). Результаты также показали, что отношение сестер в среднем было более эгалитарным, чем братьев, а лонгитюдный анализ показал, что со временем отношение сестер к младшим братьям стало более эгалитарным. Выводы о расхождении между братьями и сестрами согласуются с теорией индивидуальной психологии Альфреда Адлера (Ansbacher & Ansbacher, 1956), согласно которой братья и сестры де идентифицируют себя друг с другом в процессе своего развития, выбирая отдельные ниши в своих семьях, чтобы уменьшить конкуренцию. и собирать уникальные семейные ресурсы.В целом, хотя эмпирические данные ограничены, есть основания ожидать как сходства, так и различий между гендерными ролевыми установками братьев и сестер.

В совокупности, хотя вполне вероятно, что будет наблюдаться совпадение гендерных ролей среди членов семьи в одной семье, динамика развития и семейная динамика также могут влиять на различия членов семьи. Как уже отмечалось, последнее согласуется с перспективой семейных систем, которая подчеркивает возможность различий в опыте и точках зрения среди разных членов семьи (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985).Наша первая цель исследования заключалась в использовании кластерного анализа для выявления четких и значимых закономерностей, основанных на отношении к гендерным ролям четырех членов семьи — жен, мужей и двух подростков — из одних и тех же семей.

Условия, лежащие в основе семейных моделей отношения к гендерным ролям

Нашей второй целью было изучить условия, при которых возникают семейные модели отношения к гендерным ролям. Учитывая, что целью кластерного анализа является обнаружение, а не обеспечение соблюдения заранее определенной структуры данных (Whiteman & Loken, 2006), мы не могли точно предсказать, сколько подгрупп будет найдено, или как эти подгруппы будут связаны с другими семейными условиями. .Однако предыдущая литература нацелена на некоторые семейные условия, которые связаны с гендерной традицией родителей и детей: если бы нам удалось определить подгруппы более или менее традиционных семей, мы бы тогда ожидали значительных различий между этими подгруппами по семейным факторам, включая СЭС, родителей. время, потраченное на гендерные домашние дела, время родителей с детьми и половое созвездие братьев и сестер.

Семья SES

Доказательства того, что социально-экономические факторы могут влиять на отношение к гендерным ролям в семье, включают данные о том, что женщины и мужчины с более высоким уровнем образования и доходом выражают более эгалитарные гендерные ролевые ориентации (например,г., Crompton & Lyonette, 2005; Лаки, 1989). В образовательной системе США учащиеся знакомятся с эгалитарными идеями и женскими и мужскими ролевыми моделями, их учат определять гендерные мифы и стереотипы (Brooks & Bolzendahl, 2004; Cassidy & Warren, 1996). Кроме того, более высокий уровень образования обеспечивает как женщинам, так и мужчинам подготовку и квалификацию для получения более высокооплачиваемой работы и, в свою очередь, возможность вносить свой вклад в семейную экономику (Raley, Mattingly, & Bianchi, 2006).Продольные исследования, основанные на репрезентативных выборках в США, показали, что жены, как правило, более эгалитарны, когда они вносят больший вклад в общий доход семьи (Zou & Tang, 2000). В соответствии с перспективой социального обучения дети из более экономически благополучных семей также имеют более эгалитарные гендерные установки (например, Antill, Cunningham, & Cotton, 2003; Kulik, 2002).

Время родителей, затрачиваемое на гендерные домашние задачи

Как уже отмечалось, дети узнают о соответствующем гендерном поведении, наблюдая за поведением своих родителей.Со временем их знания объединяются и формируют когнитивную схему, которая позже систематизирует новые знания о гендере и направляет гендерное поведение (Martin & Ruble, 2004). Основываясь на данных 31-летнего панельного исследования семей в США, Каннингем (2001) обнаружил, что разделение родительской работы по дому, измеренное, когда детям было около года, предсказывало дальнейшее участие детей в домашних делах в их собственном браке. В частности, вклад отцов в стереотипно женскую домашнюю работу предсказывал вовлечение сыновей в один и тот же тип работы в зрелом возрасте.Выводы Каннингема, наряду с другими исследованиями разделения домашних обязанностей (например, Blair, 1992; White & Brinkerhoff, 1981), указывают на важность времени, которое родители тратят на домашнюю работу, в развитии гендерных ролей детей: вероятно, нетрадиционное распределение домашней работы способствовать эгалитарному отношению в семье.

Время родителей с детьми

Другой семейный процесс, который может повлиять на отношение детей к гендерным ролям, — это временная вовлеченность отцов (Risman & Myers, 1997).Уход за детьми — это стереотипно женское занятие, которое означает менее традиционную семейную роль отцов. Это может быть особенно актуально, когда отцы проводят время с дочерьми. С другой стороны, внутрисемейные сравнения показали, что отцы более склонны к занятиям с детьми (особенно мальчиками) по половому признаку, чем матери (Harris & Morgan, 1991; Crouter, McHale, & Bartko, 1993). Согласно обзору Maccoby (2003), диады отец-сын участвовали в экспериментах почти в два раза чаще, чем диады мать-сын.Отцы также более негативно реагируют на плач, страх или признаки слабости у сыновей, чем у дочерей. Эти данные предполагают, что, хотя участие отцов в отношении детей, как правило, отражает более эгалитарную гендерно-ролевую ориентацию, высокий уровень участия отцов выборочно по отношению к сыновьям может укрепить более традиционную гендерную идеологию.

Половое созвездие братьев и сестер

С точки зрения семейных систем подчеркивается двунаправленное влияние между родителями и детьми, и предыдущие исследования показывают, что дети могут влиять на родителей примерно так же, как родители влияют на детей.Макхейл и Краутер (2003) показали, например, что половая констелляция диад братьев и сестер формирует гендерные модели семейной деятельности. Изучая семьи с двумя родителями в США, по крайней мере, с двумя детьми в среднем детстве, они обнаружили, что матери проводят больше времени с детьми, чем отцы в семьях с двумя дочерьми, тогда как отцы проводят больше времени с детьми, чем матери в семьях с двумя сыновьями. То есть, более активное участие родителей было предсказано наличием не одного, а двух детей того же пола.Учитывая, что отцов больше беспокоит гендерная типичность мальчиков (Maccoby, 2003) и что пары братьев и сестер, как правило, проводят больше времени со своими отцами, мы можем обнаружить, что у них более традиционное отношение к гендерным ролям, чем у сестер и сестер. диады. Результаты исследования McHale and Crouter (2003) также показали, что участие детей в домашних делах варьировалось в зависимости от половой констелляции братьев и сестер. Старшие братья и сестры обычно выполняли больше работы по дому, чем младшие братья и сестры, но эта разница была наиболее заметной в диадах старшая сестра-младший брат.Кроме того, в диадах старший брат-младшая-сестра младшие девочки выполняли больше работы по дому, чем их старшие братья. Эти данные свидетельствуют о том, что присутствие мальчика и девочки в одной семье дает родителям возможность укрепить традиционные гендерно-ролевые ориентации. Таким образом, семьи с диадами братьев и сестер смешанного пола могут иметь более традиционные модели гендерных ролей, особенно по сравнению с семьями с диадами братьев и сестер, состоящих из сестер и сестер.

Гендерное ролевое отношение и семейный конфликт

Нашей третьей целью было оценить влияние семейных моделей гендерных ролевых отношений на качество семейных отношений.Как уже упоминалось, в отличие от априорных методов, кластерный анализ не позволяет нам делать точные прогнозы о скрытых паттернах, лежащих в основе, или о том, как производные паттерны будут связаны с другими конструкциями (Whiteman & Loken, 2006). Однако предыдущая литература предполагает, что члены семьи с разными взглядами менее удовлетворены своими семейными отношениями. Если бы мы оказались успешными в выявлении подгрупп семей, для которых характерно совпадение и несовпадение позиций членов семьи, литература в целом предполагает, что в семьях, отмеченных несоответствием, будет больше конфликтов.

Брачный конфликт

Было установлено, что качество брака связано с супружеским сходством. Пары, которые схожи по ценностям, интересам к отдыху, ролевым предпочтениям и когнитивным навыкам, как правило, более удовлетворены своим браком, чем те, которые не похожи друг на друга в этих аспектах (например, Burleson & Denton, 1992; Ickes, 1993; Kaslow & Robison, 1996 ). Кроме того, на основе национальных репрезентативных выборок пар в США, Лай и Библарц (1993) обнаружили, что, когда пары не соглашаются в отношении гендерных ролей (т.е., разделение работы по дому), как жены, так и мужья сообщают о более высоком уровне напряженности в браке и конфликтах. Как заметили Кук и Джонс (1963), пары с разными ценностями и установками могут испытывать трудности в отношениях, потому что они оценивают события с разных точек зрения. Разным женам и мужьям, возможно, придется постоянно вести переговоры и пересматривать свои супружеские роли — процесс, который может породить новые источники разногласий и проблем.

Конфликт между родителями и детьми

Лишь несколько исследований изучали несовпадение отношений между поколениями и его связь с отношениями между родителями и детьми.Например, ограниченное количество исследований аккультурации документально подтвердило существование межпоколенческих конфликтов из-за различий в аккультурации родителей-иммигрантов и их детей (например, Atzaba-Poria & Pike, 2007; Tsai-Chae & Nagata, 2008; Ying & Han, 2007). В целом полученные данные показывают, что, когда родители и дети демонстрируют заметные расхождения в культурных ценностях и отношениях, они сообщают о большем конфликте и ухудшении качества отношений. Сопоставимые последствия могут иметь место, когда родители и дети по-разному относятся к гендерным ролям.Подобно разным парам, разным родителям и детям, возможно, придется договориться и пересмотреть свои роли в семье, что, в свою очередь, может поставить под угрозу отношения между родителями и детьми. Однако важно понимать, что в некоторых случаях родители поощряют отклонение детей от отношения родителей (Acock, 1984), и поэтому несоответствие не всегда может приводить к проблемным отношениям.

Конфликт между братьями и сестрами

Наш обзор литературы не обнаружил исследований, связывающих сходство отношения между братьями и сестрами с конфликтом между братьями и сестрами, и с теоретической точки зрения прогнозы противоречивы.Теории социального обучения подчеркивают роль теплого и заботливого поведения модели в наблюдательном обучении (Bandura, 1977), и действительно, некоторые исследования показывают, что братья и сестры с более близкими отношениями демонстрируют большее сходство в своем поведении (McHale et al., 2006). С другой стороны, теория дифференциации братьев и сестер предполагает, что братья и сестры выбирают разные ниши в своих семьях, чтобы уменьшить соперничество между братьями и сестрами (Ansbacher & Ansbacher, 1956). С этой точки зрения конфликты между братьями и сестрами должны быть ниже, когда братья и сестры демонстрируют большие различия в своем отношении к гендерным ролям.

Цели и гипотезы исследования

Настоящее исследование было разработано для решения трех исследовательских задач. Наша первая цель заключалась в использовании отчетов матерей, отцов, а также первых и вторых братьев и сестер об отношении к гендерным ролям в качестве переменных для кластеризации для выявления групп семей, которые различаются по общесемейным моделям отношения к гендерным ролям. Мы следили за недавними исследованиями (например, Allen & Olson, 2001; Fisher & Ransom, 1995; Fowers & Olson, 1992) и использовали двухэтапный подход кластерного анализа.Сначала был проведен иерархический кластерный анализ с использованием косинусного индекса сходства со средней связью. Семьи были последовательно объединены в пары, пока все единицы не были сгруппированы в общий кластер. Здесь использовалась иерархическая кластеризация, поскольку нелинейные методы не могут представлять вложенные структуры в многомерных данных (Henry et al., 2005). Решения с разным количеством кластеров сравнивались на основе нескольких критериев остановки, включая паттерны дендрограммы, интерпретируемость и размер ячеек (Blashfield & Aldenderfer, 1988).Во-вторых, был проведен подтверждающий факторный анализ с использованием метода K -средних. Дополнительный кластерный анализ определил, можно ли воспроизвести выбранную кластерную структуру, полученную в результате иерархического кластерного анализа (см. Whiteman & Loken, 2006, где подробно обсуждаются процедуры и преимущества этого двухэтапного подхода). Чтобы дополнительно проверить нашу гипотезу о моделях гендерного ролевого отношения, мы провели анализ дисперсии смешанной модели (ANOVA), чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в переменных кластеризации.

Наша вторая цель состояла в том, чтобы изучить условия, при которых возникают различные модели гендерного ролевого отношения, путем сравнения семейных кластеров с точки зрения SES, времени родителей, потраченного на гендерные домашние дела, времени родителей с детьми и половой констелляции братьев и сестер. . Здесь мы провели серию смешанных моделей ANOVA и анализа хи-квадрат, чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в этих факторах.

Наша третья цель состояла в том, чтобы оценить потенциальные последствия семейных моделей для семейного конфликта путем сравнения семейных кластеров с точки зрения брака, конфликта между родителями и детьми, а также конфликтов между братьями и сестрами.С этой целью мы также провели смешанные модели ANOVA, чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в семейных конфликтах.

Мы проверили следующие гипотезы.

  • 1

    Кластерный анализ позволит выявить семейные модели, характеризующиеся конгруэнтностью и несоответствием гендерных ролей членов семьи.

  • 2 (a)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, у родителей будет более низкий уровень СЭС (т.е., более низкий уровень образования и дохода).

  • 2 (b)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, у родителей будет более традиционное разделение домашнего труда.

  • 2 (c)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, отцы будут проводить больше времени с сыновьями.

  • 2 (d)

    Группа семей с более эгалитарными моделями гендерного ролевого отношения будет включать больше семей с двойными братьями и сестрами девочка-девочка по сравнению с парами мальчик-мальчик или смешанными братьями и сестрами.

  • (3)

    В семьях, для которых характерно несовпадение гендерных ролевых отношений между членами семьи, будет более высокий уровень супружеских конфликтов, конфликтов между родителями и детьми, а также между братьями и сестрами, по сравнению с семьями, характеризующимися конгруэнтным гендерно-ролевым отношением всех членов семьи.

Метод

Участники

Участниками были 358 семей с двумя родителями из двух когорт лонгитюдного исследования семейных отношений. Одна когорта включала первенца и второго брата и сестру, которые были в среднем детстве, когда они впервые вошли в исследование, а вторая когорта включала первенца и второго брата или сестру, которые были в подростковом возрасте, когда они впервые вошли в исследование.Письма о приёме на работу были отправлены домой всем семьям с детьми целевого возраста в школьных округах северо-восточного штата. В письмах разъяснялась цель исследовательского проекта и описывались критерии участия. Семьям выдали открытки, которые они должны были заполнить и вернуть, если они были заинтересованы в участии. Семьи имели право на участие, если пара состояла в браке, оба родителя работали, и у них было как минимум двое детей среднего или подросткового возраста, разница в возрасте которых составляла не более четырех лет.Более 90% семей, вернувших открытки, имели право и в конечном итоге приняли участие. Для настоящего анализа мы использовали данные только по одному случаю для каждой когорты, в которой (а) были собраны данные о гендерных отношениях как родителей, так и детей; (б) дети были в раннем (младшие братья и сестры) и среднем (старшие братья и сестры) подростковом возрасте.

Это исследование включало выборку исключительно белых из рабочего и среднего класса. Средний доход составлял 24 756 долларов ( SD, = 17 733) для матерей и 48 747 долларов ( SD, = 28 158) для отцов.Средний уровень образования составлял 14,66 лет ( SD, = 2,19) для матерей и 14,60 лет ( SD, = 2,39) для отцов, где 12 баллов означали выпускника средней школы, а 16 — выпускника колледжа. Средний возраст составлял 42,05 года ( SD, = 3,95) для матерей, 44,17 года ( SD, = 4,70) для отцов, 16,72 ( SD, = 0,80) для первенцев и сестер и 14,20 года ( SD, = 1,12). ) для вторых братьев и сестер.

Процедура

Мы собирали данные с помощью домашних и телефонных интервью.Обученные интервьюеры посещали семьи для проведения индивидуальных домашних интервью. В начале интервью было получено информированное согласие, и семья получила гонорар в размере 100 или 200 долларов в зависимости от фазы исследования. Затем члены семьи были опрошены индивидуально. В ходе интервью члены семьи рассказали о показателях развития, адаптации и семейных отношений.

В течение двух-трех недель после домашних собеседований родители и дети соответственно прошли четыре (3 будних дня, 1 выходной день) и семь (5 будних дней, 2 выходных дня) ночных телефонных интервью.Обученные интервьюеры звонили членам семьи в свои дома, в основном в вечерние часы. Каждый член семьи завершил свою часть звонков индивидуально. Интервьюер провел каждого родителя и ребенка по списку действий и исследовал контекст любых завершенных действий, включая тип действий, их продолжительность и с кем они участвовали в этих действиях. Молодежь рассказывала о своей деятельности, в том числе о домашних делах, личных занятиях, занятиях спортом и хобби.Родители сообщали обо всех своих домашних делах, а также о любых действиях, которые они выполняли с любым из детей, используя предоставленный список занятий. Двое детей участвовали во всех семи телефонных звонках, а родители участвовали в четырех звонках каждый. Телефонные интервью длились от 30 до 45 минут на звонок.

Меры

Общие характеристики

Мы собрали информацию о возрасте членов семьи, уровне образования и доходе родителей во время домашних собеседований с родителями.

Отношение родителей к гендерной роли

Родители заполнили Шкалу отношения к женщинам (ATW) из 15 пунктов (Spence & Helmreich, 1972). Примером было следующее: «В общем, отец должен иметь больше полномочий, чем мать, в принятии решений о воспитании детей». Ответы варьировались от 1 ( полностью согласны, ) до 4 ( полностью не согласны, ). Показатели отношения родителей были рассчитаны путем суммирования баллов по всем 15 пунктам, причем более высокие баллы указывали на более традиционные взгляды на гендерные роли.Альфа Кронбаха была 0,80 для матерей и 0,77 для отцов.

Отношение молодежи к гендерным ролям

Молодежь заполнила шкалу отношения к женщинам (Spence & Helmreich, 1972) или шкалу отношения детей к женщинам (Antill, Cotton, Goodnow, & Russell, 1993). Для двух когорт использовались разные шкалы, поскольку дети участвовали в нашем продольном исследовании в разном возрасте. Учитывая, что использовались разные меры, оценки молодежи по каждой шкале были стандартизированы в пределах когорты и порядка рождения.Шкала отношения к женщинам, заполненная молодыми людьми, которые вошли в исследование в подростковом возрасте, была той же мерой, что описана выше для родителей. Альфа Кронбаха была 0,80 для первенцев и 0,81 для вторых братьев и сестер. Шкала отношения детей к женщинам, заполненная молодыми людьми, которые вошли в исследование в среднем детстве, представляла собой показатель из 19 пунктов с ответами в диапазоне от 1 ( полностью согласен, ) до 4 ( категорически не согласен, ). Примером было следующее: «Сыновьям в семье нужно помогать учиться в колледже больше, чем дочерям.Альфа Кронбаха была 0,88 для первенца и 0,83 для вторых братьев и сестер. Оценки отношения молодежи были вычислены путем суммирования баллов по всем 19 пунктам, причем более высокие баллы указывали на более традиционные взгляды на гендерные роли.

Время родителей, потраченное на женские домашние дела

Мы оценили участие родителей в женских домашних задачах с помощью телефонных интервью с родителями. В частности, матери и папы сообщали, сколько времени они тратят на мытье посуды, приготовление еды, уборку дома (например,g., вытирание пыли, мытье полов) и стирка за 4 дня использования данных. Эти задачи были названы женскими задачами на основании предшествующей теории и исследований (Atkinson & Huston, 1984). Кроме того, парный тест t показал, что матери в этой выборке сообщили, что тратят на эти задачи значительно больше времени, чем отцы, t (341) = 22,78, p <0,01. Отчеты об этих мероприятиях были объединены по четырем звонкам, выполненным каждым родителем, чтобы построить показатели того, сколько времени матери и отцы тратили на стереотипно женские домашние дела.Для коррекции асимметрии использовались преобразования квадратного корня из общей продолжительности времени (минут за 4 дня).

Время, проведенное родителями с детьми

Мы оценили совместное времяпрепровождение родителей и детей с помощью телефонных интервью с молодежью. Диадическое время родитель-ребенок (совместное время родитель-ребенок, в котором больше никого не было) измерялось путем суммирования минут, которые каждый ребенок сообщил о своих расходах наедине с каждым родителем по всем видам деятельности и по семи вызовам, выполненным каждым ребенком. Для коррекции асимметрии использовались преобразования квадратного корня из общей продолжительности времени (минут за 7 дней).

Брачный конфликт родителей

Родители заполнили шкалу из 5 пунктов, разработанную Брайкером и Келли (1979). В качестве примера был задан вопрос: «Как часто вы злитесь или обижаетесь на своего партнера?» Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 9 ( очень сильно ). Общие баллы по семейным конфликтам рассчитывались путем суммирования баллов по каждому из 5 пунктов. Альфа Кронбаха составляла 75 и 0,73 соответственно для отчетов отцов и матерей о семейных конфликтах.

Конфликт родителей и детей

Молодежь выполнила задание из 11 пунктов, адаптированное из работы Сметаны (1998).Молодежь сообщила о частоте конфликтов в 11 сферах повседневной жизни (например, работа по дому, домашняя работа / учеба, общественная жизнь, время отхода ко сну / комендантский час) соответственно для матерей и отцов. Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 6 ( несколько раз в день ). Общие оценки конфликта между родителями и детьми были рассчитаны путем суммирования оценок для каждого из 11 доменов. Отдельная оценка была рассчитана для каждой диады родитель-ребенок (т.е. мать-первенец, мать-второй ребенок, отец-первенец, отец-второй ребенок).Альфа-коэффициенты Кронбаха варьировались от 0,78 до 0,83.

Конфликт молодежи с братьями и сестрами

Молодежь заполнила шкалу из 5 пунктов, разработанную Стокером и Макхейлом (1992). В качестве примера был задан вопрос: «Как часто вы злитесь или злитесь на своего брата / сестру?» Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 5 ( очень сильно ). Общие баллы конфликтов между братьями и сестрами были рассчитаны путем суммирования баллов по каждому из 5 пунктов. Альфа Кронбаха составляла 0,75 и 0,79 соответственно для отчетов о конфликте между братьями и сестрами, родившимися первыми и вторыми.

Результаты

Средние значения и стандартные отклонения всех переменных в исследовании показаны отдельно для матерей, отцов, а также братьев и сестер первого и второго родов женского и мужского пола. Тесты парной выборки t показали, что матери имели значительно более низкий доход, t (352) = -13,35, p <0,01, были более эгалитарными, t (357) = -5,18, p <0,01, тратит больше времени на домашние дела, т (341) = 22,78, р <.01, и сообщил о более высоком уровне супружеских конфликтов по сравнению с отцами, t (353) = 5,28, p <0,01. Независимая выборка t -тесты показали, что первые и вторые родившиеся девочки были более эгалитарными, чем первенцы, t (356) = -9,95, p <0,01, и мальчики, рожденные вторыми, t (356 ) = -7,09, p <0,01. Подростки также проводили больше времени со своими однополыми родителями: в то время как девочки, родившиеся первыми и вторыми, проводили больше времени с матерями, чем первенцы, t (339) = 6.90, p <0,01, и мальчики, родившиеся вторым, t (339) = 5,46, p <0,01, мальчики, родившиеся первым и вторым, проводили больше времени с отцами, чем первенцы, t (339) = -4,44, p <0,01, и девочки, родившиеся вторыми, t (339) = -3,10, p <0,01.

Таблица 1

Средние значения (и стандартные отклонения) всех переменных, сообщаемых матерями, отцами и молодежью




Девочки ( N = 176)

детский

903 903

903

Матери Отцы Первенцы Вторые дети
Мальчики ( N = 182) Девочки ( N = 178) Мальчики ( N = 180)
Образование родителей 14.66 (2,19) a 14,60 (2,39) a
Доход родителей 903,756 (17321)

24321 48 747 (28 158) b
Отношение к женщинам 26,19 (6,05) b -.48 (0,70) a 0,45 (1,03) b −,36 (0,87) a 0,35 (1,01) b

903 903

Время родителей на домашние дела 18,07 (8,77) a 8,76 (5,13) b

8.16 (5,44) a 4,46 (4,43) b 9,42 (5,49) a 6,42 (4,60) b 23 903 903 903 детский 4,87 (4,31) a 7,33 (5,78) b 6,30 (4,75) a
Брачный конфликт 20.03 (6,28) a 18,28 (5,87) b
Конфликт матери и ребенка — 903 6,06) a 23,52 (5,94) a 24,43 (6,15) a 25,19 (7,06) ребенок

21.97 (6,23) a 22,02 (6,12) a 22,22 (6,79) a 23,16 (6,54) a
18,85 (7,50) а 19,07 (7,23) а 19,42 (7,66)

Паттерны гендерного ролевого отношения

Гипотеза (1) утверждала, что кластерный анализ позволит выявить семейные паттерны, характеризующиеся конгруэнтностью и несоответствием гендерных ролевых установок членов семьи.Перед проведением кластерного анализа все отчеты об отношениях были стандартизированы, чтобы переменные с большими отклонениями не преобладали в кластерном решении. Мы сравнили несколько решений с двух-, трех-, четырех- и пятикластерными структурами, полученными на основе иерархической кластеризации. На основе нескольких критериев остановки, включая паттерны дендрограмм, интерпретируемость и размер ячеек (Blashfield & Aldenderfer, 1988), мы выбрали трехкластерное решение как наилучшую характеристику данных.Решение было воспроизведено методом кластеризации K -средний, χ 2 (4) = 286,68, p <0,01 (см.). Возникли три модели семей, которые соответствовали нашим ожиданиям: традиционная группа ( n = 164), в которой оба родителя и оба брата и сестры имели баллы выше выборочных средних по традиционности гендерно-ролевого отношения, эгалитарная группа ( n = 126) , в которой оба родителя, а также оба брата и сестры получили оценки ниже средних по гендерно-ролевой традиционности, и расходящаяся группа ( n = 68), в которой родители сообщили об относительно более традиционных взглядах, но братья и сестры сообщили об относительно менее традиционных взглядах (см. и для стандартных средних значений). переменных кластеризации).

Семейные модели отношения к гендерным ролям

Таблица 2

Перекрестное табулирование результатов методов иерархической кластеризации и кластеризации K-средних

501 9029

9019 9019 9019

Стандартный 3 Средние значения (и стандартные отклонения) кластеризации переменных по типам семейств

Иерархический K -Means
Кластер 1 Кластер 2 Кластер 3 Всего
Кластер 1 100 35 29 164 164 18 126
Кластер 3 1 10 57 68
Итого 101 153 104 153 104
90 280

Кластер 1: традиционный Кластер 2: эгалитарный Кластер 3: расходящийся
Отношение матери .41 (1.01) a , 1 −.73 (.60) b , 1 .34 (.83) a , 1
Отцовское отношение 0,18 (0,91) a , 2 −,69 (0,72) b , 2 0,71 (0,79) c , 2
Отношение старших братьев и сестер .57 (1,02) a , 3 , 4 −,52 (0,73) b , 2 −,45 (0,57) b , 3 , 4
Отношение младших братьев и сестер 0,71 (0,89) a , 1 , 3 , 4 −0,5321 b , 1 , 2 −.68 (.52) b , 1 , 3 , 4

Для дальнейшей проверки нашей гипотезы Мы сравнили кластеры, используя смешанную модель ANOVA 3 (кластер) × 4 (член семьи), и обнаружили значимые одномерные эффекты для матерей, F (2, 357) = 71.29, p <0,01, ε = 0,53, отцовский F (2, 357) = 72,56, p <0,01, ε = 0,53, первенцы, F (2, 357) = 65,70, p <0,01, ε = 0,51, и второрожденные, F (2, 357) = 131,12, p <0,01, ε = 0,65, гендерные ролевые установки (см.) , а также значительный межгрупповой эффект кластера, F (2, 357) = 233,93, p <0,01, ε = 0,75, и значимое взаимодействие кластера × члена семьи, F (2, 357) = 29.59, p <0,01, ε = 0,37.

Последующие тесты Тьюки для одномерных эффектов показали, что отцы во всех группах значительно отличались друг от друга по своим гендерно-ролевым установкам, причем отцы в расходящейся группе сообщили больше всего, а отцы в эгалитарной группе сообщили о наименее традиционных взглядах. . Результаты также показали, что матери в эгалитарной группе значительно отличались от матерей как в традиционных, так и в дивергентных группах, но матери в традиционных и дивергентных группах не различались.Наконец, как первородящие, так и вторые дети в традиционной группе значительно отличались от детей в эгалитарных и дивергентных группах, но между двумя последними группами различий не было.

Чтобы проследить взаимодействие кластера × член семьи, мы исследовали разницу в баллах между членами семьи с помощью последующих тестов Тьюки. Начиная со сравнений матери и отца, этот анализ показал, что родители отличались друг от друга как в традиционной, так и в расходящейся группе, так что отцы были менее традиционными, чем матери в традиционной группе, но более традиционными, чем матери в расходящейся группе.Не было различий между братьями и сестрами ни в одной из групп. Наконец, за исключением разницы между отцом и вторым ребенком в традиционном кластере, дивергентный кластер был единственным типом семьи, в котором различия между родителями и детьми были значительными.

Условия, лежащие в основе семейных моделей гендерного ролевого отношения

Чтобы определить условия, при которых возникли различные семейные модели гендерного ролевого отношения, мы провели серию смешанных моделей ANOVA и анализа хи-квадрат.В частности, в ходе анализа изучались различия между семейными кластерами с точки зрения SES, времени, затрачиваемого родителями на гендерные домашние задачи, времени, которое родители проводят с детьми, и половой констелляции диады братьев и сестер (см. И).

Таблица 4

Средние значения (и стандартные отклонения) демографических переменных, домашних задач родителей и общего времени между родителями и детьми по типам семей

8,3

Кластер1: Традиционный Кластер2: Эгалитарный Кластер3
Управляющие переменные
Материнское образование 14.31 (2,10) a 15,42 (2,20) b 14,07 (2,02) a
Отцовское образование

15,43 (2,44) b 14,26 (2,32) a
Материнский доход 22, 666 (14,319) a 283 b 21, 632 (22,601) a
Доход отца 47, 570 (27,462) a 53, 44, 743 (45,130) a
Время родителей
Женские задачи матери 18.26 (5,38) a b 17,18 (5,09) a 19,29 (4,92) b
Father Feminine Tasks 9,73 (4,72) a 7,92 (5,32) b
Разница в женских задачах отца и матери 10,08 (8321) 58 (6,93) b 11,46 (6,73) a
Мать-первенец 6,06 (5,12) 6,65 (5,5) a
Младенцы-второрожденные 7,36 (5,24) a 8,35 (5,28)
Отцы-первенцы 5.54 (5,18) a 5,95 (5,05) a b 7,58 (5,44) b
Отец-второкурсники 7,47 (4,55) a 6,40 (4,85) a

Таблица 5

Распределение (и процентное содержание ячеек) родственных семей по типам полов 8-927

Кластер 1: традиционный Кластер 2: эгалитарный Кластер 3: расходящийся Всего Девушка-девочка 22 (6.15%) 36 (10,06%) 30 (8,38%) 88 Мальчики 46 (12,85%) 30 (8,38%) 12 (3,35%) 88 Мальчик-девочка 42 (11,73%) 34 (9,50%) 14 (3,91%) 90 Мальчик-мальчик 54 (15,08%) 26 ( 7,26%) 12 (3,35%) 92 Итого 164 126 68 358

Гипотеза 2 (а) предполагала, что в семьях больше традиционного пола родителей ролевые отношения имели бы более низкую СЭС.ANOVA смешанной модели 3 (кластер) × 2 (родительский) выявил значительное влияние кластера на доход матери, F (2, 352) = 5,07, p <0,01, ε = 0,15, тренд - влияние уровня кластера на доход отцов, F (2, 352) = 2,19, p <0,11, ε = 0,08, и значительный общий эффект кластера, F (2, 352) = 6,29, p <0,01, ε = 0,17. Последующие тесты Тьюки показали, что в соответствии с нашей гипотезой, родители как в традиционных, так и в расходящихся семьях имели значительно более низкий доход, чем в эгалитарных семьях.Кроме того, смешанная модель ANOVA 3 (кластер) × 2 (родитель), сфокусированная на образовании матерей и отцов, показала значительное влияние кластера на образование матерей, F (2, 355) = 13,01, p <. 01, ε = 0,25, образование отца, F (2, 355) = 13,08, p <0,01, ε = 0,25, и общий эффект между кластерами, F (2, 355) = 17,82 , p <0,01 ε = 0,29. В соответствии с нашими ожиданиями, контрольный тест Тьюки показал, что родители как в традиционных, так и в расходящихся семьях имели значительно более низкий уровень образования, чем родители в эгалитарных семьях.Учитывая эти результаты и значительную корреляцию между образованием родителей и доходом семьи, r = 0,51, p <0,01, мы создали составной балл SES, объединив семейный доход и уровни образования обоих родителей путем стандартизации каждого балла и суммируя их. Этот индекс SES использовался в качестве контрольной переменной во всех остальных анализах.

Гипотеза 2 (b) постулировала, что у родителей в семьях с более традиционным отношением к гендерным ролям будет более традиционное разделение домашнего труда.Смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родитель) ANCOVA с родителем в качестве фактора внутри группы и SES в качестве контрольной переменной выявила одномерный кластерный эффект на уровне тренда для участия матерей в выполнении домашних заданий, F (2, 336) = 2,51, p = 0,08, ε = 0,09, значительный кластерный эффект для участия отцов в домашних делах, F (2, 336) = 4,07, p <0,01, ε = 0,13, значительный общий родительский эффект, F (2, 336) = 465,33, p <.01, ε = 0,85, и значительное общее взаимодействие кластера × родитель, F (2, 336) = 5,20, p <0,01, ε = 0,16. Последующие тесты Тьюки для определения основных эффектов для кластера показали, что матери в дивергентной группе тратили больше времени на женские домашние дела, чем матери в эгалитарной группе, и что отцы в эгалитарной группе тратили больше времени на женские домашние дела, чем отцы в как традиционные, так и расходящиеся группы. Общий родительский эффект показал, что матери, как правило, тратили больше времени на домашние дела, чем отцы.Однако, в соответствии с нашей гипотезой, наблюдение за взаимодействием родитель × кластер показало, что матери и отцы в эгалитарной группе были более похожи по времени, затраченному на женские задачи, по сравнению с другими группами.

Гипотеза 2 (c) утверждала, что отцы в семьях, для которых характерно более традиционное отношение к гендерным ролям, будут проводить больше времени со своими сыновьями. Анализ времени, проведенного родителями с детьми, не выявил однофакторного кластерного эффекта для времени, проведенного матерью с детьми.Однако смешанная модель 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие) × 2 (брат и сестра) ANCOVA выявила одномерный кластерный эффект для диадического времени старших братьев и сестер с отцом, F (2, 334) = 5,31, p < 0,01, ε = 0,16, и взаимодействие кластера × одного брата, F (2, 334) = 4,75, p <0,01, ε = 0,15. Последующий тест одномерного основного эффекта показал, что отцы проводили значительно больше времени со своими старшими детьми в дивергентной группе по сравнению с традиционной группой.Последующий тест Тьюки для взаимодействия кластер × брат и сестра показал, что отцы в расходящейся группе проводили больше времени со своими двумя детьми по сравнению с отцами в традиционных и эгалитарных группах. Взятые вместе, эта модель предполагает, что отцы в расходящейся группе были относительно больше связаны со своими детьми.

Гипотеза 2 (d) утверждала, что в семьях, для которых характерно более эгалитарное отношение к гендерным ролям, будет больше шансов иметь пары братьев и сестер девочка-девочка, чем диад мальчик-мальчик или смешанного пола братьев и сестер.Анализ хи-квадрат 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие), χ 2 (6) = 28,91, p <0,01, показал, что, частично подтверждая наши ожидания, традиционный тип семьи включает преобладание пар брат-брат, тогда как расходящийся семейный тип состоял в основном из пар сестра-сестра. Кроме того, в эгалитарной группе было несколько больше пар сестра-сестра, чем пар брат-брат. Однако, в отличие от нашей гипотезы, смешанные половые диады (сестра-брат и брат-сестра) оказались равномерно распределенными по типам семьи (см.).

Гендерное ролевое отношение и семейные конфликты

Гипотеза (3) утверждала, что в семьях, для которых характерны несовместимые гендерные ролевые отношения среди членов семьи, будет более высокий уровень конфликтов между родителями и детьми, супружескими отношениями и братьями и сестрами по сравнению с семьями, характеризующимися конгруэнтными гендерными ролевыми отношениями между членами семьи. члены семьи. Смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родитель) ANCOVA не обнаружила эффектов, связанных с кластером, для супружеского конфликта. Точно так же смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родственник) ANCOVA не выявила никаких эффектов, связанных с кластерным конфликтом между братьями и сестрами.Однако для конфликта родитель-ребенок пара смешанных моделей ANOVA 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие) × 2 (родственник) выявила значительные общие кластерные эффекты как для конфликта между матерью, так и для конфликта отца и ребенка, F (2, 352) = 3,90, p <0,01, ε = 0,13 и F (2, 352) = 6,15, p <0,01, ε = 0,17 соответственно. В противоречие с нашей гипотезой, контрольные тесты Тьюки выявили более высокий уровень конфликта между матерью и ребенком в традиционной группе по сравнению с эгалитарной группой и более высокий уровень конфликта отца и ребенка в традиционной группе по сравнению с двумя другими типами семьи.

Обсуждение

Хотя некоторые исследователи начали использовать личностно-ориентированные или шаблонно-аналитические подходы для изучения семей (например, Crouter, McHale, & Tucker, 1999; Johnson, 2003), эти подходы традиционно использовались для изучения отдельных людей ( Бергман, Магнуссон и Эль-Хоури, 2003 г.). Настоящее исследование демонстрирует полезность аналитического подхода к изучению семейных систем. Наш анализ показал, что семьи различаются по своим моделям отношения родителей и детей к гендерным ролям.В большинстве семей четыре члена семьи соответствовали друг другу, поскольку все члены семьи были либо относительно более эгалитарными, либо относительно более традиционными по сравнению с людьми из других семей. Одна группа семей, однако, показала несовместимую модель, в которой оба брата и сестры проявляли более эгалитарное отношение, несмотря на более традиционные взгляды их родителей. Этот образец согласуется с представлениями семейных систем о внутрисемейной изменчивости. Возникновение расходящейся модели также предполагает, что, в то время как процессы социального обучения объясняют развитие отношения детей к гендерной роли в одних семьях, в других семьях могут действовать различные механизмы.

Наш анализ показал, что межсемейные и внутрисемейные сравнения дают несколько разные картины конгруэнтности и расхождения семейных установок: как в расходящихся, так и в традиционных группах, матери и отцы также различались своим отношением, так что отцы в расходящейся группе были больше. традиционные, чем их жены, и матери в традиционной группе были более традиционными, чем их мужья. Как мы уже предположили, большинство исследований гендерных отношений сосредоточено на людях или диадах.Наш семейно-ориентированный подход раскрывает более сложный набор процессов, чем был обнаружен в предыдущей работе.

Не было случаев, когда двое братьев и сестер отличались друг от друга своим отношением к гендерным ролям. В этих семьях могут функционировать механизмы социального обучения, так что младшие братья и сестры моделируют гендерные ролевые установки своих старших братьев и сестер (например, McHale et al., 2001). Дальнейшая работа по изучению взаимоотношений между гендерными ролевыми отношениями братьев и сестер с течением времени могла бы дать более глубокое понимание процессов социального обучения, которые влияют на формирование гендерных ролей в подростковом возрасте.

Условия, лежащие в основе семейных моделей

При изучении условий, лежащих в основе этих семейных моделей, результаты согласуются с более ранними исследованиями, показывающими, что образование и доход родителей отличают семьи с более традиционными взглядами от семей с более эгалитарными взглядами (например, Bolzendahl & Myers, 2004 г.). Дивергентная группа также характеризовалась более низким уровнем образования и доходов, как и следовало ожидать, учитывая традиции родителей; однако в этом типе семьи, как уже отмечалось, отношение детей было более эгалитарным.Хотя отношение родителей в этой группе могло быть основано на социально-экономических факторах, похоже, что взгляды их детей — нет.

Помимо основных характеристик, семейные модели гендерных ролей также различались с точки зрения использования времени родителями в семье. В расходящейся группе наблюдалась, казалось бы, парадоксальная картина. С одной стороны, родители в этой группе продемонстрировали более традиционное разделение домашнего труда; с другой стороны, отцы оказались более вовлеченными в дела своих детей, чем отцы из других типов семей.Хотя традиционное разделение домашнего труда согласуется с традиционными гендерными установками родителей в этой группе, относительно высокая вовлеченность в дела детей со стороны отцов предполагает меньшую традиционность. Особого внимания заслуживает высокая отцовская вовлеченность в расходящуюся группу, учитывая, что в этой группе были чрезмерно представлены диады девочка-девочка, братья и сестры, и что отцы в этой группе сообщили о наиболее традиционных взглядах. Примечательно, что хотя матери в этой группе сообщали о более традиционных взглядах по сравнению с другими матерями, они были менее традиционными, чем их мужья.Полученные данные иллюстрируют многомерность гендера: человек с традиционными гендерно-ролевыми установками не обязательно проявляет гендерно-типичное поведение во всех сферах жизни.

Полученные данные также дают некоторое представление о причинах несоответствия между отношением родителей и детей в расходящихся семьях. Когда отцы различаются в своем отношении и поведении, их сообщения детям о гендерной принадлежности могут быть размытыми. Несмотря на традиционное отношение обоих родителей, дети в этих семьях (в частности, дочери) могут замечать более эгалитарную сторону своих отцов и реагировать против традиционной роли их матери в домашнем труде.Это подчеркивает сложность влияний социализации: установки и как матери, так и отцов и поведения могут иметь важное значение в развитии гендерного отношения детей.

Наши результаты показали, что семейные модели отношения к гендерным ролям были связаны с половой констелляцией диады братьев и сестер. Однако наличие не одной, а двух девочек увеличивало шансы семей попасть в расходящуюся группу, и иметь не одного, а двух мальчиков, что увеличивало шансы семей попасть в традиционную группу.Хотя нельзя сделать причинно-следственные выводы из такого корреляционного исследования, как это, кажется более разумным заключить, что половая констелляция диады «вызвала» семейный паттерн гендерных ролевых установок, а не наоборот. Другие исследователи указали на важность рассмотрения роли эффектов ребенка в формировании семейной среды и семейного опыта (Bell & Chapman, 1986; Crouter & Booth, 2003; Russell & Russell, 1992), и все же существует тенденция в семье и семье. исследования развития ребенка, чтобы предположить однонаправленный эффект от родителей к детям.Макхейл и Краутер (2003) ранее продемонстрировали важную роль, которую пол детей играет в формировании семейной динамики. Другое исследование, изучающее различное отношение родителей к братьям и сестрам, предполагает, что половая совокупность братьев и сестер может влиять на уровни и типы поведения родителей по отношению к каждому из их детей (например, McHale, Updegraff, Jackson-Newsom, Tucker & Crouter, 2000). Будущие исследователи могут получить новое понимание, если выйдут за рамки межсемейных сравнений.

Особенно важным было открытие, что наличие не одного, а двух детей определенного пола различает семейные кластеры. В случае расходящейся группы, в которой пары сестра-сестра были более обычными, девочкам, возможно, было легче выразить отношение, несовместимое с родительским, когда они получали поддержку от своих сестер. Точно так же большее количество пар сестра-сестра в расходящейся группе может объяснить менее традиционное отношение матерей по отношению к отцам в том смысле, что наличие двух дочерей может побудить матерей тяготеть к менее традиционным взглядам.В традиционной группе, напротив, преобладание мальчиков в этих семьях может ограничивать осведомленность родителей и понимание вопросов, связанных с гендерной дискриминацией и равенством, которые могут возникнуть при воспитании дочерей.

Семейное гендерное ролевое отношение и семейный конфликт

Вопреки ожиданиям, не было никаких доказательств того, что несоответствие отношения различающейся группы имело негативные последствия для отношений между родителями и детьми. Напротив, в традиционных семьях был более высокий уровень конфликтов между родителями и детьми.Важно отметить, что в этом типе семьи было много пар мальчик-мальчик. Таким образом, одним из возможных объяснений высокого конфликта является то, что большое значение, придаваемое «мужественности» в этих семьях, может стимулировать более стереотипно мужское поведение в отношениях, такое как доминирование, конкуренция и агрессия (Maccoby, 1990; Thompson & Pleck, 1986). . Кроме того, традиционное отношение родителей к гендерным ролям может сочетаться с более авторитарным стилем воспитания, что может иметь последствия для конфликтов с сыновьями и дочерьми.Интересно, что матери в этой группе были более традиционными, чем отцы, и возможно, что это относительное несоответствие между установками родителей разжигало конфликт между родителями и детьми.

Ограничения и направления на будущее

Это исследование помогает понять, как семьи работают как системы. Тем не менее, остаются некоторые вопросы, требующие решения в будущих исследованиях. Во-первых, это исследование было ограничено перекрестным анализом. Для полного понимания процессов, вовлеченных в формирование семейных моделей отношения, жизненно необходимы лонгитюдные исследования.Хотя может показаться логичным сделать вывод о том, что половая констелляция диад братьев и сестер оказала влияние на семейные модели отношения, а не наоборот, продольный анализ, изучающий развитие гендерно-ролевых отношений в семье, мог бы помочь выявить уникальный путь в семье. какие родители и дети влияют на семейную систему. Подобно тому, как отношение детей к гендерным ролям может возникать в процессе развития, модели отношения к семье могут угасать. Аналогичным образом, лонгитюдный анализ необходим, чтобы лучше понять, какой опыт и условия предшествуют расхождению во взглядах среди членов семьи и имеют ли эти различия последствия в долгосрочной перспективе.

Второе ограничение нашего исследования относится к обобщаемости результатов. Хотя участники отражали демографические характеристики региона, в котором они проживали, выборка была довольно однородной как с точки зрения этнической принадлежности, так и с точки зрения СЭС. Гендерно-ролевые ориентации многомерны не только в семейных системах, но и в разных семейных контекстах. По сути, эти модели отношения к гендерным ролям не могут быть универсальными. Результаты кластерного анализа должны быть воспроизведены в других выборках, прежде чем делать выводы о природе и корреляциях моделей гендерного отношения в семье.

Наконец, степень достоверности конфликта между родителями и детьми может быть ограничена. Хотя 11 областей, оцениваемых по шкале конфликта между родителями и детьми, безусловно, представляют области семейной жизни, которые могут вызвать конфликт, возможно, что эти области более точно отражают дисциплинарные или регулирующие практики домашнего хозяйства. В будущих исследованиях можно будет подтвердить результаты этого исследования, касающиеся конфликта, с помощью альтернативных методов измерения конфликта между родителями и детьми.

В заключение, наши выводы подчеркивают важность измерения гендерного отношения нескольких членов семьи.Изучая семейные модели отношения к гендерным ролям, а не просто сосредотачиваясь на отдельных лицах или одиноких парах, можно получить более глубокое понимание процессов, вовлеченных в формирование отношения к гендерным ролям как среди родителей, так и среди детей. Как показывает это исследование, отношение к гендерным ролям связано с аспектами семейной жизни, включая качество взаимоотношений и разделение труда, и определяется семейным контекстом, в который они встроены.

Семейные модели гендерного ролевого отношения

Резюме

Цели исследования заключались в том, чтобы определить семейные модели гендерного ролевого отношения, изучить условия, в которых эти модели возникли, и оценить влияние моделей гендерного отношения на семейные конфликты.Участниками были матери, отцы, а также подростки, родившиеся первыми и вторыми, из 358 белых, работающих семей и американских семей среднего класса. Результаты кластерного анализа выявили три модели гендерно-ролевых отношений: эгалитарные родители и дети, традиционные родители и дети, а также расходящиеся модели, когда родители более традиционны, а дети более эгалитарны. ANOVA смешанной модели показали, что эти семейные модели были связаны с социально-экономическим статусом, временем, проведенным родителями за гендерными домашними делами и с детьми, а также гендерным составом диады братьев и сестер.Традиционная семейная группа сообщила о наибольших семейных конфликтах.

Ключевые слова: гендер, семейные системы, социализация, эффекты ребенка

Введение

Хотя важность гендерных ролей в динамике семьи интересовала исследователей в течение нескольких десятилетий (например, Benin & Agostinelli, 1988; Ruble, Martin, & Berenbaum, 2006; Thompson & Walker, 1989), гендерные ролевые установки членов семьи — матерей, отцов, сестер и братьев — обычно изучаются у взрослых и детей отдельно или в рамках одного (т.е., супружеские или родитель-ребенок) диады. Такой подход может ограничить наше понимание того, как связаны гендерные характеристики членов семьи. Как предлагается с точки зрения систем семейств, семейства состоят из взаимосвязанных подсистем (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985), и поэтому понимание одной подсистемы в семействе неполно, если процессы, которые работают в других подсистемах, являются неполными. не рассматривается. Настоящее исследование было направлено на восполнение пробела в литературе по гендерно-ролевым установкам и семейной динамике.Используя данные интервью о семьях в США, мы стремились: (1) определить различных семейных моделей гендерных ролевых отношений матерей, отцов и двух братьев и сестер-подростков с помощью кластерного анализа; (2) изучить условия, в которых возникли различные семейные модели, включая семейный социально-экономический статус (SES), время, которое родители тратят на гендерные домашние дела, время, которое родители проводят с детьми, и половое созвездие братьев и сестер; и (3) оценить последствия семейных моделей гендерного отношения к конфликту между членами семьи.Мы сосредоточились на гендерно-ролевых установках из-за значительных изменений гендерных идеологий в США в последние десятилетия (Fortin, 2005). Мы пришли к выводу, что устойчивые социальные изменения могут по-разному влиять на семьи и членов семьи и, таким образом, порождать различные семейные модели отношения к гендерным ролям, при этом некоторые семьи демонстрируют более традиционные отношения, некоторые — более эгалитарные отношения, некоторые — сходство в отношениях внутри семьи и некоторые демонстрируют различия во взглядах в семье.

Отношение членов семьи к гендерным ролям: совпадение и несоответствие

Нашей первой целью было выявить семейные модели отношения к гендерным ролям. Мы использовали подход кластерного анализа, который включает в себя группировку единиц (в нашем случае семьи) на основе их сходства по множеству показателей и который дает подгруппы, которые максимизируют сходство внутри группы и различия между группами (Генри, Толан и Горман-Смит, 2005). . Этот метод анализа паттернов носит исследовательский характер и включает несколько априорных предположений о структуре результирующих паттернов (Whiteman & Loken, 2006).В семейной литературе попытки определить типы семей, основанные на сходстве и различиях между членами семьи, редки, и мы не нашли предшествующих исследований, которые бы изучали семейные модели отношения к гендерным ролям. Таким образом, у нас не было данных, которые позволили бы сделать наши прогнозы о том, какие типы семей появятся. Однако, как мы описываем ниже, обзор литературы по гендерно-ролевым установкам и теории семейных систем в целом позволяет предположить, что, хотя некоторые семьи могут характеризоваться совпадением отношений между членами семьи (например,g., все члены традиционные или все эгалитарные), другие семьи могут характеризоваться несоответствием (т. е. некоторые члены являются традиционными, а некоторые эгалитарными).

Конгруэнтность и несоответствие между женами и мужьями

Одно направление исследований, основанное на ассортивной теории спаривания (Crow & Felsenstein, 1968), предсказывает, что люди будут склонны выбирать себе партнеров с атрибутами, подобными им самим, и, таким образом, жены и мужья будут больше похожи, чем неродственные женщины и мужчины.Эмпирические данные подтверждают эту точку зрения, показывая, что супружеские пары, по сравнению с парами, образующими случайные пары, более похожи по демографическим характеристикам, ценностям, установкам, личности и психологическим результатам (Luo & Klohnen, 2005). С этой точки зрения, отношение к гендерным ролям жен и мужей должно быть одинаковым.

С точки зрения семейных систем, напротив, предполагается, что семьи представляют собой сложные единицы, состоящие из людей с различным опытом и потребностями (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985).Как единое целое, семьи самоорганизуются в ответ на внешние и внутренние силы. В ходе развития семьи некоторые компоненты семьи могут меняться быстрее, чем другие (Ross, Mirowsky, & Huber, 1983). Например, отношение супругов к гендерной роли может развиваться и меняться с разной скоростью. Исследования, основанные на национальных репрезентативных выборках американских пар, показали, что мужья придерживаются более традиционных гендерных ролей, чем их жены (Bolzendahl & Myers, 2004; Zuo & Tang, 2000).Это неудивительно, учитывая, что концепции мужских привилегий и доминирования присущи традиционным взглядам на гендерные роли (Ferree, 1990). Дальнейшие данные свидетельствуют о том, что влияние ассортивного спаривания сильнее на демографические характеристики, чем на психосоциальные черты: хотя супружеские корреляции психосоциальных черт статистически значимы, размер эффекта обычно варьируется от низкого до умеренного (Epstein & Guttman, 1984). Взятые вместе, теория и выводы о конгруэнтности отношения в супружеских парах могут означать, что некоторые пары демонстрируют схожие взгляды на гендерные роли, а другие — нет.

Конгруэнтность и несоответствие между родителями и детьми

Перспектива социализации подчеркивает роль родителей как наставников, подкрепляющих факторов и моделей гендерного ролевого отношения детей (Lytton & Romney, 1991). В частности, родители напрямую сообщают о своих взглядах на пол, давая инструкции, рекомендации и обучение своим детям (Eccles, 1994). Они также усиливают типичное для пола поведение, поощряя вовлечение своих детей в гендерно-стереотипные действия (Lytton & Romney, 1991).Кроме того, сообщения гендерной социализации косвенно передаются через моделирование родителями типичного для пола поведения (Collins & Russell, 1991). Например, дети узнают, что женщины и мужчины (должны) действовать по-разному, когда они замечают, что матери тратят больше времени на уход, а отцы — на досуг со своими детьми. С этой точки зрения родители должны передать свое отношение к гендерным ролям своим детям, что приведет к совпадению взглядов родителей и детей на гендерные роли.

Гендерная схема, напротив, подчеркивает важность когнитивных процессов в гендерном развитии. В детстве и юности молодежь выстраивает схемы соответствующих гендерным аспектам ролей и поведения (Martin & Ruble, 2004). Посредством когнитивных процессов идентификации и категоризации молодежь постоянно интегрирует новые идеи о гендере в свои схемы. Эти процессы основаны на уникальных контекстах обучения, в которых развивается молодежь, включая семейные и несемейные контексты (Serbin, Powlishtak, & Gulko, 1993).Таким образом, хотя с точки зрения гендерной схемы родители также признаются ключевыми агентами социализации, с этой точки зрения молодежь выступает в качестве производителей своего собственного развития (Martin, Ruble, Szkrybalo, 2002), а это означает, что отношение молодежи к гендерной роли информируется, но не определяется. родительскими практиками и большим социальным миром. Фактически, эмпирические исследования показывают лишь скромные, а иногда и незначительные ассоциации между установками гендерных ролей родителей и детей (Crouter, Whiteman, McHale, & Osgood, 2007; Tenenbaum & Leaper, 2002).Эти результаты показывают, что, в то время как некоторые дети моделируют взгляды своих родителей на гендерные роли, другие этого не делают.

Конгруэнтность и несоответствие между братьями и сестрами

Мы знаем гораздо меньше о сходствах и различиях между ориентациями гендерных ролей братьев и сестер, чем о семейных парах и парах родитель-ребенок. Однако в более обширной литературе о братьях и сестрах подчеркивается роль братьев и сестер как моделей, компаньонов и источников советов и подкрепления, особенно в подростковом возрасте, когда родители могут считаться менее осведомленными о социальных нормах и действиях сверстников и школы (McHale, Kim, И Уайтман, 2006).С точки зрения социального обучения процессы влияния должны действовать таким образом, чтобы создавать сходство между установками братьев и сестер по гендерным ролям. Действительно, в соответствии с принципами социального обучения, одно исследование показало, что гендерные отношения старших братьев и сестер предсказывали изменения в отношениях младших братьев и сестер в течение двухлетнего периода (McHale, Updegraff, Helms-Erikson, & Crouter, 2001): когда старшие братья и сестры сообщали более эгалитарное отношение, эгалитаризм младших братьев и сестер со временем усилился.

В этом исследовании, однако, также были выявлены свидетельства конкурирующего процесса влияния братьев и сестер, называемого деидентификацией: когда младшие братья и сестры сообщали о более эгалитарном отношении, отношения старших братьев со временем становились более традиционными (McHale et al., 2001). Результаты также показали, что отношение сестер в среднем было более эгалитарным, чем братьев, а лонгитюдный анализ показал, что со временем отношение сестер к младшим братьям стало более эгалитарным. Выводы о расхождении между братьями и сестрами согласуются с теорией индивидуальной психологии Альфреда Адлера (Ansbacher & Ansbacher, 1956), согласно которой братья и сестры де идентифицируют себя друг с другом в процессе своего развития, выбирая отдельные ниши в своих семьях, чтобы уменьшить конкуренцию. и собирать уникальные семейные ресурсы.В целом, хотя эмпирические данные ограничены, есть основания ожидать как сходства, так и различий между гендерными ролевыми установками братьев и сестер.

В совокупности, хотя вполне вероятно, что будет наблюдаться совпадение гендерных ролей среди членов семьи в одной семье, динамика развития и семейная динамика также могут влиять на различия членов семьи. Как уже отмечалось, последнее согласуется с перспективой семейных систем, которая подчеркивает возможность различий в опыте и точках зрения среди разных членов семьи (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985).Наша первая цель исследования заключалась в использовании кластерного анализа для выявления четких и значимых закономерностей, основанных на отношении к гендерным ролям четырех членов семьи — жен, мужей и двух подростков — из одних и тех же семей.

Условия, лежащие в основе семейных моделей отношения к гендерным ролям

Нашей второй целью было изучить условия, при которых возникают семейные модели отношения к гендерным ролям. Учитывая, что целью кластерного анализа является обнаружение, а не обеспечение соблюдения заранее определенной структуры данных (Whiteman & Loken, 2006), мы не могли точно предсказать, сколько подгрупп будет найдено, или как эти подгруппы будут связаны с другими семейными условиями. .Однако предыдущая литература нацелена на некоторые семейные условия, которые связаны с гендерной традицией родителей и детей: если бы нам удалось определить подгруппы более или менее традиционных семей, мы бы тогда ожидали значительных различий между этими подгруппами по семейным факторам, включая СЭС, родителей. время, потраченное на гендерные домашние дела, время родителей с детьми и половое созвездие братьев и сестер.

Семья SES

Доказательства того, что социально-экономические факторы могут влиять на отношение к гендерным ролям в семье, включают данные о том, что женщины и мужчины с более высоким уровнем образования и доходом выражают более эгалитарные гендерные ролевые ориентации (например,г., Crompton & Lyonette, 2005; Лаки, 1989). В образовательной системе США учащиеся знакомятся с эгалитарными идеями и женскими и мужскими ролевыми моделями, их учат определять гендерные мифы и стереотипы (Brooks & Bolzendahl, 2004; Cassidy & Warren, 1996). Кроме того, более высокий уровень образования обеспечивает как женщинам, так и мужчинам подготовку и квалификацию для получения более высокооплачиваемой работы и, в свою очередь, возможность вносить свой вклад в семейную экономику (Raley, Mattingly, & Bianchi, 2006).Продольные исследования, основанные на репрезентативных выборках в США, показали, что жены, как правило, более эгалитарны, когда они вносят больший вклад в общий доход семьи (Zou & Tang, 2000). В соответствии с перспективой социального обучения дети из более экономически благополучных семей также имеют более эгалитарные гендерные установки (например, Antill, Cunningham, & Cotton, 2003; Kulik, 2002).

Время родителей, затрачиваемое на гендерные домашние задачи

Как уже отмечалось, дети узнают о соответствующем гендерном поведении, наблюдая за поведением своих родителей.Со временем их знания объединяются и формируют когнитивную схему, которая позже систематизирует новые знания о гендере и направляет гендерное поведение (Martin & Ruble, 2004). Основываясь на данных 31-летнего панельного исследования семей в США, Каннингем (2001) обнаружил, что разделение родительской работы по дому, измеренное, когда детям было около года, предсказывало дальнейшее участие детей в домашних делах в их собственном браке. В частности, вклад отцов в стереотипно женскую домашнюю работу предсказывал вовлечение сыновей в один и тот же тип работы в зрелом возрасте.Выводы Каннингема, наряду с другими исследованиями разделения домашних обязанностей (например, Blair, 1992; White & Brinkerhoff, 1981), указывают на важность времени, которое родители тратят на домашнюю работу, в развитии гендерных ролей детей: вероятно, нетрадиционное распределение домашней работы способствовать эгалитарному отношению в семье.

Время родителей с детьми

Другой семейный процесс, который может повлиять на отношение детей к гендерным ролям, — это временная вовлеченность отцов (Risman & Myers, 1997).Уход за детьми — это стереотипно женское занятие, которое означает менее традиционную семейную роль отцов. Это может быть особенно актуально, когда отцы проводят время с дочерьми. С другой стороны, внутрисемейные сравнения показали, что отцы более склонны к занятиям с детьми (особенно мальчиками) по половому признаку, чем матери (Harris & Morgan, 1991; Crouter, McHale, & Bartko, 1993). Согласно обзору Maccoby (2003), диады отец-сын участвовали в экспериментах почти в два раза чаще, чем диады мать-сын.Отцы также более негативно реагируют на плач, страх или признаки слабости у сыновей, чем у дочерей. Эти данные предполагают, что, хотя участие отцов в отношении детей, как правило, отражает более эгалитарную гендерно-ролевую ориентацию, высокий уровень участия отцов выборочно по отношению к сыновьям может укрепить более традиционную гендерную идеологию.

Половое созвездие братьев и сестер

С точки зрения семейных систем подчеркивается двунаправленное влияние между родителями и детьми, и предыдущие исследования показывают, что дети могут влиять на родителей примерно так же, как родители влияют на детей.Макхейл и Краутер (2003) показали, например, что половая констелляция диад братьев и сестер формирует гендерные модели семейной деятельности. Изучая семьи с двумя родителями в США, по крайней мере, с двумя детьми в среднем детстве, они обнаружили, что матери проводят больше времени с детьми, чем отцы в семьях с двумя дочерьми, тогда как отцы проводят больше времени с детьми, чем матери в семьях с двумя сыновьями. То есть, более активное участие родителей было предсказано наличием не одного, а двух детей того же пола.Учитывая, что отцов больше беспокоит гендерная типичность мальчиков (Maccoby, 2003) и что пары братьев и сестер, как правило, проводят больше времени со своими отцами, мы можем обнаружить, что у них более традиционное отношение к гендерным ролям, чем у сестер и сестер. диады. Результаты исследования McHale and Crouter (2003) также показали, что участие детей в домашних делах варьировалось в зависимости от половой констелляции братьев и сестер. Старшие братья и сестры обычно выполняли больше работы по дому, чем младшие братья и сестры, но эта разница была наиболее заметной в диадах старшая сестра-младший брат.Кроме того, в диадах старший брат-младшая-сестра младшие девочки выполняли больше работы по дому, чем их старшие братья. Эти данные свидетельствуют о том, что присутствие мальчика и девочки в одной семье дает родителям возможность укрепить традиционные гендерно-ролевые ориентации. Таким образом, семьи с диадами братьев и сестер смешанного пола могут иметь более традиционные модели гендерных ролей, особенно по сравнению с семьями с диадами братьев и сестер, состоящих из сестер и сестер.

Гендерное ролевое отношение и семейный конфликт

Нашей третьей целью было оценить влияние семейных моделей гендерных ролевых отношений на качество семейных отношений.Как уже упоминалось, в отличие от априорных методов, кластерный анализ не позволяет нам делать точные прогнозы о скрытых паттернах, лежащих в основе, или о том, как производные паттерны будут связаны с другими конструкциями (Whiteman & Loken, 2006). Однако предыдущая литература предполагает, что члены семьи с разными взглядами менее удовлетворены своими семейными отношениями. Если бы мы оказались успешными в выявлении подгрупп семей, для которых характерно совпадение и несовпадение позиций членов семьи, литература в целом предполагает, что в семьях, отмеченных несоответствием, будет больше конфликтов.

Брачный конфликт

Было установлено, что качество брака связано с супружеским сходством. Пары, которые схожи по ценностям, интересам к отдыху, ролевым предпочтениям и когнитивным навыкам, как правило, более удовлетворены своим браком, чем те, которые не похожи друг на друга в этих аспектах (например, Burleson & Denton, 1992; Ickes, 1993; Kaslow & Robison, 1996 ). Кроме того, на основе национальных репрезентативных выборок пар в США, Лай и Библарц (1993) обнаружили, что, когда пары не соглашаются в отношении гендерных ролей (т.е., разделение работы по дому), как жены, так и мужья сообщают о более высоком уровне напряженности в браке и конфликтах. Как заметили Кук и Джонс (1963), пары с разными ценностями и установками могут испытывать трудности в отношениях, потому что они оценивают события с разных точек зрения. Разным женам и мужьям, возможно, придется постоянно вести переговоры и пересматривать свои супружеские роли — процесс, который может породить новые источники разногласий и проблем.

Конфликт между родителями и детьми

Лишь несколько исследований изучали несовпадение отношений между поколениями и его связь с отношениями между родителями и детьми.Например, ограниченное количество исследований аккультурации документально подтвердило существование межпоколенческих конфликтов из-за различий в аккультурации родителей-иммигрантов и их детей (например, Atzaba-Poria & Pike, 2007; Tsai-Chae & Nagata, 2008; Ying & Han, 2007). В целом полученные данные показывают, что, когда родители и дети демонстрируют заметные расхождения в культурных ценностях и отношениях, они сообщают о большем конфликте и ухудшении качества отношений. Сопоставимые последствия могут иметь место, когда родители и дети по-разному относятся к гендерным ролям.Подобно разным парам, разным родителям и детям, возможно, придется договориться и пересмотреть свои роли в семье, что, в свою очередь, может поставить под угрозу отношения между родителями и детьми. Однако важно понимать, что в некоторых случаях родители поощряют отклонение детей от отношения родителей (Acock, 1984), и поэтому несоответствие не всегда может приводить к проблемным отношениям.

Конфликт между братьями и сестрами

Наш обзор литературы не обнаружил исследований, связывающих сходство отношения между братьями и сестрами с конфликтом между братьями и сестрами, и с теоретической точки зрения прогнозы противоречивы.Теории социального обучения подчеркивают роль теплого и заботливого поведения модели в наблюдательном обучении (Bandura, 1977), и действительно, некоторые исследования показывают, что братья и сестры с более близкими отношениями демонстрируют большее сходство в своем поведении (McHale et al., 2006). С другой стороны, теория дифференциации братьев и сестер предполагает, что братья и сестры выбирают разные ниши в своих семьях, чтобы уменьшить соперничество между братьями и сестрами (Ansbacher & Ansbacher, 1956). С этой точки зрения конфликты между братьями и сестрами должны быть ниже, когда братья и сестры демонстрируют большие различия в своем отношении к гендерным ролям.

Цели и гипотезы исследования

Настоящее исследование было разработано для решения трех исследовательских задач. Наша первая цель заключалась в использовании отчетов матерей, отцов, а также первых и вторых братьев и сестер об отношении к гендерным ролям в качестве переменных для кластеризации для выявления групп семей, которые различаются по общесемейным моделям отношения к гендерным ролям. Мы следили за недавними исследованиями (например, Allen & Olson, 2001; Fisher & Ransom, 1995; Fowers & Olson, 1992) и использовали двухэтапный подход кластерного анализа.Сначала был проведен иерархический кластерный анализ с использованием косинусного индекса сходства со средней связью. Семьи были последовательно объединены в пары, пока все единицы не были сгруппированы в общий кластер. Здесь использовалась иерархическая кластеризация, поскольку нелинейные методы не могут представлять вложенные структуры в многомерных данных (Henry et al., 2005). Решения с разным количеством кластеров сравнивались на основе нескольких критериев остановки, включая паттерны дендрограммы, интерпретируемость и размер ячеек (Blashfield & Aldenderfer, 1988).Во-вторых, был проведен подтверждающий факторный анализ с использованием метода K -средних. Дополнительный кластерный анализ определил, можно ли воспроизвести выбранную кластерную структуру, полученную в результате иерархического кластерного анализа (см. Whiteman & Loken, 2006, где подробно обсуждаются процедуры и преимущества этого двухэтапного подхода). Чтобы дополнительно проверить нашу гипотезу о моделях гендерного ролевого отношения, мы провели анализ дисперсии смешанной модели (ANOVA), чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в переменных кластеризации.

Наша вторая цель состояла в том, чтобы изучить условия, при которых возникают различные модели гендерного ролевого отношения, путем сравнения семейных кластеров с точки зрения SES, времени родителей, потраченного на гендерные домашние дела, времени родителей с детьми и половой констелляции братьев и сестер. . Здесь мы провели серию смешанных моделей ANOVA и анализа хи-квадрат, чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в этих факторах.

Наша третья цель состояла в том, чтобы оценить потенциальные последствия семейных моделей для семейного конфликта путем сравнения семейных кластеров с точки зрения брака, конфликта между родителями и детьми, а также конфликтов между братьями и сестрами.С этой целью мы также провели смешанные модели ANOVA, чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в семейных конфликтах.

Мы проверили следующие гипотезы.

  • 1

    Кластерный анализ позволит выявить семейные модели, характеризующиеся конгруэнтностью и несоответствием гендерных ролей членов семьи.

  • 2 (a)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, у родителей будет более низкий уровень СЭС (т.е., более низкий уровень образования и дохода).

  • 2 (b)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, у родителей будет более традиционное разделение домашнего труда.

  • 2 (c)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, отцы будут проводить больше времени с сыновьями.

  • 2 (d)

    Группа семей с более эгалитарными моделями гендерного ролевого отношения будет включать больше семей с двойными братьями и сестрами девочка-девочка по сравнению с парами мальчик-мальчик или смешанными братьями и сестрами.

  • (3)

    В семьях, для которых характерно несовпадение гендерных ролевых отношений между членами семьи, будет более высокий уровень супружеских конфликтов, конфликтов между родителями и детьми, а также между братьями и сестрами, по сравнению с семьями, характеризующимися конгруэнтным гендерно-ролевым отношением всех членов семьи.

Метод

Участники

Участниками были 358 семей с двумя родителями из двух когорт лонгитюдного исследования семейных отношений. Одна когорта включала первенца и второго брата и сестру, которые были в среднем детстве, когда они впервые вошли в исследование, а вторая когорта включала первенца и второго брата или сестру, которые были в подростковом возрасте, когда они впервые вошли в исследование.Письма о приёме на работу были отправлены домой всем семьям с детьми целевого возраста в школьных округах северо-восточного штата. В письмах разъяснялась цель исследовательского проекта и описывались критерии участия. Семьям выдали открытки, которые они должны были заполнить и вернуть, если они были заинтересованы в участии. Семьи имели право на участие, если пара состояла в браке, оба родителя работали, и у них было как минимум двое детей среднего или подросткового возраста, разница в возрасте которых составляла не более четырех лет.Более 90% семей, вернувших открытки, имели право и в конечном итоге приняли участие. Для настоящего анализа мы использовали данные только по одному случаю для каждой когорты, в которой (а) были собраны данные о гендерных отношениях как родителей, так и детей; (б) дети были в раннем (младшие братья и сестры) и среднем (старшие братья и сестры) подростковом возрасте.

Это исследование включало выборку исключительно белых из рабочего и среднего класса. Средний доход составлял 24 756 долларов ( SD, = 17 733) для матерей и 48 747 долларов ( SD, = 28 158) для отцов.Средний уровень образования составлял 14,66 лет ( SD, = 2,19) для матерей и 14,60 лет ( SD, = 2,39) для отцов, где 12 баллов означали выпускника средней школы, а 16 — выпускника колледжа. Средний возраст составлял 42,05 года ( SD, = 3,95) для матерей, 44,17 года ( SD, = 4,70) для отцов, 16,72 ( SD, = 0,80) для первенцев и сестер и 14,20 года ( SD, = 1,12). ) для вторых братьев и сестер.

Процедура

Мы собирали данные с помощью домашних и телефонных интервью.Обученные интервьюеры посещали семьи для проведения индивидуальных домашних интервью. В начале интервью было получено информированное согласие, и семья получила гонорар в размере 100 или 200 долларов в зависимости от фазы исследования. Затем члены семьи были опрошены индивидуально. В ходе интервью члены семьи рассказали о показателях развития, адаптации и семейных отношений.

В течение двух-трех недель после домашних собеседований родители и дети соответственно прошли четыре (3 будних дня, 1 выходной день) и семь (5 будних дней, 2 выходных дня) ночных телефонных интервью.Обученные интервьюеры звонили членам семьи в свои дома, в основном в вечерние часы. Каждый член семьи завершил свою часть звонков индивидуально. Интервьюер провел каждого родителя и ребенка по списку действий и исследовал контекст любых завершенных действий, включая тип действий, их продолжительность и с кем они участвовали в этих действиях. Молодежь рассказывала о своей деятельности, в том числе о домашних делах, личных занятиях, занятиях спортом и хобби.Родители сообщали обо всех своих домашних делах, а также о любых действиях, которые они выполняли с любым из детей, используя предоставленный список занятий. Двое детей участвовали во всех семи телефонных звонках, а родители участвовали в четырех звонках каждый. Телефонные интервью длились от 30 до 45 минут на звонок.

Меры

Общие характеристики

Мы собрали информацию о возрасте членов семьи, уровне образования и доходе родителей во время домашних собеседований с родителями.

Отношение родителей к гендерной роли

Родители заполнили Шкалу отношения к женщинам (ATW) из 15 пунктов (Spence & Helmreich, 1972). Примером было следующее: «В общем, отец должен иметь больше полномочий, чем мать, в принятии решений о воспитании детей». Ответы варьировались от 1 ( полностью согласны, ) до 4 ( полностью не согласны, ). Показатели отношения родителей были рассчитаны путем суммирования баллов по всем 15 пунктам, причем более высокие баллы указывали на более традиционные взгляды на гендерные роли.Альфа Кронбаха была 0,80 для матерей и 0,77 для отцов.

Отношение молодежи к гендерным ролям

Молодежь заполнила шкалу отношения к женщинам (Spence & Helmreich, 1972) или шкалу отношения детей к женщинам (Antill, Cotton, Goodnow, & Russell, 1993). Для двух когорт использовались разные шкалы, поскольку дети участвовали в нашем продольном исследовании в разном возрасте. Учитывая, что использовались разные меры, оценки молодежи по каждой шкале были стандартизированы в пределах когорты и порядка рождения.Шкала отношения к женщинам, заполненная молодыми людьми, которые вошли в исследование в подростковом возрасте, была той же мерой, что описана выше для родителей. Альфа Кронбаха была 0,80 для первенцев и 0,81 для вторых братьев и сестер. Шкала отношения детей к женщинам, заполненная молодыми людьми, которые вошли в исследование в среднем детстве, представляла собой показатель из 19 пунктов с ответами в диапазоне от 1 ( полностью согласен, ) до 4 ( категорически не согласен, ). Примером было следующее: «Сыновьям в семье нужно помогать учиться в колледже больше, чем дочерям.Альфа Кронбаха была 0,88 для первенца и 0,83 для вторых братьев и сестер. Оценки отношения молодежи были вычислены путем суммирования баллов по всем 19 пунктам, причем более высокие баллы указывали на более традиционные взгляды на гендерные роли.

Время родителей, потраченное на женские домашние дела

Мы оценили участие родителей в женских домашних задачах с помощью телефонных интервью с родителями. В частности, матери и папы сообщали, сколько времени они тратят на мытье посуды, приготовление еды, уборку дома (например,g., вытирание пыли, мытье полов) и стирка за 4 дня использования данных. Эти задачи были названы женскими задачами на основании предшествующей теории и исследований (Atkinson & Huston, 1984). Кроме того, парный тест t показал, что матери в этой выборке сообщили, что тратят на эти задачи значительно больше времени, чем отцы, t (341) = 22,78, p <0,01. Отчеты об этих мероприятиях были объединены по четырем звонкам, выполненным каждым родителем, чтобы построить показатели того, сколько времени матери и отцы тратили на стереотипно женские домашние дела.Для коррекции асимметрии использовались преобразования квадратного корня из общей продолжительности времени (минут за 4 дня).

Время, проведенное родителями с детьми

Мы оценили совместное времяпрепровождение родителей и детей с помощью телефонных интервью с молодежью. Диадическое время родитель-ребенок (совместное время родитель-ребенок, в котором больше никого не было) измерялось путем суммирования минут, которые каждый ребенок сообщил о своих расходах наедине с каждым родителем по всем видам деятельности и по семи вызовам, выполненным каждым ребенком. Для коррекции асимметрии использовались преобразования квадратного корня из общей продолжительности времени (минут за 7 дней).

Брачный конфликт родителей

Родители заполнили шкалу из 5 пунктов, разработанную Брайкером и Келли (1979). В качестве примера был задан вопрос: «Как часто вы злитесь или обижаетесь на своего партнера?» Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 9 ( очень сильно ). Общие баллы по семейным конфликтам рассчитывались путем суммирования баллов по каждому из 5 пунктов. Альфа Кронбаха составляла 75 и 0,73 соответственно для отчетов отцов и матерей о семейных конфликтах.

Конфликт родителей и детей

Молодежь выполнила задание из 11 пунктов, адаптированное из работы Сметаны (1998).Молодежь сообщила о частоте конфликтов в 11 сферах повседневной жизни (например, работа по дому, домашняя работа / учеба, общественная жизнь, время отхода ко сну / комендантский час) соответственно для матерей и отцов. Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 6 ( несколько раз в день ). Общие оценки конфликта между родителями и детьми были рассчитаны путем суммирования оценок для каждого из 11 доменов. Отдельная оценка была рассчитана для каждой диады родитель-ребенок (т.е. мать-первенец, мать-второй ребенок, отец-первенец, отец-второй ребенок).Альфа-коэффициенты Кронбаха варьировались от 0,78 до 0,83.

Конфликт молодежи с братьями и сестрами

Молодежь заполнила шкалу из 5 пунктов, разработанную Стокером и Макхейлом (1992). В качестве примера был задан вопрос: «Как часто вы злитесь или злитесь на своего брата / сестру?» Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 5 ( очень сильно ). Общие баллы конфликтов между братьями и сестрами были рассчитаны путем суммирования баллов по каждому из 5 пунктов. Альфа Кронбаха составляла 0,75 и 0,79 соответственно для отчетов о конфликте между братьями и сестрами, родившимися первыми и вторыми.

Результаты

Средние значения и стандартные отклонения всех переменных в исследовании показаны отдельно для матерей, отцов, а также братьев и сестер первого и второго родов женского и мужского пола. Тесты парной выборки t показали, что матери имели значительно более низкий доход, t (352) = -13,35, p <0,01, были более эгалитарными, t (357) = -5,18, p <0,01, тратит больше времени на домашние дела, т (341) = 22,78, р <.01, и сообщил о более высоком уровне супружеских конфликтов по сравнению с отцами, t (353) = 5,28, p <0,01. Независимая выборка t -тесты показали, что первые и вторые родившиеся девочки были более эгалитарными, чем первенцы, t (356) = -9,95, p <0,01, и мальчики, рожденные вторыми, t (356 ) = -7,09, p <0,01. Подростки также проводили больше времени со своими однополыми родителями: в то время как девочки, родившиеся первыми и вторыми, проводили больше времени с матерями, чем первенцы, t (339) = 6.90, p <0,01, и мальчики, родившиеся вторым, t (339) = 5,46, p <0,01, мальчики, родившиеся первым и вторым, проводили больше времени с отцами, чем первенцы, t (339) = -4,44, p <0,01, и девочки, родившиеся вторыми, t (339) = -3,10, p <0,01.

Таблица 1

Средние значения (и стандартные отклонения) всех переменных, сообщаемых матерями, отцами и молодежью




Девочки ( N = 176)

детский

903 903

903

Матери Отцы Первенцы Вторые дети
Мальчики ( N = 182) Девочки ( N = 178) Мальчики ( N = 180)
Образование родителей 14.66 (2,19) a 14,60 (2,39) a
Доход родителей 903,756 (17321)

24321 48 747 (28 158) b
Отношение к женщинам 26,19 (6,05) b -.48 (0,70) a 0,45 (1,03) b −,36 (0,87) a 0,35 (1,01) b

903 903

Время родителей на домашние дела 18,07 (8,77) a 8,76 (5,13) b

8.16 (5,44) a 4,46 (4,43) b 9,42 (5,49) a 6,42 (4,60) b 23 903 903 903 детский 4,87 (4,31) a 7,33 (5,78) b 6,30 (4,75) a
Брачный конфликт 20.03 (6,28) a 18,28 (5,87) b
Конфликт матери и ребенка — 903 6,06) a 23,52 (5,94) a 24,43 (6,15) a 25,19 (7,06) ребенок

21.97 (6,23) a 22,02 (6,12) a 22,22 (6,79) a 23,16 (6,54) a
18,85 (7,50) а 19,07 (7,23) а 19,42 (7,66)

Паттерны гендерного ролевого отношения

Гипотеза (1) утверждала, что кластерный анализ позволит выявить семейные паттерны, характеризующиеся конгруэнтностью и несоответствием гендерных ролевых установок членов семьи.Перед проведением кластерного анализа все отчеты об отношениях были стандартизированы, чтобы переменные с большими отклонениями не преобладали в кластерном решении. Мы сравнили несколько решений с двух-, трех-, четырех- и пятикластерными структурами, полученными на основе иерархической кластеризации. На основе нескольких критериев остановки, включая паттерны дендрограмм, интерпретируемость и размер ячеек (Blashfield & Aldenderfer, 1988), мы выбрали трехкластерное решение как наилучшую характеристику данных.Решение было воспроизведено методом кластеризации K -средний, χ 2 (4) = 286,68, p <0,01 (см.). Возникли три модели семей, которые соответствовали нашим ожиданиям: традиционная группа ( n = 164), в которой оба родителя и оба брата и сестры имели баллы выше выборочных средних по традиционности гендерно-ролевого отношения, эгалитарная группа ( n = 126) , в которой оба родителя, а также оба брата и сестры получили оценки ниже средних по гендерно-ролевой традиционности, и расходящаяся группа ( n = 68), в которой родители сообщили об относительно более традиционных взглядах, но братья и сестры сообщили об относительно менее традиционных взглядах (см. и для стандартных средних значений). переменных кластеризации).

Семейные модели отношения к гендерным ролям

Таблица 2

Перекрестное табулирование результатов методов иерархической кластеризации и кластеризации K-средних

501 9029

9019 9019 9019

Стандартный 3 Средние значения (и стандартные отклонения) кластеризации переменных по типам семейств

Иерархический K -Means
Кластер 1 Кластер 2 Кластер 3 Всего
Кластер 1 100 35 29 164 164 18 126
Кластер 3 1 10 57 68
Итого 101 153 104 153 104
90 280

Кластер 1: традиционный Кластер 2: эгалитарный Кластер 3: расходящийся
Отношение матери .41 (1.01) a , 1 −.73 (.60) b , 1 .34 (.83) a , 1
Отцовское отношение 0,18 (0,91) a , 2 −,69 (0,72) b , 2 0,71 (0,79) c , 2
Отношение старших братьев и сестер .57 (1,02) a , 3 , 4 −,52 (0,73) b , 2 −,45 (0,57) b , 3 , 4
Отношение младших братьев и сестер 0,71 (0,89) a , 1 , 3 , 4 −0,5321 b , 1 , 2 −.68 (.52) b , 1 , 3 , 4

Для дальнейшей проверки нашей гипотезы Мы сравнили кластеры, используя смешанную модель ANOVA 3 (кластер) × 4 (член семьи), и обнаружили значимые одномерные эффекты для матерей, F (2, 357) = 71.29, p <0,01, ε = 0,53, отцовский F (2, 357) = 72,56, p <0,01, ε = 0,53, первенцы, F (2, 357) = 65,70, p <0,01, ε = 0,51, и второрожденные, F (2, 357) = 131,12, p <0,01, ε = 0,65, гендерные ролевые установки (см.) , а также значительный межгрупповой эффект кластера, F (2, 357) = 233,93, p <0,01, ε = 0,75, и значимое взаимодействие кластера × члена семьи, F (2, 357) = 29.59, p <0,01, ε = 0,37.

Последующие тесты Тьюки для одномерных эффектов показали, что отцы во всех группах значительно отличались друг от друга по своим гендерно-ролевым установкам, причем отцы в расходящейся группе сообщили больше всего, а отцы в эгалитарной группе сообщили о наименее традиционных взглядах. . Результаты также показали, что матери в эгалитарной группе значительно отличались от матерей как в традиционных, так и в дивергентных группах, но матери в традиционных и дивергентных группах не различались.Наконец, как первородящие, так и вторые дети в традиционной группе значительно отличались от детей в эгалитарных и дивергентных группах, но между двумя последними группами различий не было.

Чтобы проследить взаимодействие кластера × член семьи, мы исследовали разницу в баллах между членами семьи с помощью последующих тестов Тьюки. Начиная со сравнений матери и отца, этот анализ показал, что родители отличались друг от друга как в традиционной, так и в расходящейся группе, так что отцы были менее традиционными, чем матери в традиционной группе, но более традиционными, чем матери в расходящейся группе.Не было различий между братьями и сестрами ни в одной из групп. Наконец, за исключением разницы между отцом и вторым ребенком в традиционном кластере, дивергентный кластер был единственным типом семьи, в котором различия между родителями и детьми были значительными.

Условия, лежащие в основе семейных моделей гендерного ролевого отношения

Чтобы определить условия, при которых возникли различные семейные модели гендерного ролевого отношения, мы провели серию смешанных моделей ANOVA и анализа хи-квадрат.В частности, в ходе анализа изучались различия между семейными кластерами с точки зрения SES, времени, затрачиваемого родителями на гендерные домашние задачи, времени, которое родители проводят с детьми, и половой констелляции диады братьев и сестер (см. И).

Таблица 4

Средние значения (и стандартные отклонения) демографических переменных, домашних задач родителей и общего времени между родителями и детьми по типам семей

8,3

Кластер1: Традиционный Кластер2: Эгалитарный Кластер3
Управляющие переменные
Материнское образование 14.31 (2,10) a 15,42 (2,20) b 14,07 (2,02) a
Отцовское образование

15,43 (2,44) b 14,26 (2,32) a
Материнский доход 22, 666 (14,319) a 283 b 21, 632 (22,601) a
Доход отца 47, 570 (27,462) a 53, 44, 743 (45,130) a
Время родителей
Женские задачи матери 18.26 (5,38) a b 17,18 (5,09) a 19,29 (4,92) b
Father Feminine Tasks 9,73 (4,72) a 7,92 (5,32) b
Разница в женских задачах отца и матери 10,08 (8321) 58 (6,93) b 11,46 (6,73) a
Мать-первенец 6,06 (5,12) 6,65 (5,5) a
Младенцы-второрожденные 7,36 (5,24) a 8,35 (5,28)
Отцы-первенцы 5.54 (5,18) a 5,95 (5,05) a b 7,58 (5,44) b
Отец-второкурсники 7,47 (4,55) a 6,40 (4,85) a

Таблица 5

Распределение (и процентное содержание ячеек) родственных семей по типам полов 8-927

Кластер 1: традиционный Кластер 2: эгалитарный Кластер 3: расходящийся Всего Девушка-девочка 22 (6.15%) 36 (10,06%) 30 (8,38%) 88 Мальчики 46 (12,85%) 30 (8,38%) 12 (3,35%) 88 Мальчик-девочка 42 (11,73%) 34 (9,50%) 14 (3,91%) 90 Мальчик-мальчик 54 (15,08%) 26 ( 7,26%) 12 (3,35%) 92 Итого 164 126 68 358

Гипотеза 2 (а) предполагала, что в семьях больше традиционного пола родителей ролевые отношения имели бы более низкую СЭС.ANOVA смешанной модели 3 (кластер) × 2 (родительский) выявил значительное влияние кластера на доход матери, F (2, 352) = 5,07, p <0,01, ε = 0,15, тренд - влияние уровня кластера на доход отцов, F (2, 352) = 2,19, p <0,11, ε = 0,08, и значительный общий эффект кластера, F (2, 352) = 6,29, p <0,01, ε = 0,17. Последующие тесты Тьюки показали, что в соответствии с нашей гипотезой, родители как в традиционных, так и в расходящихся семьях имели значительно более низкий доход, чем в эгалитарных семьях.Кроме того, смешанная модель ANOVA 3 (кластер) × 2 (родитель), сфокусированная на образовании матерей и отцов, показала значительное влияние кластера на образование матерей, F (2, 355) = 13,01, p <. 01, ε = 0,25, образование отца, F (2, 355) = 13,08, p <0,01, ε = 0,25, и общий эффект между кластерами, F (2, 355) = 17,82 , p <0,01 ε = 0,29. В соответствии с нашими ожиданиями, контрольный тест Тьюки показал, что родители как в традиционных, так и в расходящихся семьях имели значительно более низкий уровень образования, чем родители в эгалитарных семьях.Учитывая эти результаты и значительную корреляцию между образованием родителей и доходом семьи, r = 0,51, p <0,01, мы создали составной балл SES, объединив семейный доход и уровни образования обоих родителей путем стандартизации каждого балла и суммируя их. Этот индекс SES использовался в качестве контрольной переменной во всех остальных анализах.

Гипотеза 2 (b) постулировала, что у родителей в семьях с более традиционным отношением к гендерным ролям будет более традиционное разделение домашнего труда.Смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родитель) ANCOVA с родителем в качестве фактора внутри группы и SES в качестве контрольной переменной выявила одномерный кластерный эффект на уровне тренда для участия матерей в выполнении домашних заданий, F (2, 336) = 2,51, p = 0,08, ε = 0,09, значительный кластерный эффект для участия отцов в домашних делах, F (2, 336) = 4,07, p <0,01, ε = 0,13, значительный общий родительский эффект, F (2, 336) = 465,33, p <.01, ε = 0,85, и значительное общее взаимодействие кластера × родитель, F (2, 336) = 5,20, p <0,01, ε = 0,16. Последующие тесты Тьюки для определения основных эффектов для кластера показали, что матери в дивергентной группе тратили больше времени на женские домашние дела, чем матери в эгалитарной группе, и что отцы в эгалитарной группе тратили больше времени на женские домашние дела, чем отцы в как традиционные, так и расходящиеся группы. Общий родительский эффект показал, что матери, как правило, тратили больше времени на домашние дела, чем отцы.Однако, в соответствии с нашей гипотезой, наблюдение за взаимодействием родитель × кластер показало, что матери и отцы в эгалитарной группе были более похожи по времени, затраченному на женские задачи, по сравнению с другими группами.

Гипотеза 2 (c) утверждала, что отцы в семьях, для которых характерно более традиционное отношение к гендерным ролям, будут проводить больше времени со своими сыновьями. Анализ времени, проведенного родителями с детьми, не выявил однофакторного кластерного эффекта для времени, проведенного матерью с детьми.Однако смешанная модель 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие) × 2 (брат и сестра) ANCOVA выявила одномерный кластерный эффект для диадического времени старших братьев и сестер с отцом, F (2, 334) = 5,31, p < 0,01, ε = 0,16, и взаимодействие кластера × одного брата, F (2, 334) = 4,75, p <0,01, ε = 0,15. Последующий тест одномерного основного эффекта показал, что отцы проводили значительно больше времени со своими старшими детьми в дивергентной группе по сравнению с традиционной группой.Последующий тест Тьюки для взаимодействия кластер × брат и сестра показал, что отцы в расходящейся группе проводили больше времени со своими двумя детьми по сравнению с отцами в традиционных и эгалитарных группах. Взятые вместе, эта модель предполагает, что отцы в расходящейся группе были относительно больше связаны со своими детьми.

Гипотеза 2 (d) утверждала, что в семьях, для которых характерно более эгалитарное отношение к гендерным ролям, будет больше шансов иметь пары братьев и сестер девочка-девочка, чем диад мальчик-мальчик или смешанного пола братьев и сестер.Анализ хи-квадрат 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие), χ 2 (6) = 28,91, p <0,01, показал, что, частично подтверждая наши ожидания, традиционный тип семьи включает преобладание пар брат-брат, тогда как расходящийся семейный тип состоял в основном из пар сестра-сестра. Кроме того, в эгалитарной группе было несколько больше пар сестра-сестра, чем пар брат-брат. Однако, в отличие от нашей гипотезы, смешанные половые диады (сестра-брат и брат-сестра) оказались равномерно распределенными по типам семьи (см.).

Гендерное ролевое отношение и семейные конфликты

Гипотеза (3) утверждала, что в семьях, для которых характерны несовместимые гендерные ролевые отношения среди членов семьи, будет более высокий уровень конфликтов между родителями и детьми, супружескими отношениями и братьями и сестрами по сравнению с семьями, характеризующимися конгруэнтными гендерными ролевыми отношениями между членами семьи. члены семьи. Смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родитель) ANCOVA не обнаружила эффектов, связанных с кластером, для супружеского конфликта. Точно так же смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родственник) ANCOVA не выявила никаких эффектов, связанных с кластерным конфликтом между братьями и сестрами.Однако для конфликта родитель-ребенок пара смешанных моделей ANOVA 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие) × 2 (родственник) выявила значительные общие кластерные эффекты как для конфликта между матерью, так и для конфликта отца и ребенка, F (2, 352) = 3,90, p <0,01, ε = 0,13 и F (2, 352) = 6,15, p <0,01, ε = 0,17 соответственно. В противоречие с нашей гипотезой, контрольные тесты Тьюки выявили более высокий уровень конфликта между матерью и ребенком в традиционной группе по сравнению с эгалитарной группой и более высокий уровень конфликта отца и ребенка в традиционной группе по сравнению с двумя другими типами семьи.

Обсуждение

Хотя некоторые исследователи начали использовать личностно-ориентированные или шаблонно-аналитические подходы для изучения семей (например, Crouter, McHale, & Tucker, 1999; Johnson, 2003), эти подходы традиционно использовались для изучения отдельных людей ( Бергман, Магнуссон и Эль-Хоури, 2003 г.). Настоящее исследование демонстрирует полезность аналитического подхода к изучению семейных систем. Наш анализ показал, что семьи различаются по своим моделям отношения родителей и детей к гендерным ролям.В большинстве семей четыре члена семьи соответствовали друг другу, поскольку все члены семьи были либо относительно более эгалитарными, либо относительно более традиционными по сравнению с людьми из других семей. Одна группа семей, однако, показала несовместимую модель, в которой оба брата и сестры проявляли более эгалитарное отношение, несмотря на более традиционные взгляды их родителей. Этот образец согласуется с представлениями семейных систем о внутрисемейной изменчивости. Возникновение расходящейся модели также предполагает, что, в то время как процессы социального обучения объясняют развитие отношения детей к гендерной роли в одних семьях, в других семьях могут действовать различные механизмы.

Наш анализ показал, что межсемейные и внутрисемейные сравнения дают несколько разные картины конгруэнтности и расхождения семейных установок: как в расходящихся, так и в традиционных группах, матери и отцы также различались своим отношением, так что отцы в расходящейся группе были больше. традиционные, чем их жены, и матери в традиционной группе были более традиционными, чем их мужья. Как мы уже предположили, большинство исследований гендерных отношений сосредоточено на людях или диадах.Наш семейно-ориентированный подход раскрывает более сложный набор процессов, чем был обнаружен в предыдущей работе.

Не было случаев, когда двое братьев и сестер отличались друг от друга своим отношением к гендерным ролям. В этих семьях могут функционировать механизмы социального обучения, так что младшие братья и сестры моделируют гендерные ролевые установки своих старших братьев и сестер (например, McHale et al., 2001). Дальнейшая работа по изучению взаимоотношений между гендерными ролевыми отношениями братьев и сестер с течением времени могла бы дать более глубокое понимание процессов социального обучения, которые влияют на формирование гендерных ролей в подростковом возрасте.

Условия, лежащие в основе семейных моделей

При изучении условий, лежащих в основе этих семейных моделей, результаты согласуются с более ранними исследованиями, показывающими, что образование и доход родителей отличают семьи с более традиционными взглядами от семей с более эгалитарными взглядами (например, Bolzendahl & Myers, 2004 г.). Дивергентная группа также характеризовалась более низким уровнем образования и доходов, как и следовало ожидать, учитывая традиции родителей; однако в этом типе семьи, как уже отмечалось, отношение детей было более эгалитарным.Хотя отношение родителей в этой группе могло быть основано на социально-экономических факторах, похоже, что взгляды их детей — нет.

Помимо основных характеристик, семейные модели гендерных ролей также различались с точки зрения использования времени родителями в семье. В расходящейся группе наблюдалась, казалось бы, парадоксальная картина. С одной стороны, родители в этой группе продемонстрировали более традиционное разделение домашнего труда; с другой стороны, отцы оказались более вовлеченными в дела своих детей, чем отцы из других типов семей.Хотя традиционное разделение домашнего труда согласуется с традиционными гендерными установками родителей в этой группе, относительно высокая вовлеченность в дела детей со стороны отцов предполагает меньшую традиционность. Особого внимания заслуживает высокая отцовская вовлеченность в расходящуюся группу, учитывая, что в этой группе были чрезмерно представлены диады девочка-девочка, братья и сестры, и что отцы в этой группе сообщили о наиболее традиционных взглядах. Примечательно, что хотя матери в этой группе сообщали о более традиционных взглядах по сравнению с другими матерями, они были менее традиционными, чем их мужья.Полученные данные иллюстрируют многомерность гендера: человек с традиционными гендерно-ролевыми установками не обязательно проявляет гендерно-типичное поведение во всех сферах жизни.

Полученные данные также дают некоторое представление о причинах несоответствия между отношением родителей и детей в расходящихся семьях. Когда отцы различаются в своем отношении и поведении, их сообщения детям о гендерной принадлежности могут быть размытыми. Несмотря на традиционное отношение обоих родителей, дети в этих семьях (в частности, дочери) могут замечать более эгалитарную сторону своих отцов и реагировать против традиционной роли их матери в домашнем труде.Это подчеркивает сложность влияний социализации: установки и как матери, так и отцов и поведения могут иметь важное значение в развитии гендерного отношения детей.

Наши результаты показали, что семейные модели отношения к гендерным ролям были связаны с половой констелляцией диады братьев и сестер. Однако наличие не одной, а двух девочек увеличивало шансы семей попасть в расходящуюся группу, и иметь не одного, а двух мальчиков, что увеличивало шансы семей попасть в традиционную группу.Хотя нельзя сделать причинно-следственные выводы из такого корреляционного исследования, как это, кажется более разумным заключить, что половая констелляция диады «вызвала» семейный паттерн гендерных ролевых установок, а не наоборот. Другие исследователи указали на важность рассмотрения роли эффектов ребенка в формировании семейной среды и семейного опыта (Bell & Chapman, 1986; Crouter & Booth, 2003; Russell & Russell, 1992), и все же существует тенденция в семье и семье. исследования развития ребенка, чтобы предположить однонаправленный эффект от родителей к детям.Макхейл и Краутер (2003) ранее продемонстрировали важную роль, которую пол детей играет в формировании семейной динамики. Другое исследование, изучающее различное отношение родителей к братьям и сестрам, предполагает, что половая совокупность братьев и сестер может влиять на уровни и типы поведения родителей по отношению к каждому из их детей (например, McHale, Updegraff, Jackson-Newsom, Tucker & Crouter, 2000). Будущие исследователи могут получить новое понимание, если выйдут за рамки межсемейных сравнений.

Особенно важным было открытие, что наличие не одного, а двух детей определенного пола различает семейные кластеры. В случае расходящейся группы, в которой пары сестра-сестра были более обычными, девочкам, возможно, было легче выразить отношение, несовместимое с родительским, когда они получали поддержку от своих сестер. Точно так же большее количество пар сестра-сестра в расходящейся группе может объяснить менее традиционное отношение матерей по отношению к отцам в том смысле, что наличие двух дочерей может побудить матерей тяготеть к менее традиционным взглядам.В традиционной группе, напротив, преобладание мальчиков в этих семьях может ограничивать осведомленность родителей и понимание вопросов, связанных с гендерной дискриминацией и равенством, которые могут возникнуть при воспитании дочерей.

Семейное гендерное ролевое отношение и семейный конфликт

Вопреки ожиданиям, не было никаких доказательств того, что несоответствие отношения различающейся группы имело негативные последствия для отношений между родителями и детьми. Напротив, в традиционных семьях был более высокий уровень конфликтов между родителями и детьми.Важно отметить, что в этом типе семьи было много пар мальчик-мальчик. Таким образом, одним из возможных объяснений высокого конфликта является то, что большое значение, придаваемое «мужественности» в этих семьях, может стимулировать более стереотипно мужское поведение в отношениях, такое как доминирование, конкуренция и агрессия (Maccoby, 1990; Thompson & Pleck, 1986). . Кроме того, традиционное отношение родителей к гендерным ролям может сочетаться с более авторитарным стилем воспитания, что может иметь последствия для конфликтов с сыновьями и дочерьми.Интересно, что матери в этой группе были более традиционными, чем отцы, и возможно, что это относительное несоответствие между установками родителей разжигало конфликт между родителями и детьми.

Ограничения и направления на будущее

Это исследование помогает понять, как семьи работают как системы. Тем не менее, остаются некоторые вопросы, требующие решения в будущих исследованиях. Во-первых, это исследование было ограничено перекрестным анализом. Для полного понимания процессов, вовлеченных в формирование семейных моделей отношения, жизненно необходимы лонгитюдные исследования.Хотя может показаться логичным сделать вывод о том, что половая констелляция диад братьев и сестер оказала влияние на семейные модели отношения, а не наоборот, продольный анализ, изучающий развитие гендерно-ролевых отношений в семье, мог бы помочь выявить уникальный путь в семье. какие родители и дети влияют на семейную систему. Подобно тому, как отношение детей к гендерным ролям может возникать в процессе развития, модели отношения к семье могут угасать. Аналогичным образом, лонгитюдный анализ необходим, чтобы лучше понять, какой опыт и условия предшествуют расхождению во взглядах среди членов семьи и имеют ли эти различия последствия в долгосрочной перспективе.

Второе ограничение нашего исследования относится к обобщаемости результатов. Хотя участники отражали демографические характеристики региона, в котором они проживали, выборка была довольно однородной как с точки зрения этнической принадлежности, так и с точки зрения СЭС. Гендерно-ролевые ориентации многомерны не только в семейных системах, но и в разных семейных контекстах. По сути, эти модели отношения к гендерным ролям не могут быть универсальными. Результаты кластерного анализа должны быть воспроизведены в других выборках, прежде чем делать выводы о природе и корреляциях моделей гендерного отношения в семье.

Наконец, степень достоверности конфликта между родителями и детьми может быть ограничена. Хотя 11 областей, оцениваемых по шкале конфликта между родителями и детьми, безусловно, представляют области семейной жизни, которые могут вызвать конфликт, возможно, что эти области более точно отражают дисциплинарные или регулирующие практики домашнего хозяйства. В будущих исследованиях можно будет подтвердить результаты этого исследования, касающиеся конфликта, с помощью альтернативных методов измерения конфликта между родителями и детьми.

В заключение, наши выводы подчеркивают важность измерения гендерного отношения нескольких членов семьи.Изучая семейные модели отношения к гендерным ролям, а не просто сосредотачиваясь на отдельных лицах или одиноких парах, можно получить более глубокое понимание процессов, вовлеченных в формирование отношения к гендерным ролям как среди родителей, так и среди детей. Как показывает это исследование, отношение к гендерным ролям связано с аспектами семейной жизни, включая качество взаимоотношений и разделение труда, и определяется семейным контекстом, в который они встроены.

Семейные модели гендерного ролевого отношения

Резюме

Цели исследования заключались в том, чтобы определить семейные модели гендерного ролевого отношения, изучить условия, в которых эти модели возникли, и оценить влияние моделей гендерного отношения на семейные конфликты.Участниками были матери, отцы, а также подростки, родившиеся первыми и вторыми, из 358 белых, работающих семей и американских семей среднего класса. Результаты кластерного анализа выявили три модели гендерно-ролевых отношений: эгалитарные родители и дети, традиционные родители и дети, а также расходящиеся модели, когда родители более традиционны, а дети более эгалитарны. ANOVA смешанной модели показали, что эти семейные модели были связаны с социально-экономическим статусом, временем, проведенным родителями за гендерными домашними делами и с детьми, а также гендерным составом диады братьев и сестер.Традиционная семейная группа сообщила о наибольших семейных конфликтах.

Ключевые слова: гендер, семейные системы, социализация, эффекты ребенка

Введение

Хотя важность гендерных ролей в динамике семьи интересовала исследователей в течение нескольких десятилетий (например, Benin & Agostinelli, 1988; Ruble, Martin, & Berenbaum, 2006; Thompson & Walker, 1989), гендерные ролевые установки членов семьи — матерей, отцов, сестер и братьев — обычно изучаются у взрослых и детей отдельно или в рамках одного (т.е., супружеские или родитель-ребенок) диады. Такой подход может ограничить наше понимание того, как связаны гендерные характеристики членов семьи. Как предлагается с точки зрения систем семейств, семейства состоят из взаимосвязанных подсистем (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985), и поэтому понимание одной подсистемы в семействе неполно, если процессы, которые работают в других подсистемах, являются неполными. не рассматривается. Настоящее исследование было направлено на восполнение пробела в литературе по гендерно-ролевым установкам и семейной динамике.Используя данные интервью о семьях в США, мы стремились: (1) определить различных семейных моделей гендерных ролевых отношений матерей, отцов и двух братьев и сестер-подростков с помощью кластерного анализа; (2) изучить условия, в которых возникли различные семейные модели, включая семейный социально-экономический статус (SES), время, которое родители тратят на гендерные домашние дела, время, которое родители проводят с детьми, и половое созвездие братьев и сестер; и (3) оценить последствия семейных моделей гендерного отношения к конфликту между членами семьи.Мы сосредоточились на гендерно-ролевых установках из-за значительных изменений гендерных идеологий в США в последние десятилетия (Fortin, 2005). Мы пришли к выводу, что устойчивые социальные изменения могут по-разному влиять на семьи и членов семьи и, таким образом, порождать различные семейные модели отношения к гендерным ролям, при этом некоторые семьи демонстрируют более традиционные отношения, некоторые — более эгалитарные отношения, некоторые — сходство в отношениях внутри семьи и некоторые демонстрируют различия во взглядах в семье.

Отношение членов семьи к гендерным ролям: совпадение и несоответствие

Нашей первой целью было выявить семейные модели отношения к гендерным ролям. Мы использовали подход кластерного анализа, который включает в себя группировку единиц (в нашем случае семьи) на основе их сходства по множеству показателей и который дает подгруппы, которые максимизируют сходство внутри группы и различия между группами (Генри, Толан и Горман-Смит, 2005). . Этот метод анализа паттернов носит исследовательский характер и включает несколько априорных предположений о структуре результирующих паттернов (Whiteman & Loken, 2006).В семейной литературе попытки определить типы семей, основанные на сходстве и различиях между членами семьи, редки, и мы не нашли предшествующих исследований, которые бы изучали семейные модели отношения к гендерным ролям. Таким образом, у нас не было данных, которые позволили бы сделать наши прогнозы о том, какие типы семей появятся. Однако, как мы описываем ниже, обзор литературы по гендерно-ролевым установкам и теории семейных систем в целом позволяет предположить, что, хотя некоторые семьи могут характеризоваться совпадением отношений между членами семьи (например,g., все члены традиционные или все эгалитарные), другие семьи могут характеризоваться несоответствием (т. е. некоторые члены являются традиционными, а некоторые эгалитарными).

Конгруэнтность и несоответствие между женами и мужьями

Одно направление исследований, основанное на ассортивной теории спаривания (Crow & Felsenstein, 1968), предсказывает, что люди будут склонны выбирать себе партнеров с атрибутами, подобными им самим, и, таким образом, жены и мужья будут больше похожи, чем неродственные женщины и мужчины.Эмпирические данные подтверждают эту точку зрения, показывая, что супружеские пары, по сравнению с парами, образующими случайные пары, более похожи по демографическим характеристикам, ценностям, установкам, личности и психологическим результатам (Luo & Klohnen, 2005). С этой точки зрения, отношение к гендерным ролям жен и мужей должно быть одинаковым.

С точки зрения семейных систем, напротив, предполагается, что семьи представляют собой сложные единицы, состоящие из людей с различным опытом и потребностями (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985).Как единое целое, семьи самоорганизуются в ответ на внешние и внутренние силы. В ходе развития семьи некоторые компоненты семьи могут меняться быстрее, чем другие (Ross, Mirowsky, & Huber, 1983). Например, отношение супругов к гендерной роли может развиваться и меняться с разной скоростью. Исследования, основанные на национальных репрезентативных выборках американских пар, показали, что мужья придерживаются более традиционных гендерных ролей, чем их жены (Bolzendahl & Myers, 2004; Zuo & Tang, 2000).Это неудивительно, учитывая, что концепции мужских привилегий и доминирования присущи традиционным взглядам на гендерные роли (Ferree, 1990). Дальнейшие данные свидетельствуют о том, что влияние ассортивного спаривания сильнее на демографические характеристики, чем на психосоциальные черты: хотя супружеские корреляции психосоциальных черт статистически значимы, размер эффекта обычно варьируется от низкого до умеренного (Epstein & Guttman, 1984). Взятые вместе, теория и выводы о конгруэнтности отношения в супружеских парах могут означать, что некоторые пары демонстрируют схожие взгляды на гендерные роли, а другие — нет.

Конгруэнтность и несоответствие между родителями и детьми

Перспектива социализации подчеркивает роль родителей как наставников, подкрепляющих факторов и моделей гендерного ролевого отношения детей (Lytton & Romney, 1991). В частности, родители напрямую сообщают о своих взглядах на пол, давая инструкции, рекомендации и обучение своим детям (Eccles, 1994). Они также усиливают типичное для пола поведение, поощряя вовлечение своих детей в гендерно-стереотипные действия (Lytton & Romney, 1991).Кроме того, сообщения гендерной социализации косвенно передаются через моделирование родителями типичного для пола поведения (Collins & Russell, 1991). Например, дети узнают, что женщины и мужчины (должны) действовать по-разному, когда они замечают, что матери тратят больше времени на уход, а отцы — на досуг со своими детьми. С этой точки зрения родители должны передать свое отношение к гендерным ролям своим детям, что приведет к совпадению взглядов родителей и детей на гендерные роли.

Гендерная схема, напротив, подчеркивает важность когнитивных процессов в гендерном развитии. В детстве и юности молодежь выстраивает схемы соответствующих гендерным аспектам ролей и поведения (Martin & Ruble, 2004). Посредством когнитивных процессов идентификации и категоризации молодежь постоянно интегрирует новые идеи о гендере в свои схемы. Эти процессы основаны на уникальных контекстах обучения, в которых развивается молодежь, включая семейные и несемейные контексты (Serbin, Powlishtak, & Gulko, 1993).Таким образом, хотя с точки зрения гендерной схемы родители также признаются ключевыми агентами социализации, с этой точки зрения молодежь выступает в качестве производителей своего собственного развития (Martin, Ruble, Szkrybalo, 2002), а это означает, что отношение молодежи к гендерной роли информируется, но не определяется. родительскими практиками и большим социальным миром. Фактически, эмпирические исследования показывают лишь скромные, а иногда и незначительные ассоциации между установками гендерных ролей родителей и детей (Crouter, Whiteman, McHale, & Osgood, 2007; Tenenbaum & Leaper, 2002).Эти результаты показывают, что, в то время как некоторые дети моделируют взгляды своих родителей на гендерные роли, другие этого не делают.

Конгруэнтность и несоответствие между братьями и сестрами

Мы знаем гораздо меньше о сходствах и различиях между ориентациями гендерных ролей братьев и сестер, чем о семейных парах и парах родитель-ребенок. Однако в более обширной литературе о братьях и сестрах подчеркивается роль братьев и сестер как моделей, компаньонов и источников советов и подкрепления, особенно в подростковом возрасте, когда родители могут считаться менее осведомленными о социальных нормах и действиях сверстников и школы (McHale, Kim, И Уайтман, 2006).С точки зрения социального обучения процессы влияния должны действовать таким образом, чтобы создавать сходство между установками братьев и сестер по гендерным ролям. Действительно, в соответствии с принципами социального обучения, одно исследование показало, что гендерные отношения старших братьев и сестер предсказывали изменения в отношениях младших братьев и сестер в течение двухлетнего периода (McHale, Updegraff, Helms-Erikson, & Crouter, 2001): когда старшие братья и сестры сообщали более эгалитарное отношение, эгалитаризм младших братьев и сестер со временем усилился.

В этом исследовании, однако, также были выявлены свидетельства конкурирующего процесса влияния братьев и сестер, называемого деидентификацией: когда младшие братья и сестры сообщали о более эгалитарном отношении, отношения старших братьев со временем становились более традиционными (McHale et al., 2001). Результаты также показали, что отношение сестер в среднем было более эгалитарным, чем братьев, а лонгитюдный анализ показал, что со временем отношение сестер к младшим братьям стало более эгалитарным. Выводы о расхождении между братьями и сестрами согласуются с теорией индивидуальной психологии Альфреда Адлера (Ansbacher & Ansbacher, 1956), согласно которой братья и сестры де идентифицируют себя друг с другом в процессе своего развития, выбирая отдельные ниши в своих семьях, чтобы уменьшить конкуренцию. и собирать уникальные семейные ресурсы.В целом, хотя эмпирические данные ограничены, есть основания ожидать как сходства, так и различий между гендерными ролевыми установками братьев и сестер.

В совокупности, хотя вполне вероятно, что будет наблюдаться совпадение гендерных ролей среди членов семьи в одной семье, динамика развития и семейная динамика также могут влиять на различия членов семьи. Как уже отмечалось, последнее согласуется с перспективой семейных систем, которая подчеркивает возможность различий в опыте и точках зрения среди разных членов семьи (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985).Наша первая цель исследования заключалась в использовании кластерного анализа для выявления четких и значимых закономерностей, основанных на отношении к гендерным ролям четырех членов семьи — жен, мужей и двух подростков — из одних и тех же семей.

Условия, лежащие в основе семейных моделей отношения к гендерным ролям

Нашей второй целью было изучить условия, при которых возникают семейные модели отношения к гендерным ролям. Учитывая, что целью кластерного анализа является обнаружение, а не обеспечение соблюдения заранее определенной структуры данных (Whiteman & Loken, 2006), мы не могли точно предсказать, сколько подгрупп будет найдено, или как эти подгруппы будут связаны с другими семейными условиями. .Однако предыдущая литература нацелена на некоторые семейные условия, которые связаны с гендерной традицией родителей и детей: если бы нам удалось определить подгруппы более или менее традиционных семей, мы бы тогда ожидали значительных различий между этими подгруппами по семейным факторам, включая СЭС, родителей. время, потраченное на гендерные домашние дела, время родителей с детьми и половое созвездие братьев и сестер.

Семья SES

Доказательства того, что социально-экономические факторы могут влиять на отношение к гендерным ролям в семье, включают данные о том, что женщины и мужчины с более высоким уровнем образования и доходом выражают более эгалитарные гендерные ролевые ориентации (например,г., Crompton & Lyonette, 2005; Лаки, 1989). В образовательной системе США учащиеся знакомятся с эгалитарными идеями и женскими и мужскими ролевыми моделями, их учат определять гендерные мифы и стереотипы (Brooks & Bolzendahl, 2004; Cassidy & Warren, 1996). Кроме того, более высокий уровень образования обеспечивает как женщинам, так и мужчинам подготовку и квалификацию для получения более высокооплачиваемой работы и, в свою очередь, возможность вносить свой вклад в семейную экономику (Raley, Mattingly, & Bianchi, 2006).Продольные исследования, основанные на репрезентативных выборках в США, показали, что жены, как правило, более эгалитарны, когда они вносят больший вклад в общий доход семьи (Zou & Tang, 2000). В соответствии с перспективой социального обучения дети из более экономически благополучных семей также имеют более эгалитарные гендерные установки (например, Antill, Cunningham, & Cotton, 2003; Kulik, 2002).

Время родителей, затрачиваемое на гендерные домашние задачи

Как уже отмечалось, дети узнают о соответствующем гендерном поведении, наблюдая за поведением своих родителей.Со временем их знания объединяются и формируют когнитивную схему, которая позже систематизирует новые знания о гендере и направляет гендерное поведение (Martin & Ruble, 2004). Основываясь на данных 31-летнего панельного исследования семей в США, Каннингем (2001) обнаружил, что разделение родительской работы по дому, измеренное, когда детям было около года, предсказывало дальнейшее участие детей в домашних делах в их собственном браке. В частности, вклад отцов в стереотипно женскую домашнюю работу предсказывал вовлечение сыновей в один и тот же тип работы в зрелом возрасте.Выводы Каннингема, наряду с другими исследованиями разделения домашних обязанностей (например, Blair, 1992; White & Brinkerhoff, 1981), указывают на важность времени, которое родители тратят на домашнюю работу, в развитии гендерных ролей детей: вероятно, нетрадиционное распределение домашней работы способствовать эгалитарному отношению в семье.

Время родителей с детьми

Другой семейный процесс, который может повлиять на отношение детей к гендерным ролям, — это временная вовлеченность отцов (Risman & Myers, 1997).Уход за детьми — это стереотипно женское занятие, которое означает менее традиционную семейную роль отцов. Это может быть особенно актуально, когда отцы проводят время с дочерьми. С другой стороны, внутрисемейные сравнения показали, что отцы более склонны к занятиям с детьми (особенно мальчиками) по половому признаку, чем матери (Harris & Morgan, 1991; Crouter, McHale, & Bartko, 1993). Согласно обзору Maccoby (2003), диады отец-сын участвовали в экспериментах почти в два раза чаще, чем диады мать-сын.Отцы также более негативно реагируют на плач, страх или признаки слабости у сыновей, чем у дочерей. Эти данные предполагают, что, хотя участие отцов в отношении детей, как правило, отражает более эгалитарную гендерно-ролевую ориентацию, высокий уровень участия отцов выборочно по отношению к сыновьям может укрепить более традиционную гендерную идеологию.

Половое созвездие братьев и сестер

С точки зрения семейных систем подчеркивается двунаправленное влияние между родителями и детьми, и предыдущие исследования показывают, что дети могут влиять на родителей примерно так же, как родители влияют на детей.Макхейл и Краутер (2003) показали, например, что половая констелляция диад братьев и сестер формирует гендерные модели семейной деятельности. Изучая семьи с двумя родителями в США, по крайней мере, с двумя детьми в среднем детстве, они обнаружили, что матери проводят больше времени с детьми, чем отцы в семьях с двумя дочерьми, тогда как отцы проводят больше времени с детьми, чем матери в семьях с двумя сыновьями. То есть, более активное участие родителей было предсказано наличием не одного, а двух детей того же пола.Учитывая, что отцов больше беспокоит гендерная типичность мальчиков (Maccoby, 2003) и что пары братьев и сестер, как правило, проводят больше времени со своими отцами, мы можем обнаружить, что у них более традиционное отношение к гендерным ролям, чем у сестер и сестер. диады. Результаты исследования McHale and Crouter (2003) также показали, что участие детей в домашних делах варьировалось в зависимости от половой констелляции братьев и сестер. Старшие братья и сестры обычно выполняли больше работы по дому, чем младшие братья и сестры, но эта разница была наиболее заметной в диадах старшая сестра-младший брат.Кроме того, в диадах старший брат-младшая-сестра младшие девочки выполняли больше работы по дому, чем их старшие братья. Эти данные свидетельствуют о том, что присутствие мальчика и девочки в одной семье дает родителям возможность укрепить традиционные гендерно-ролевые ориентации. Таким образом, семьи с диадами братьев и сестер смешанного пола могут иметь более традиционные модели гендерных ролей, особенно по сравнению с семьями с диадами братьев и сестер, состоящих из сестер и сестер.

Гендерное ролевое отношение и семейный конфликт

Нашей третьей целью было оценить влияние семейных моделей гендерных ролевых отношений на качество семейных отношений.Как уже упоминалось, в отличие от априорных методов, кластерный анализ не позволяет нам делать точные прогнозы о скрытых паттернах, лежащих в основе, или о том, как производные паттерны будут связаны с другими конструкциями (Whiteman & Loken, 2006). Однако предыдущая литература предполагает, что члены семьи с разными взглядами менее удовлетворены своими семейными отношениями. Если бы мы оказались успешными в выявлении подгрупп семей, для которых характерно совпадение и несовпадение позиций членов семьи, литература в целом предполагает, что в семьях, отмеченных несоответствием, будет больше конфликтов.

Брачный конфликт

Было установлено, что качество брака связано с супружеским сходством. Пары, которые схожи по ценностям, интересам к отдыху, ролевым предпочтениям и когнитивным навыкам, как правило, более удовлетворены своим браком, чем те, которые не похожи друг на друга в этих аспектах (например, Burleson & Denton, 1992; Ickes, 1993; Kaslow & Robison, 1996 ). Кроме того, на основе национальных репрезентативных выборок пар в США, Лай и Библарц (1993) обнаружили, что, когда пары не соглашаются в отношении гендерных ролей (т.е., разделение работы по дому), как жены, так и мужья сообщают о более высоком уровне напряженности в браке и конфликтах. Как заметили Кук и Джонс (1963), пары с разными ценностями и установками могут испытывать трудности в отношениях, потому что они оценивают события с разных точек зрения. Разным женам и мужьям, возможно, придется постоянно вести переговоры и пересматривать свои супружеские роли — процесс, который может породить новые источники разногласий и проблем.

Конфликт между родителями и детьми

Лишь несколько исследований изучали несовпадение отношений между поколениями и его связь с отношениями между родителями и детьми.Например, ограниченное количество исследований аккультурации документально подтвердило существование межпоколенческих конфликтов из-за различий в аккультурации родителей-иммигрантов и их детей (например, Atzaba-Poria & Pike, 2007; Tsai-Chae & Nagata, 2008; Ying & Han, 2007). В целом полученные данные показывают, что, когда родители и дети демонстрируют заметные расхождения в культурных ценностях и отношениях, они сообщают о большем конфликте и ухудшении качества отношений. Сопоставимые последствия могут иметь место, когда родители и дети по-разному относятся к гендерным ролям.Подобно разным парам, разным родителям и детям, возможно, придется договориться и пересмотреть свои роли в семье, что, в свою очередь, может поставить под угрозу отношения между родителями и детьми. Однако важно понимать, что в некоторых случаях родители поощряют отклонение детей от отношения родителей (Acock, 1984), и поэтому несоответствие не всегда может приводить к проблемным отношениям.

Конфликт между братьями и сестрами

Наш обзор литературы не обнаружил исследований, связывающих сходство отношения между братьями и сестрами с конфликтом между братьями и сестрами, и с теоретической точки зрения прогнозы противоречивы.Теории социального обучения подчеркивают роль теплого и заботливого поведения модели в наблюдательном обучении (Bandura, 1977), и действительно, некоторые исследования показывают, что братья и сестры с более близкими отношениями демонстрируют большее сходство в своем поведении (McHale et al., 2006). С другой стороны, теория дифференциации братьев и сестер предполагает, что братья и сестры выбирают разные ниши в своих семьях, чтобы уменьшить соперничество между братьями и сестрами (Ansbacher & Ansbacher, 1956). С этой точки зрения конфликты между братьями и сестрами должны быть ниже, когда братья и сестры демонстрируют большие различия в своем отношении к гендерным ролям.

Цели и гипотезы исследования

Настоящее исследование было разработано для решения трех исследовательских задач. Наша первая цель заключалась в использовании отчетов матерей, отцов, а также первых и вторых братьев и сестер об отношении к гендерным ролям в качестве переменных для кластеризации для выявления групп семей, которые различаются по общесемейным моделям отношения к гендерным ролям. Мы следили за недавними исследованиями (например, Allen & Olson, 2001; Fisher & Ransom, 1995; Fowers & Olson, 1992) и использовали двухэтапный подход кластерного анализа.Сначала был проведен иерархический кластерный анализ с использованием косинусного индекса сходства со средней связью. Семьи были последовательно объединены в пары, пока все единицы не были сгруппированы в общий кластер. Здесь использовалась иерархическая кластеризация, поскольку нелинейные методы не могут представлять вложенные структуры в многомерных данных (Henry et al., 2005). Решения с разным количеством кластеров сравнивались на основе нескольких критериев остановки, включая паттерны дендрограммы, интерпретируемость и размер ячеек (Blashfield & Aldenderfer, 1988).Во-вторых, был проведен подтверждающий факторный анализ с использованием метода K -средних. Дополнительный кластерный анализ определил, можно ли воспроизвести выбранную кластерную структуру, полученную в результате иерархического кластерного анализа (см. Whiteman & Loken, 2006, где подробно обсуждаются процедуры и преимущества этого двухэтапного подхода). Чтобы дополнительно проверить нашу гипотезу о моделях гендерного ролевого отношения, мы провели анализ дисперсии смешанной модели (ANOVA), чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в переменных кластеризации.

Наша вторая цель состояла в том, чтобы изучить условия, при которых возникают различные модели гендерного ролевого отношения, путем сравнения семейных кластеров с точки зрения SES, времени родителей, потраченного на гендерные домашние дела, времени родителей с детьми и половой констелляции братьев и сестер. . Здесь мы провели серию смешанных моделей ANOVA и анализа хи-квадрат, чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в этих факторах.

Наша третья цель состояла в том, чтобы оценить потенциальные последствия семейных моделей для семейного конфликта путем сравнения семейных кластеров с точки зрения брака, конфликта между родителями и детьми, а также конфликтов между братьями и сестрами.С этой целью мы также провели смешанные модели ANOVA, чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в семейных конфликтах.

Мы проверили следующие гипотезы.

  • 1

    Кластерный анализ позволит выявить семейные модели, характеризующиеся конгруэнтностью и несоответствием гендерных ролей членов семьи.

  • 2 (a)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, у родителей будет более низкий уровень СЭС (т.е., более низкий уровень образования и дохода).

  • 2 (b)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, у родителей будет более традиционное разделение домашнего труда.

  • 2 (c)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, отцы будут проводить больше времени с сыновьями.

  • 2 (d)

    Группа семей с более эгалитарными моделями гендерного ролевого отношения будет включать больше семей с двойными братьями и сестрами девочка-девочка по сравнению с парами мальчик-мальчик или смешанными братьями и сестрами.

  • (3)

    В семьях, для которых характерно несовпадение гендерных ролевых отношений между членами семьи, будет более высокий уровень супружеских конфликтов, конфликтов между родителями и детьми, а также между братьями и сестрами, по сравнению с семьями, характеризующимися конгруэнтным гендерно-ролевым отношением всех членов семьи.

Метод

Участники

Участниками были 358 семей с двумя родителями из двух когорт лонгитюдного исследования семейных отношений. Одна когорта включала первенца и второго брата и сестру, которые были в среднем детстве, когда они впервые вошли в исследование, а вторая когорта включала первенца и второго брата или сестру, которые были в подростковом возрасте, когда они впервые вошли в исследование.Письма о приёме на работу были отправлены домой всем семьям с детьми целевого возраста в школьных округах северо-восточного штата. В письмах разъяснялась цель исследовательского проекта и описывались критерии участия. Семьям выдали открытки, которые они должны были заполнить и вернуть, если они были заинтересованы в участии. Семьи имели право на участие, если пара состояла в браке, оба родителя работали, и у них было как минимум двое детей среднего или подросткового возраста, разница в возрасте которых составляла не более четырех лет.Более 90% семей, вернувших открытки, имели право и в конечном итоге приняли участие. Для настоящего анализа мы использовали данные только по одному случаю для каждой когорты, в которой (а) были собраны данные о гендерных отношениях как родителей, так и детей; (б) дети были в раннем (младшие братья и сестры) и среднем (старшие братья и сестры) подростковом возрасте.

Это исследование включало выборку исключительно белых из рабочего и среднего класса. Средний доход составлял 24 756 долларов ( SD, = 17 733) для матерей и 48 747 долларов ( SD, = 28 158) для отцов.Средний уровень образования составлял 14,66 лет ( SD, = 2,19) для матерей и 14,60 лет ( SD, = 2,39) для отцов, где 12 баллов означали выпускника средней школы, а 16 — выпускника колледжа. Средний возраст составлял 42,05 года ( SD, = 3,95) для матерей, 44,17 года ( SD, = 4,70) для отцов, 16,72 ( SD, = 0,80) для первенцев и сестер и 14,20 года ( SD, = 1,12). ) для вторых братьев и сестер.

Процедура

Мы собирали данные с помощью домашних и телефонных интервью.Обученные интервьюеры посещали семьи для проведения индивидуальных домашних интервью. В начале интервью было получено информированное согласие, и семья получила гонорар в размере 100 или 200 долларов в зависимости от фазы исследования. Затем члены семьи были опрошены индивидуально. В ходе интервью члены семьи рассказали о показателях развития, адаптации и семейных отношений.

В течение двух-трех недель после домашних собеседований родители и дети соответственно прошли четыре (3 будних дня, 1 выходной день) и семь (5 будних дней, 2 выходных дня) ночных телефонных интервью.Обученные интервьюеры звонили членам семьи в свои дома, в основном в вечерние часы. Каждый член семьи завершил свою часть звонков индивидуально. Интервьюер провел каждого родителя и ребенка по списку действий и исследовал контекст любых завершенных действий, включая тип действий, их продолжительность и с кем они участвовали в этих действиях. Молодежь рассказывала о своей деятельности, в том числе о домашних делах, личных занятиях, занятиях спортом и хобби.Родители сообщали обо всех своих домашних делах, а также о любых действиях, которые они выполняли с любым из детей, используя предоставленный список занятий. Двое детей участвовали во всех семи телефонных звонках, а родители участвовали в четырех звонках каждый. Телефонные интервью длились от 30 до 45 минут на звонок.

Меры

Общие характеристики

Мы собрали информацию о возрасте членов семьи, уровне образования и доходе родителей во время домашних собеседований с родителями.

Отношение родителей к гендерной роли

Родители заполнили Шкалу отношения к женщинам (ATW) из 15 пунктов (Spence & Helmreich, 1972). Примером было следующее: «В общем, отец должен иметь больше полномочий, чем мать, в принятии решений о воспитании детей». Ответы варьировались от 1 ( полностью согласны, ) до 4 ( полностью не согласны, ). Показатели отношения родителей были рассчитаны путем суммирования баллов по всем 15 пунктам, причем более высокие баллы указывали на более традиционные взгляды на гендерные роли.Альфа Кронбаха была 0,80 для матерей и 0,77 для отцов.

Отношение молодежи к гендерным ролям

Молодежь заполнила шкалу отношения к женщинам (Spence & Helmreich, 1972) или шкалу отношения детей к женщинам (Antill, Cotton, Goodnow, & Russell, 1993). Для двух когорт использовались разные шкалы, поскольку дети участвовали в нашем продольном исследовании в разном возрасте. Учитывая, что использовались разные меры, оценки молодежи по каждой шкале были стандартизированы в пределах когорты и порядка рождения.Шкала отношения к женщинам, заполненная молодыми людьми, которые вошли в исследование в подростковом возрасте, была той же мерой, что описана выше для родителей. Альфа Кронбаха была 0,80 для первенцев и 0,81 для вторых братьев и сестер. Шкала отношения детей к женщинам, заполненная молодыми людьми, которые вошли в исследование в среднем детстве, представляла собой показатель из 19 пунктов с ответами в диапазоне от 1 ( полностью согласен, ) до 4 ( категорически не согласен, ). Примером было следующее: «Сыновьям в семье нужно помогать учиться в колледже больше, чем дочерям.Альфа Кронбаха была 0,88 для первенца и 0,83 для вторых братьев и сестер. Оценки отношения молодежи были вычислены путем суммирования баллов по всем 19 пунктам, причем более высокие баллы указывали на более традиционные взгляды на гендерные роли.

Время родителей, потраченное на женские домашние дела

Мы оценили участие родителей в женских домашних задачах с помощью телефонных интервью с родителями. В частности, матери и папы сообщали, сколько времени они тратят на мытье посуды, приготовление еды, уборку дома (например,g., вытирание пыли, мытье полов) и стирка за 4 дня использования данных. Эти задачи были названы женскими задачами на основании предшествующей теории и исследований (Atkinson & Huston, 1984). Кроме того, парный тест t показал, что матери в этой выборке сообщили, что тратят на эти задачи значительно больше времени, чем отцы, t (341) = 22,78, p <0,01. Отчеты об этих мероприятиях были объединены по четырем звонкам, выполненным каждым родителем, чтобы построить показатели того, сколько времени матери и отцы тратили на стереотипно женские домашние дела.Для коррекции асимметрии использовались преобразования квадратного корня из общей продолжительности времени (минут за 4 дня).

Время, проведенное родителями с детьми

Мы оценили совместное времяпрепровождение родителей и детей с помощью телефонных интервью с молодежью. Диадическое время родитель-ребенок (совместное время родитель-ребенок, в котором больше никого не было) измерялось путем суммирования минут, которые каждый ребенок сообщил о своих расходах наедине с каждым родителем по всем видам деятельности и по семи вызовам, выполненным каждым ребенком. Для коррекции асимметрии использовались преобразования квадратного корня из общей продолжительности времени (минут за 7 дней).

Брачный конфликт родителей

Родители заполнили шкалу из 5 пунктов, разработанную Брайкером и Келли (1979). В качестве примера был задан вопрос: «Как часто вы злитесь или обижаетесь на своего партнера?» Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 9 ( очень сильно ). Общие баллы по семейным конфликтам рассчитывались путем суммирования баллов по каждому из 5 пунктов. Альфа Кронбаха составляла 75 и 0,73 соответственно для отчетов отцов и матерей о семейных конфликтах.

Конфликт родителей и детей

Молодежь выполнила задание из 11 пунктов, адаптированное из работы Сметаны (1998).Молодежь сообщила о частоте конфликтов в 11 сферах повседневной жизни (например, работа по дому, домашняя работа / учеба, общественная жизнь, время отхода ко сну / комендантский час) соответственно для матерей и отцов. Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 6 ( несколько раз в день ). Общие оценки конфликта между родителями и детьми были рассчитаны путем суммирования оценок для каждого из 11 доменов. Отдельная оценка была рассчитана для каждой диады родитель-ребенок (т.е. мать-первенец, мать-второй ребенок, отец-первенец, отец-второй ребенок).Альфа-коэффициенты Кронбаха варьировались от 0,78 до 0,83.

Конфликт молодежи с братьями и сестрами

Молодежь заполнила шкалу из 5 пунктов, разработанную Стокером и Макхейлом (1992). В качестве примера был задан вопрос: «Как часто вы злитесь или злитесь на своего брата / сестру?» Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 5 ( очень сильно ). Общие баллы конфликтов между братьями и сестрами были рассчитаны путем суммирования баллов по каждому из 5 пунктов. Альфа Кронбаха составляла 0,75 и 0,79 соответственно для отчетов о конфликте между братьями и сестрами, родившимися первыми и вторыми.

Результаты

Средние значения и стандартные отклонения всех переменных в исследовании показаны отдельно для матерей, отцов, а также братьев и сестер первого и второго родов женского и мужского пола. Тесты парной выборки t показали, что матери имели значительно более низкий доход, t (352) = -13,35, p <0,01, были более эгалитарными, t (357) = -5,18, p <0,01, тратит больше времени на домашние дела, т (341) = 22,78, р <.01, и сообщил о более высоком уровне супружеских конфликтов по сравнению с отцами, t (353) = 5,28, p <0,01. Независимая выборка t -тесты показали, что первые и вторые родившиеся девочки были более эгалитарными, чем первенцы, t (356) = -9,95, p <0,01, и мальчики, рожденные вторыми, t (356 ) = -7,09, p <0,01. Подростки также проводили больше времени со своими однополыми родителями: в то время как девочки, родившиеся первыми и вторыми, проводили больше времени с матерями, чем первенцы, t (339) = 6.90, p <0,01, и мальчики, родившиеся вторым, t (339) = 5,46, p <0,01, мальчики, родившиеся первым и вторым, проводили больше времени с отцами, чем первенцы, t (339) = -4,44, p <0,01, и девочки, родившиеся вторыми, t (339) = -3,10, p <0,01.

Таблица 1

Средние значения (и стандартные отклонения) всех переменных, сообщаемых матерями, отцами и молодежью




Девочки ( N = 176)

детский

903 903

903

Матери Отцы Первенцы Вторые дети
Мальчики ( N = 182) Девочки ( N = 178) Мальчики ( N = 180)
Образование родителей 14.66 (2,19) a 14,60 (2,39) a
Доход родителей 903,756 (17321)

24321 48 747 (28 158) b
Отношение к женщинам 26,19 (6,05) b -.48 (0,70) a 0,45 (1,03) b −,36 (0,87) a 0,35 (1,01) b

903 903

Время родителей на домашние дела 18,07 (8,77) a 8,76 (5,13) b

8.16 (5,44) a 4,46 (4,43) b 9,42 (5,49) a 6,42 (4,60) b 23 903 903 903 детский 4,87 (4,31) a 7,33 (5,78) b 6,30 (4,75) a
Брачный конфликт 20.03 (6,28) a 18,28 (5,87) b
Конфликт матери и ребенка — 903 6,06) a 23,52 (5,94) a 24,43 (6,15) a 25,19 (7,06) ребенок

21.97 (6,23) a 22,02 (6,12) a 22,22 (6,79) a 23,16 (6,54) a
18,85 (7,50) а 19,07 (7,23) а 19,42 (7,66)

Паттерны гендерного ролевого отношения

Гипотеза (1) утверждала, что кластерный анализ позволит выявить семейные паттерны, характеризующиеся конгруэнтностью и несоответствием гендерных ролевых установок членов семьи.Перед проведением кластерного анализа все отчеты об отношениях были стандартизированы, чтобы переменные с большими отклонениями не преобладали в кластерном решении. Мы сравнили несколько решений с двух-, трех-, четырех- и пятикластерными структурами, полученными на основе иерархической кластеризации. На основе нескольких критериев остановки, включая паттерны дендрограмм, интерпретируемость и размер ячеек (Blashfield & Aldenderfer, 1988), мы выбрали трехкластерное решение как наилучшую характеристику данных.Решение было воспроизведено методом кластеризации K -средний, χ 2 (4) = 286,68, p <0,01 (см.). Возникли три модели семей, которые соответствовали нашим ожиданиям: традиционная группа ( n = 164), в которой оба родителя и оба брата и сестры имели баллы выше выборочных средних по традиционности гендерно-ролевого отношения, эгалитарная группа ( n = 126) , в которой оба родителя, а также оба брата и сестры получили оценки ниже средних по гендерно-ролевой традиционности, и расходящаяся группа ( n = 68), в которой родители сообщили об относительно более традиционных взглядах, но братья и сестры сообщили об относительно менее традиционных взглядах (см. и для стандартных средних значений). переменных кластеризации).

Семейные модели отношения к гендерным ролям

Таблица 2

Перекрестное табулирование результатов методов иерархической кластеризации и кластеризации K-средних

501 9029

9019 9019 9019

Стандартный 3 Средние значения (и стандартные отклонения) кластеризации переменных по типам семейств

Иерархический K -Means
Кластер 1 Кластер 2 Кластер 3 Всего
Кластер 1 100 35 29 164 164 18 126
Кластер 3 1 10 57 68
Итого 101 153 104 153 104
90 280

Кластер 1: традиционный Кластер 2: эгалитарный Кластер 3: расходящийся
Отношение матери .41 (1.01) a , 1 −.73 (.60) b , 1 .34 (.83) a , 1
Отцовское отношение 0,18 (0,91) a , 2 −,69 (0,72) b , 2 0,71 (0,79) c , 2
Отношение старших братьев и сестер .57 (1,02) a , 3 , 4 −,52 (0,73) b , 2 −,45 (0,57) b , 3 , 4
Отношение младших братьев и сестер 0,71 (0,89) a , 1 , 3 , 4 −0,5321 b , 1 , 2 −.68 (.52) b , 1 , 3 , 4

Для дальнейшей проверки нашей гипотезы Мы сравнили кластеры, используя смешанную модель ANOVA 3 (кластер) × 4 (член семьи), и обнаружили значимые одномерные эффекты для матерей, F (2, 357) = 71.29, p <0,01, ε = 0,53, отцовский F (2, 357) = 72,56, p <0,01, ε = 0,53, первенцы, F (2, 357) = 65,70, p <0,01, ε = 0,51, и второрожденные, F (2, 357) = 131,12, p <0,01, ε = 0,65, гендерные ролевые установки (см.) , а также значительный межгрупповой эффект кластера, F (2, 357) = 233,93, p <0,01, ε = 0,75, и значимое взаимодействие кластера × члена семьи, F (2, 357) = 29.59, p <0,01, ε = 0,37.

Последующие тесты Тьюки для одномерных эффектов показали, что отцы во всех группах значительно отличались друг от друга по своим гендерно-ролевым установкам, причем отцы в расходящейся группе сообщили больше всего, а отцы в эгалитарной группе сообщили о наименее традиционных взглядах. . Результаты также показали, что матери в эгалитарной группе значительно отличались от матерей как в традиционных, так и в дивергентных группах, но матери в традиционных и дивергентных группах не различались.Наконец, как первородящие, так и вторые дети в традиционной группе значительно отличались от детей в эгалитарных и дивергентных группах, но между двумя последними группами различий не было.

Чтобы проследить взаимодействие кластера × член семьи, мы исследовали разницу в баллах между членами семьи с помощью последующих тестов Тьюки. Начиная со сравнений матери и отца, этот анализ показал, что родители отличались друг от друга как в традиционной, так и в расходящейся группе, так что отцы были менее традиционными, чем матери в традиционной группе, но более традиционными, чем матери в расходящейся группе.Не было различий между братьями и сестрами ни в одной из групп. Наконец, за исключением разницы между отцом и вторым ребенком в традиционном кластере, дивергентный кластер был единственным типом семьи, в котором различия между родителями и детьми были значительными.

Условия, лежащие в основе семейных моделей гендерного ролевого отношения

Чтобы определить условия, при которых возникли различные семейные модели гендерного ролевого отношения, мы провели серию смешанных моделей ANOVA и анализа хи-квадрат.В частности, в ходе анализа изучались различия между семейными кластерами с точки зрения SES, времени, затрачиваемого родителями на гендерные домашние задачи, времени, которое родители проводят с детьми, и половой констелляции диады братьев и сестер (см. И).

Таблица 4

Средние значения (и стандартные отклонения) демографических переменных, домашних задач родителей и общего времени между родителями и детьми по типам семей

8,3

Кластер1: Традиционный Кластер2: Эгалитарный Кластер3
Управляющие переменные
Материнское образование 14.31 (2,10) a 15,42 (2,20) b 14,07 (2,02) a
Отцовское образование

15,43 (2,44) b 14,26 (2,32) a
Материнский доход 22, 666 (14,319) a 283 b 21, 632 (22,601) a
Доход отца 47, 570 (27,462) a 53, 44, 743 (45,130) a
Время родителей
Женские задачи матери 18.26 (5,38) a b 17,18 (5,09) a 19,29 (4,92) b
Father Feminine Tasks 9,73 (4,72) a 7,92 (5,32) b
Разница в женских задачах отца и матери 10,08 (8321) 58 (6,93) b 11,46 (6,73) a
Мать-первенец 6,06 (5,12) 6,65 (5,5) a
Младенцы-второрожденные 7,36 (5,24) a 8,35 (5,28)
Отцы-первенцы 5.54 (5,18) a 5,95 (5,05) a b 7,58 (5,44) b
Отец-второкурсники 7,47 (4,55) a 6,40 (4,85) a

Таблица 5

Распределение (и процентное содержание ячеек) родственных семей по типам полов 8-927

Кластер 1: традиционный Кластер 2: эгалитарный Кластер 3: расходящийся Всего Девушка-девочка 22 (6.15%) 36 (10,06%) 30 (8,38%) 88 Мальчики 46 (12,85%) 30 (8,38%) 12 (3,35%) 88 Мальчик-девочка 42 (11,73%) 34 (9,50%) 14 (3,91%) 90 Мальчик-мальчик 54 (15,08%) 26 ( 7,26%) 12 (3,35%) 92 Итого 164 126 68 358

Гипотеза 2 (а) предполагала, что в семьях больше традиционного пола родителей ролевые отношения имели бы более низкую СЭС.ANOVA смешанной модели 3 (кластер) × 2 (родительский) выявил значительное влияние кластера на доход матери, F (2, 352) = 5,07, p <0,01, ε = 0,15, тренд - влияние уровня кластера на доход отцов, F (2, 352) = 2,19, p <0,11, ε = 0,08, и значительный общий эффект кластера, F (2, 352) = 6,29, p <0,01, ε = 0,17. Последующие тесты Тьюки показали, что в соответствии с нашей гипотезой, родители как в традиционных, так и в расходящихся семьях имели значительно более низкий доход, чем в эгалитарных семьях.Кроме того, смешанная модель ANOVA 3 (кластер) × 2 (родитель), сфокусированная на образовании матерей и отцов, показала значительное влияние кластера на образование матерей, F (2, 355) = 13,01, p <. 01, ε = 0,25, образование отца, F (2, 355) = 13,08, p <0,01, ε = 0,25, и общий эффект между кластерами, F (2, 355) = 17,82 , p <0,01 ε = 0,29. В соответствии с нашими ожиданиями, контрольный тест Тьюки показал, что родители как в традиционных, так и в расходящихся семьях имели значительно более низкий уровень образования, чем родители в эгалитарных семьях.Учитывая эти результаты и значительную корреляцию между образованием родителей и доходом семьи, r = 0,51, p <0,01, мы создали составной балл SES, объединив семейный доход и уровни образования обоих родителей путем стандартизации каждого балла и суммируя их. Этот индекс SES использовался в качестве контрольной переменной во всех остальных анализах.

Гипотеза 2 (b) постулировала, что у родителей в семьях с более традиционным отношением к гендерным ролям будет более традиционное разделение домашнего труда.Смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родитель) ANCOVA с родителем в качестве фактора внутри группы и SES в качестве контрольной переменной выявила одномерный кластерный эффект на уровне тренда для участия матерей в выполнении домашних заданий, F (2, 336) = 2,51, p = 0,08, ε = 0,09, значительный кластерный эффект для участия отцов в домашних делах, F (2, 336) = 4,07, p <0,01, ε = 0,13, значительный общий родительский эффект, F (2, 336) = 465,33, p <.01, ε = 0,85, и значительное общее взаимодействие кластера × родитель, F (2, 336) = 5,20, p <0,01, ε = 0,16. Последующие тесты Тьюки для определения основных эффектов для кластера показали, что матери в дивергентной группе тратили больше времени на женские домашние дела, чем матери в эгалитарной группе, и что отцы в эгалитарной группе тратили больше времени на женские домашние дела, чем отцы в как традиционные, так и расходящиеся группы. Общий родительский эффект показал, что матери, как правило, тратили больше времени на домашние дела, чем отцы.Однако, в соответствии с нашей гипотезой, наблюдение за взаимодействием родитель × кластер показало, что матери и отцы в эгалитарной группе были более похожи по времени, затраченному на женские задачи, по сравнению с другими группами.

Гипотеза 2 (c) утверждала, что отцы в семьях, для которых характерно более традиционное отношение к гендерным ролям, будут проводить больше времени со своими сыновьями. Анализ времени, проведенного родителями с детьми, не выявил однофакторного кластерного эффекта для времени, проведенного матерью с детьми.Однако смешанная модель 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие) × 2 (брат и сестра) ANCOVA выявила одномерный кластерный эффект для диадического времени старших братьев и сестер с отцом, F (2, 334) = 5,31, p < 0,01, ε = 0,16, и взаимодействие кластера × одного брата, F (2, 334) = 4,75, p <0,01, ε = 0,15. Последующий тест одномерного основного эффекта показал, что отцы проводили значительно больше времени со своими старшими детьми в дивергентной группе по сравнению с традиционной группой.Последующий тест Тьюки для взаимодействия кластер × брат и сестра показал, что отцы в расходящейся группе проводили больше времени со своими двумя детьми по сравнению с отцами в традиционных и эгалитарных группах. Взятые вместе, эта модель предполагает, что отцы в расходящейся группе были относительно больше связаны со своими детьми.

Гипотеза 2 (d) утверждала, что в семьях, для которых характерно более эгалитарное отношение к гендерным ролям, будет больше шансов иметь пары братьев и сестер девочка-девочка, чем диад мальчик-мальчик или смешанного пола братьев и сестер.Анализ хи-квадрат 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие), χ 2 (6) = 28,91, p <0,01, показал, что, частично подтверждая наши ожидания, традиционный тип семьи включает преобладание пар брат-брат, тогда как расходящийся семейный тип состоял в основном из пар сестра-сестра. Кроме того, в эгалитарной группе было несколько больше пар сестра-сестра, чем пар брат-брат. Однако, в отличие от нашей гипотезы, смешанные половые диады (сестра-брат и брат-сестра) оказались равномерно распределенными по типам семьи (см.).

Гендерное ролевое отношение и семейные конфликты

Гипотеза (3) утверждала, что в семьях, для которых характерны несовместимые гендерные ролевые отношения среди членов семьи, будет более высокий уровень конфликтов между родителями и детьми, супружескими отношениями и братьями и сестрами по сравнению с семьями, характеризующимися конгруэнтными гендерными ролевыми отношениями между членами семьи. члены семьи. Смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родитель) ANCOVA не обнаружила эффектов, связанных с кластером, для супружеского конфликта. Точно так же смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родственник) ANCOVA не выявила никаких эффектов, связанных с кластерным конфликтом между братьями и сестрами.Однако для конфликта родитель-ребенок пара смешанных моделей ANOVA 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие) × 2 (родственник) выявила значительные общие кластерные эффекты как для конфликта между матерью, так и для конфликта отца и ребенка, F (2, 352) = 3,90, p <0,01, ε = 0,13 и F (2, 352) = 6,15, p <0,01, ε = 0,17 соответственно. В противоречие с нашей гипотезой, контрольные тесты Тьюки выявили более высокий уровень конфликта между матерью и ребенком в традиционной группе по сравнению с эгалитарной группой и более высокий уровень конфликта отца и ребенка в традиционной группе по сравнению с двумя другими типами семьи.

Обсуждение

Хотя некоторые исследователи начали использовать личностно-ориентированные или шаблонно-аналитические подходы для изучения семей (например, Crouter, McHale, & Tucker, 1999; Johnson, 2003), эти подходы традиционно использовались для изучения отдельных людей ( Бергман, Магнуссон и Эль-Хоури, 2003 г.). Настоящее исследование демонстрирует полезность аналитического подхода к изучению семейных систем. Наш анализ показал, что семьи различаются по своим моделям отношения родителей и детей к гендерным ролям.В большинстве семей четыре члена семьи соответствовали друг другу, поскольку все члены семьи были либо относительно более эгалитарными, либо относительно более традиционными по сравнению с людьми из других семей. Одна группа семей, однако, показала несовместимую модель, в которой оба брата и сестры проявляли более эгалитарное отношение, несмотря на более традиционные взгляды их родителей. Этот образец согласуется с представлениями семейных систем о внутрисемейной изменчивости. Возникновение расходящейся модели также предполагает, что, в то время как процессы социального обучения объясняют развитие отношения детей к гендерной роли в одних семьях, в других семьях могут действовать различные механизмы.

Наш анализ показал, что межсемейные и внутрисемейные сравнения дают несколько разные картины конгруэнтности и расхождения семейных установок: как в расходящихся, так и в традиционных группах, матери и отцы также различались своим отношением, так что отцы в расходящейся группе были больше. традиционные, чем их жены, и матери в традиционной группе были более традиционными, чем их мужья. Как мы уже предположили, большинство исследований гендерных отношений сосредоточено на людях или диадах.Наш семейно-ориентированный подход раскрывает более сложный набор процессов, чем был обнаружен в предыдущей работе.

Не было случаев, когда двое братьев и сестер отличались друг от друга своим отношением к гендерным ролям. В этих семьях могут функционировать механизмы социального обучения, так что младшие братья и сестры моделируют гендерные ролевые установки своих старших братьев и сестер (например, McHale et al., 2001). Дальнейшая работа по изучению взаимоотношений между гендерными ролевыми отношениями братьев и сестер с течением времени могла бы дать более глубокое понимание процессов социального обучения, которые влияют на формирование гендерных ролей в подростковом возрасте.

Условия, лежащие в основе семейных моделей

При изучении условий, лежащих в основе этих семейных моделей, результаты согласуются с более ранними исследованиями, показывающими, что образование и доход родителей отличают семьи с более традиционными взглядами от семей с более эгалитарными взглядами (например, Bolzendahl & Myers, 2004 г.). Дивергентная группа также характеризовалась более низким уровнем образования и доходов, как и следовало ожидать, учитывая традиции родителей; однако в этом типе семьи, как уже отмечалось, отношение детей было более эгалитарным.Хотя отношение родителей в этой группе могло быть основано на социально-экономических факторах, похоже, что взгляды их детей — нет.

Помимо основных характеристик, семейные модели гендерных ролей также различались с точки зрения использования времени родителями в семье. В расходящейся группе наблюдалась, казалось бы, парадоксальная картина. С одной стороны, родители в этой группе продемонстрировали более традиционное разделение домашнего труда; с другой стороны, отцы оказались более вовлеченными в дела своих детей, чем отцы из других типов семей.Хотя традиционное разделение домашнего труда согласуется с традиционными гендерными установками родителей в этой группе, относительно высокая вовлеченность в дела детей со стороны отцов предполагает меньшую традиционность. Особого внимания заслуживает высокая отцовская вовлеченность в расходящуюся группу, учитывая, что в этой группе были чрезмерно представлены диады девочка-девочка, братья и сестры, и что отцы в этой группе сообщили о наиболее традиционных взглядах. Примечательно, что хотя матери в этой группе сообщали о более традиционных взглядах по сравнению с другими матерями, они были менее традиционными, чем их мужья.Полученные данные иллюстрируют многомерность гендера: человек с традиционными гендерно-ролевыми установками не обязательно проявляет гендерно-типичное поведение во всех сферах жизни.

Полученные данные также дают некоторое представление о причинах несоответствия между отношением родителей и детей в расходящихся семьях. Когда отцы различаются в своем отношении и поведении, их сообщения детям о гендерной принадлежности могут быть размытыми. Несмотря на традиционное отношение обоих родителей, дети в этих семьях (в частности, дочери) могут замечать более эгалитарную сторону своих отцов и реагировать против традиционной роли их матери в домашнем труде.Это подчеркивает сложность влияний социализации: установки и как матери, так и отцов и поведения могут иметь важное значение в развитии гендерного отношения детей.

Наши результаты показали, что семейные модели отношения к гендерным ролям были связаны с половой констелляцией диады братьев и сестер. Однако наличие не одной, а двух девочек увеличивало шансы семей попасть в расходящуюся группу, и иметь не одного, а двух мальчиков, что увеличивало шансы семей попасть в традиционную группу.Хотя нельзя сделать причинно-следственные выводы из такого корреляционного исследования, как это, кажется более разумным заключить, что половая констелляция диады «вызвала» семейный паттерн гендерных ролевых установок, а не наоборот. Другие исследователи указали на важность рассмотрения роли эффектов ребенка в формировании семейной среды и семейного опыта (Bell & Chapman, 1986; Crouter & Booth, 2003; Russell & Russell, 1992), и все же существует тенденция в семье и семье. исследования развития ребенка, чтобы предположить однонаправленный эффект от родителей к детям.Макхейл и Краутер (2003) ранее продемонстрировали важную роль, которую пол детей играет в формировании семейной динамики. Другое исследование, изучающее различное отношение родителей к братьям и сестрам, предполагает, что половая совокупность братьев и сестер может влиять на уровни и типы поведения родителей по отношению к каждому из их детей (например, McHale, Updegraff, Jackson-Newsom, Tucker & Crouter, 2000). Будущие исследователи могут получить новое понимание, если выйдут за рамки межсемейных сравнений.

Особенно важным было открытие, что наличие не одного, а двух детей определенного пола различает семейные кластеры. В случае расходящейся группы, в которой пары сестра-сестра были более обычными, девочкам, возможно, было легче выразить отношение, несовместимое с родительским, когда они получали поддержку от своих сестер. Точно так же большее количество пар сестра-сестра в расходящейся группе может объяснить менее традиционное отношение матерей по отношению к отцам в том смысле, что наличие двух дочерей может побудить матерей тяготеть к менее традиционным взглядам.В традиционной группе, напротив, преобладание мальчиков в этих семьях может ограничивать осведомленность родителей и понимание вопросов, связанных с гендерной дискриминацией и равенством, которые могут возникнуть при воспитании дочерей.

Семейное гендерное ролевое отношение и семейный конфликт

Вопреки ожиданиям, не было никаких доказательств того, что несоответствие отношения различающейся группы имело негативные последствия для отношений между родителями и детьми. Напротив, в традиционных семьях был более высокий уровень конфликтов между родителями и детьми.Важно отметить, что в этом типе семьи было много пар мальчик-мальчик. Таким образом, одним из возможных объяснений высокого конфликта является то, что большое значение, придаваемое «мужественности» в этих семьях, может стимулировать более стереотипно мужское поведение в отношениях, такое как доминирование, конкуренция и агрессия (Maccoby, 1990; Thompson & Pleck, 1986). . Кроме того, традиционное отношение родителей к гендерным ролям может сочетаться с более авторитарным стилем воспитания, что может иметь последствия для конфликтов с сыновьями и дочерьми.Интересно, что матери в этой группе были более традиционными, чем отцы, и возможно, что это относительное несоответствие между установками родителей разжигало конфликт между родителями и детьми.

Ограничения и направления на будущее

Это исследование помогает понять, как семьи работают как системы. Тем не менее, остаются некоторые вопросы, требующие решения в будущих исследованиях. Во-первых, это исследование было ограничено перекрестным анализом. Для полного понимания процессов, вовлеченных в формирование семейных моделей отношения, жизненно необходимы лонгитюдные исследования.Хотя может показаться логичным сделать вывод о том, что половая констелляция диад братьев и сестер оказала влияние на семейные модели отношения, а не наоборот, продольный анализ, изучающий развитие гендерно-ролевых отношений в семье, мог бы помочь выявить уникальный путь в семье. какие родители и дети влияют на семейную систему. Подобно тому, как отношение детей к гендерным ролям может возникать в процессе развития, модели отношения к семье могут угасать. Аналогичным образом, лонгитюдный анализ необходим, чтобы лучше понять, какой опыт и условия предшествуют расхождению во взглядах среди членов семьи и имеют ли эти различия последствия в долгосрочной перспективе.

Второе ограничение нашего исследования относится к обобщаемости результатов. Хотя участники отражали демографические характеристики региона, в котором они проживали, выборка была довольно однородной как с точки зрения этнической принадлежности, так и с точки зрения СЭС. Гендерно-ролевые ориентации многомерны не только в семейных системах, но и в разных семейных контекстах. По сути, эти модели отношения к гендерным ролям не могут быть универсальными. Результаты кластерного анализа должны быть воспроизведены в других выборках, прежде чем делать выводы о природе и корреляциях моделей гендерного отношения в семье.

Наконец, степень достоверности конфликта между родителями и детьми может быть ограничена. Хотя 11 областей, оцениваемых по шкале конфликта между родителями и детьми, безусловно, представляют области семейной жизни, которые могут вызвать конфликт, возможно, что эти области более точно отражают дисциплинарные или регулирующие практики домашнего хозяйства. В будущих исследованиях можно будет подтвердить результаты этого исследования, касающиеся конфликта, с помощью альтернативных методов измерения конфликта между родителями и детьми.

В заключение, наши выводы подчеркивают важность измерения гендерного отношения нескольких членов семьи.Изучая семейные модели отношения к гендерным ролям, а не просто сосредотачиваясь на отдельных лицах или одиноких парах, можно получить более глубокое понимание процессов, вовлеченных в формирование отношения к гендерным ролям как среди родителей, так и среди детей. Как показывает это исследование, отношение к гендерным ролям связано с аспектами семейной жизни, включая качество взаимоотношений и разделение труда, и определяется семейным контекстом, в который они встроены.

Семейные модели гендерного ролевого отношения

Резюме

Цели исследования заключались в том, чтобы определить семейные модели гендерного ролевого отношения, изучить условия, в которых эти модели возникли, и оценить влияние моделей гендерного отношения на семейные конфликты.Участниками были матери, отцы, а также подростки, родившиеся первыми и вторыми, из 358 белых, работающих семей и американских семей среднего класса. Результаты кластерного анализа выявили три модели гендерно-ролевых отношений: эгалитарные родители и дети, традиционные родители и дети, а также расходящиеся модели, когда родители более традиционны, а дети более эгалитарны. ANOVA смешанной модели показали, что эти семейные модели были связаны с социально-экономическим статусом, временем, проведенным родителями за гендерными домашними делами и с детьми, а также гендерным составом диады братьев и сестер.Традиционная семейная группа сообщила о наибольших семейных конфликтах.

Ключевые слова: гендер, семейные системы, социализация, эффекты ребенка

Введение

Хотя важность гендерных ролей в динамике семьи интересовала исследователей в течение нескольких десятилетий (например, Benin & Agostinelli, 1988; Ruble, Martin, & Berenbaum, 2006; Thompson & Walker, 1989), гендерные ролевые установки членов семьи — матерей, отцов, сестер и братьев — обычно изучаются у взрослых и детей отдельно или в рамках одного (т.е., супружеские или родитель-ребенок) диады. Такой подход может ограничить наше понимание того, как связаны гендерные характеристики членов семьи. Как предлагается с точки зрения систем семейств, семейства состоят из взаимосвязанных подсистем (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985), и поэтому понимание одной подсистемы в семействе неполно, если процессы, которые работают в других подсистемах, являются неполными. не рассматривается. Настоящее исследование было направлено на восполнение пробела в литературе по гендерно-ролевым установкам и семейной динамике.Используя данные интервью о семьях в США, мы стремились: (1) определить различных семейных моделей гендерных ролевых отношений матерей, отцов и двух братьев и сестер-подростков с помощью кластерного анализа; (2) изучить условия, в которых возникли различные семейные модели, включая семейный социально-экономический статус (SES), время, которое родители тратят на гендерные домашние дела, время, которое родители проводят с детьми, и половое созвездие братьев и сестер; и (3) оценить последствия семейных моделей гендерного отношения к конфликту между членами семьи.Мы сосредоточились на гендерно-ролевых установках из-за значительных изменений гендерных идеологий в США в последние десятилетия (Fortin, 2005). Мы пришли к выводу, что устойчивые социальные изменения могут по-разному влиять на семьи и членов семьи и, таким образом, порождать различные семейные модели отношения к гендерным ролям, при этом некоторые семьи демонстрируют более традиционные отношения, некоторые — более эгалитарные отношения, некоторые — сходство в отношениях внутри семьи и некоторые демонстрируют различия во взглядах в семье.

Отношение членов семьи к гендерным ролям: совпадение и несоответствие

Нашей первой целью было выявить семейные модели отношения к гендерным ролям. Мы использовали подход кластерного анализа, который включает в себя группировку единиц (в нашем случае семьи) на основе их сходства по множеству показателей и который дает подгруппы, которые максимизируют сходство внутри группы и различия между группами (Генри, Толан и Горман-Смит, 2005). . Этот метод анализа паттернов носит исследовательский характер и включает несколько априорных предположений о структуре результирующих паттернов (Whiteman & Loken, 2006).В семейной литературе попытки определить типы семей, основанные на сходстве и различиях между членами семьи, редки, и мы не нашли предшествующих исследований, которые бы изучали семейные модели отношения к гендерным ролям. Таким образом, у нас не было данных, которые позволили бы сделать наши прогнозы о том, какие типы семей появятся. Однако, как мы описываем ниже, обзор литературы по гендерно-ролевым установкам и теории семейных систем в целом позволяет предположить, что, хотя некоторые семьи могут характеризоваться совпадением отношений между членами семьи (например,g., все члены традиционные или все эгалитарные), другие семьи могут характеризоваться несоответствием (т. е. некоторые члены являются традиционными, а некоторые эгалитарными).

Конгруэнтность и несоответствие между женами и мужьями

Одно направление исследований, основанное на ассортивной теории спаривания (Crow & Felsenstein, 1968), предсказывает, что люди будут склонны выбирать себе партнеров с атрибутами, подобными им самим, и, таким образом, жены и мужья будут больше похожи, чем неродственные женщины и мужчины.Эмпирические данные подтверждают эту точку зрения, показывая, что супружеские пары, по сравнению с парами, образующими случайные пары, более похожи по демографическим характеристикам, ценностям, установкам, личности и психологическим результатам (Luo & Klohnen, 2005). С этой точки зрения, отношение к гендерным ролям жен и мужей должно быть одинаковым.

С точки зрения семейных систем, напротив, предполагается, что семьи представляют собой сложные единицы, состоящие из людей с различным опытом и потребностями (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985).Как единое целое, семьи самоорганизуются в ответ на внешние и внутренние силы. В ходе развития семьи некоторые компоненты семьи могут меняться быстрее, чем другие (Ross, Mirowsky, & Huber, 1983). Например, отношение супругов к гендерной роли может развиваться и меняться с разной скоростью. Исследования, основанные на национальных репрезентативных выборках американских пар, показали, что мужья придерживаются более традиционных гендерных ролей, чем их жены (Bolzendahl & Myers, 2004; Zuo & Tang, 2000).Это неудивительно, учитывая, что концепции мужских привилегий и доминирования присущи традиционным взглядам на гендерные роли (Ferree, 1990). Дальнейшие данные свидетельствуют о том, что влияние ассортивного спаривания сильнее на демографические характеристики, чем на психосоциальные черты: хотя супружеские корреляции психосоциальных черт статистически значимы, размер эффекта обычно варьируется от низкого до умеренного (Epstein & Guttman, 1984). Взятые вместе, теория и выводы о конгруэнтности отношения в супружеских парах могут означать, что некоторые пары демонстрируют схожие взгляды на гендерные роли, а другие — нет.

Конгруэнтность и несоответствие между родителями и детьми

Перспектива социализации подчеркивает роль родителей как наставников, подкрепляющих факторов и моделей гендерного ролевого отношения детей (Lytton & Romney, 1991). В частности, родители напрямую сообщают о своих взглядах на пол, давая инструкции, рекомендации и обучение своим детям (Eccles, 1994). Они также усиливают типичное для пола поведение, поощряя вовлечение своих детей в гендерно-стереотипные действия (Lytton & Romney, 1991).Кроме того, сообщения гендерной социализации косвенно передаются через моделирование родителями типичного для пола поведения (Collins & Russell, 1991). Например, дети узнают, что женщины и мужчины (должны) действовать по-разному, когда они замечают, что матери тратят больше времени на уход, а отцы — на досуг со своими детьми. С этой точки зрения родители должны передать свое отношение к гендерным ролям своим детям, что приведет к совпадению взглядов родителей и детей на гендерные роли.

Гендерная схема, напротив, подчеркивает важность когнитивных процессов в гендерном развитии. В детстве и юности молодежь выстраивает схемы соответствующих гендерным аспектам ролей и поведения (Martin & Ruble, 2004). Посредством когнитивных процессов идентификации и категоризации молодежь постоянно интегрирует новые идеи о гендере в свои схемы. Эти процессы основаны на уникальных контекстах обучения, в которых развивается молодежь, включая семейные и несемейные контексты (Serbin, Powlishtak, & Gulko, 1993).Таким образом, хотя с точки зрения гендерной схемы родители также признаются ключевыми агентами социализации, с этой точки зрения молодежь выступает в качестве производителей своего собственного развития (Martin, Ruble, Szkrybalo, 2002), а это означает, что отношение молодежи к гендерной роли информируется, но не определяется. родительскими практиками и большим социальным миром. Фактически, эмпирические исследования показывают лишь скромные, а иногда и незначительные ассоциации между установками гендерных ролей родителей и детей (Crouter, Whiteman, McHale, & Osgood, 2007; Tenenbaum & Leaper, 2002).Эти результаты показывают, что, в то время как некоторые дети моделируют взгляды своих родителей на гендерные роли, другие этого не делают.

Конгруэнтность и несоответствие между братьями и сестрами

Мы знаем гораздо меньше о сходствах и различиях между ориентациями гендерных ролей братьев и сестер, чем о семейных парах и парах родитель-ребенок. Однако в более обширной литературе о братьях и сестрах подчеркивается роль братьев и сестер как моделей, компаньонов и источников советов и подкрепления, особенно в подростковом возрасте, когда родители могут считаться менее осведомленными о социальных нормах и действиях сверстников и школы (McHale, Kim, И Уайтман, 2006).С точки зрения социального обучения процессы влияния должны действовать таким образом, чтобы создавать сходство между установками братьев и сестер по гендерным ролям. Действительно, в соответствии с принципами социального обучения, одно исследование показало, что гендерные отношения старших братьев и сестер предсказывали изменения в отношениях младших братьев и сестер в течение двухлетнего периода (McHale, Updegraff, Helms-Erikson, & Crouter, 2001): когда старшие братья и сестры сообщали более эгалитарное отношение, эгалитаризм младших братьев и сестер со временем усилился.

В этом исследовании, однако, также были выявлены свидетельства конкурирующего процесса влияния братьев и сестер, называемого деидентификацией: когда младшие братья и сестры сообщали о более эгалитарном отношении, отношения старших братьев со временем становились более традиционными (McHale et al., 2001). Результаты также показали, что отношение сестер в среднем было более эгалитарным, чем братьев, а лонгитюдный анализ показал, что со временем отношение сестер к младшим братьям стало более эгалитарным. Выводы о расхождении между братьями и сестрами согласуются с теорией индивидуальной психологии Альфреда Адлера (Ansbacher & Ansbacher, 1956), согласно которой братья и сестры де идентифицируют себя друг с другом в процессе своего развития, выбирая отдельные ниши в своих семьях, чтобы уменьшить конкуренцию. и собирать уникальные семейные ресурсы.В целом, хотя эмпирические данные ограничены, есть основания ожидать как сходства, так и различий между гендерными ролевыми установками братьев и сестер.

В совокупности, хотя вполне вероятно, что будет наблюдаться совпадение гендерных ролей среди членов семьи в одной семье, динамика развития и семейная динамика также могут влиять на различия членов семьи. Как уже отмечалось, последнее согласуется с перспективой семейных систем, которая подчеркивает возможность различий в опыте и точках зрения среди разных членов семьи (Cox & Paley, 1997; Minuchin, 1985).Наша первая цель исследования заключалась в использовании кластерного анализа для выявления четких и значимых закономерностей, основанных на отношении к гендерным ролям четырех членов семьи — жен, мужей и двух подростков — из одних и тех же семей.

Условия, лежащие в основе семейных моделей отношения к гендерным ролям

Нашей второй целью было изучить условия, при которых возникают семейные модели отношения к гендерным ролям. Учитывая, что целью кластерного анализа является обнаружение, а не обеспечение соблюдения заранее определенной структуры данных (Whiteman & Loken, 2006), мы не могли точно предсказать, сколько подгрупп будет найдено, или как эти подгруппы будут связаны с другими семейными условиями. .Однако предыдущая литература нацелена на некоторые семейные условия, которые связаны с гендерной традицией родителей и детей: если бы нам удалось определить подгруппы более или менее традиционных семей, мы бы тогда ожидали значительных различий между этими подгруппами по семейным факторам, включая СЭС, родителей. время, потраченное на гендерные домашние дела, время родителей с детьми и половое созвездие братьев и сестер.

Семья SES

Доказательства того, что социально-экономические факторы могут влиять на отношение к гендерным ролям в семье, включают данные о том, что женщины и мужчины с более высоким уровнем образования и доходом выражают более эгалитарные гендерные ролевые ориентации (например,г., Crompton & Lyonette, 2005; Лаки, 1989). В образовательной системе США учащиеся знакомятся с эгалитарными идеями и женскими и мужскими ролевыми моделями, их учат определять гендерные мифы и стереотипы (Brooks & Bolzendahl, 2004; Cassidy & Warren, 1996). Кроме того, более высокий уровень образования обеспечивает как женщинам, так и мужчинам подготовку и квалификацию для получения более высокооплачиваемой работы и, в свою очередь, возможность вносить свой вклад в семейную экономику (Raley, Mattingly, & Bianchi, 2006).Продольные исследования, основанные на репрезентативных выборках в США, показали, что жены, как правило, более эгалитарны, когда они вносят больший вклад в общий доход семьи (Zou & Tang, 2000). В соответствии с перспективой социального обучения дети из более экономически благополучных семей также имеют более эгалитарные гендерные установки (например, Antill, Cunningham, & Cotton, 2003; Kulik, 2002).

Время родителей, затрачиваемое на гендерные домашние задачи

Как уже отмечалось, дети узнают о соответствующем гендерном поведении, наблюдая за поведением своих родителей.Со временем их знания объединяются и формируют когнитивную схему, которая позже систематизирует новые знания о гендере и направляет гендерное поведение (Martin & Ruble, 2004). Основываясь на данных 31-летнего панельного исследования семей в США, Каннингем (2001) обнаружил, что разделение родительской работы по дому, измеренное, когда детям было около года, предсказывало дальнейшее участие детей в домашних делах в их собственном браке. В частности, вклад отцов в стереотипно женскую домашнюю работу предсказывал вовлечение сыновей в один и тот же тип работы в зрелом возрасте.Выводы Каннингема, наряду с другими исследованиями разделения домашних обязанностей (например, Blair, 1992; White & Brinkerhoff, 1981), указывают на важность времени, которое родители тратят на домашнюю работу, в развитии гендерных ролей детей: вероятно, нетрадиционное распределение домашней работы способствовать эгалитарному отношению в семье.

Время родителей с детьми

Другой семейный процесс, который может повлиять на отношение детей к гендерным ролям, — это временная вовлеченность отцов (Risman & Myers, 1997).Уход за детьми — это стереотипно женское занятие, которое означает менее традиционную семейную роль отцов. Это может быть особенно актуально, когда отцы проводят время с дочерьми. С другой стороны, внутрисемейные сравнения показали, что отцы более склонны к занятиям с детьми (особенно мальчиками) по половому признаку, чем матери (Harris & Morgan, 1991; Crouter, McHale, & Bartko, 1993). Согласно обзору Maccoby (2003), диады отец-сын участвовали в экспериментах почти в два раза чаще, чем диады мать-сын.Отцы также более негативно реагируют на плач, страх или признаки слабости у сыновей, чем у дочерей. Эти данные предполагают, что, хотя участие отцов в отношении детей, как правило, отражает более эгалитарную гендерно-ролевую ориентацию, высокий уровень участия отцов выборочно по отношению к сыновьям может укрепить более традиционную гендерную идеологию.

Половое созвездие братьев и сестер

С точки зрения семейных систем подчеркивается двунаправленное влияние между родителями и детьми, и предыдущие исследования показывают, что дети могут влиять на родителей примерно так же, как родители влияют на детей.Макхейл и Краутер (2003) показали, например, что половая констелляция диад братьев и сестер формирует гендерные модели семейной деятельности. Изучая семьи с двумя родителями в США, по крайней мере, с двумя детьми в среднем детстве, они обнаружили, что матери проводят больше времени с детьми, чем отцы в семьях с двумя дочерьми, тогда как отцы проводят больше времени с детьми, чем матери в семьях с двумя сыновьями. То есть, более активное участие родителей было предсказано наличием не одного, а двух детей того же пола.Учитывая, что отцов больше беспокоит гендерная типичность мальчиков (Maccoby, 2003) и что пары братьев и сестер, как правило, проводят больше времени со своими отцами, мы можем обнаружить, что у них более традиционное отношение к гендерным ролям, чем у сестер и сестер. диады. Результаты исследования McHale and Crouter (2003) также показали, что участие детей в домашних делах варьировалось в зависимости от половой констелляции братьев и сестер. Старшие братья и сестры обычно выполняли больше работы по дому, чем младшие братья и сестры, но эта разница была наиболее заметной в диадах старшая сестра-младший брат.Кроме того, в диадах старший брат-младшая-сестра младшие девочки выполняли больше работы по дому, чем их старшие братья. Эти данные свидетельствуют о том, что присутствие мальчика и девочки в одной семье дает родителям возможность укрепить традиционные гендерно-ролевые ориентации. Таким образом, семьи с диадами братьев и сестер смешанного пола могут иметь более традиционные модели гендерных ролей, особенно по сравнению с семьями с диадами братьев и сестер, состоящих из сестер и сестер.

Гендерное ролевое отношение и семейный конфликт

Нашей третьей целью было оценить влияние семейных моделей гендерных ролевых отношений на качество семейных отношений.Как уже упоминалось, в отличие от априорных методов, кластерный анализ не позволяет нам делать точные прогнозы о скрытых паттернах, лежащих в основе, или о том, как производные паттерны будут связаны с другими конструкциями (Whiteman & Loken, 2006). Однако предыдущая литература предполагает, что члены семьи с разными взглядами менее удовлетворены своими семейными отношениями. Если бы мы оказались успешными в выявлении подгрупп семей, для которых характерно совпадение и несовпадение позиций членов семьи, литература в целом предполагает, что в семьях, отмеченных несоответствием, будет больше конфликтов.

Брачный конфликт

Было установлено, что качество брака связано с супружеским сходством. Пары, которые схожи по ценностям, интересам к отдыху, ролевым предпочтениям и когнитивным навыкам, как правило, более удовлетворены своим браком, чем те, которые не похожи друг на друга в этих аспектах (например, Burleson & Denton, 1992; Ickes, 1993; Kaslow & Robison, 1996 ). Кроме того, на основе национальных репрезентативных выборок пар в США, Лай и Библарц (1993) обнаружили, что, когда пары не соглашаются в отношении гендерных ролей (т.е., разделение работы по дому), как жены, так и мужья сообщают о более высоком уровне напряженности в браке и конфликтах. Как заметили Кук и Джонс (1963), пары с разными ценностями и установками могут испытывать трудности в отношениях, потому что они оценивают события с разных точек зрения. Разным женам и мужьям, возможно, придется постоянно вести переговоры и пересматривать свои супружеские роли — процесс, который может породить новые источники разногласий и проблем.

Конфликт между родителями и детьми

Лишь несколько исследований изучали несовпадение отношений между поколениями и его связь с отношениями между родителями и детьми.Например, ограниченное количество исследований аккультурации документально подтвердило существование межпоколенческих конфликтов из-за различий в аккультурации родителей-иммигрантов и их детей (например, Atzaba-Poria & Pike, 2007; Tsai-Chae & Nagata, 2008; Ying & Han, 2007). В целом полученные данные показывают, что, когда родители и дети демонстрируют заметные расхождения в культурных ценностях и отношениях, они сообщают о большем конфликте и ухудшении качества отношений. Сопоставимые последствия могут иметь место, когда родители и дети по-разному относятся к гендерным ролям.Подобно разным парам, разным родителям и детям, возможно, придется договориться и пересмотреть свои роли в семье, что, в свою очередь, может поставить под угрозу отношения между родителями и детьми. Однако важно понимать, что в некоторых случаях родители поощряют отклонение детей от отношения родителей (Acock, 1984), и поэтому несоответствие не всегда может приводить к проблемным отношениям.

Конфликт между братьями и сестрами

Наш обзор литературы не обнаружил исследований, связывающих сходство отношения между братьями и сестрами с конфликтом между братьями и сестрами, и с теоретической точки зрения прогнозы противоречивы.Теории социального обучения подчеркивают роль теплого и заботливого поведения модели в наблюдательном обучении (Bandura, 1977), и действительно, некоторые исследования показывают, что братья и сестры с более близкими отношениями демонстрируют большее сходство в своем поведении (McHale et al., 2006). С другой стороны, теория дифференциации братьев и сестер предполагает, что братья и сестры выбирают разные ниши в своих семьях, чтобы уменьшить соперничество между братьями и сестрами (Ansbacher & Ansbacher, 1956). С этой точки зрения конфликты между братьями и сестрами должны быть ниже, когда братья и сестры демонстрируют большие различия в своем отношении к гендерным ролям.

Цели и гипотезы исследования

Настоящее исследование было разработано для решения трех исследовательских задач. Наша первая цель заключалась в использовании отчетов матерей, отцов, а также первых и вторых братьев и сестер об отношении к гендерным ролям в качестве переменных для кластеризации для выявления групп семей, которые различаются по общесемейным моделям отношения к гендерным ролям. Мы следили за недавними исследованиями (например, Allen & Olson, 2001; Fisher & Ransom, 1995; Fowers & Olson, 1992) и использовали двухэтапный подход кластерного анализа.Сначала был проведен иерархический кластерный анализ с использованием косинусного индекса сходства со средней связью. Семьи были последовательно объединены в пары, пока все единицы не были сгруппированы в общий кластер. Здесь использовалась иерархическая кластеризация, поскольку нелинейные методы не могут представлять вложенные структуры в многомерных данных (Henry et al., 2005). Решения с разным количеством кластеров сравнивались на основе нескольких критериев остановки, включая паттерны дендрограммы, интерпретируемость и размер ячеек (Blashfield & Aldenderfer, 1988).Во-вторых, был проведен подтверждающий факторный анализ с использованием метода K -средних. Дополнительный кластерный анализ определил, можно ли воспроизвести выбранную кластерную структуру, полученную в результате иерархического кластерного анализа (см. Whiteman & Loken, 2006, где подробно обсуждаются процедуры и преимущества этого двухэтапного подхода). Чтобы дополнительно проверить нашу гипотезу о моделях гендерного ролевого отношения, мы провели анализ дисперсии смешанной модели (ANOVA), чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в переменных кластеризации.

Наша вторая цель состояла в том, чтобы изучить условия, при которых возникают различные модели гендерного ролевого отношения, путем сравнения семейных кластеров с точки зрения SES, времени родителей, потраченного на гендерные домашние дела, времени родителей с детьми и половой констелляции братьев и сестер. . Здесь мы провели серию смешанных моделей ANOVA и анализа хи-квадрат, чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в этих факторах.

Наша третья цель состояла в том, чтобы оценить потенциальные последствия семейных моделей для семейного конфликта путем сравнения семейных кластеров с точки зрения брака, конфликта между родителями и детьми, а также конфликтов между братьями и сестрами.С этой целью мы также провели смешанные модели ANOVA, чтобы изучить различия между (кластер) и внутри группы (члены семьи) в семейных конфликтах.

Мы проверили следующие гипотезы.

  • 1

    Кластерный анализ позволит выявить семейные модели, характеризующиеся конгруэнтностью и несоответствием гендерных ролей членов семьи.

  • 2 (a)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, у родителей будет более низкий уровень СЭС (т.е., более низкий уровень образования и дохода).

  • 2 (b)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, у родителей будет более традиционное разделение домашнего труда.

  • 2 (c)

    В семьях, для которых характерны более традиционные гендерные ролевые отношения, отцы будут проводить больше времени с сыновьями.

  • 2 (d)

    Группа семей с более эгалитарными моделями гендерного ролевого отношения будет включать больше семей с двойными братьями и сестрами девочка-девочка по сравнению с парами мальчик-мальчик или смешанными братьями и сестрами.

  • (3)

    В семьях, для которых характерно несовпадение гендерных ролевых отношений между членами семьи, будет более высокий уровень супружеских конфликтов, конфликтов между родителями и детьми, а также между братьями и сестрами, по сравнению с семьями, характеризующимися конгруэнтным гендерно-ролевым отношением всех членов семьи.

Метод

Участники

Участниками были 358 семей с двумя родителями из двух когорт лонгитюдного исследования семейных отношений. Одна когорта включала первенца и второго брата и сестру, которые были в среднем детстве, когда они впервые вошли в исследование, а вторая когорта включала первенца и второго брата или сестру, которые были в подростковом возрасте, когда они впервые вошли в исследование.Письма о приёме на работу были отправлены домой всем семьям с детьми целевого возраста в школьных округах северо-восточного штата. В письмах разъяснялась цель исследовательского проекта и описывались критерии участия. Семьям выдали открытки, которые они должны были заполнить и вернуть, если они были заинтересованы в участии. Семьи имели право на участие, если пара состояла в браке, оба родителя работали, и у них было как минимум двое детей среднего или подросткового возраста, разница в возрасте которых составляла не более четырех лет.Более 90% семей, вернувших открытки, имели право и в конечном итоге приняли участие. Для настоящего анализа мы использовали данные только по одному случаю для каждой когорты, в которой (а) были собраны данные о гендерных отношениях как родителей, так и детей; (б) дети были в раннем (младшие братья и сестры) и среднем (старшие братья и сестры) подростковом возрасте.

Это исследование включало выборку исключительно белых из рабочего и среднего класса. Средний доход составлял 24 756 долларов ( SD, = 17 733) для матерей и 48 747 долларов ( SD, = 28 158) для отцов.Средний уровень образования составлял 14,66 лет ( SD, = 2,19) для матерей и 14,60 лет ( SD, = 2,39) для отцов, где 12 баллов означали выпускника средней школы, а 16 — выпускника колледжа. Средний возраст составлял 42,05 года ( SD, = 3,95) для матерей, 44,17 года ( SD, = 4,70) для отцов, 16,72 ( SD, = 0,80) для первенцев и сестер и 14,20 года ( SD, = 1,12). ) для вторых братьев и сестер.

Процедура

Мы собирали данные с помощью домашних и телефонных интервью.Обученные интервьюеры посещали семьи для проведения индивидуальных домашних интервью. В начале интервью было получено информированное согласие, и семья получила гонорар в размере 100 или 200 долларов в зависимости от фазы исследования. Затем члены семьи были опрошены индивидуально. В ходе интервью члены семьи рассказали о показателях развития, адаптации и семейных отношений.

В течение двух-трех недель после домашних собеседований родители и дети соответственно прошли четыре (3 будних дня, 1 выходной день) и семь (5 будних дней, 2 выходных дня) ночных телефонных интервью.Обученные интервьюеры звонили членам семьи в свои дома, в основном в вечерние часы. Каждый член семьи завершил свою часть звонков индивидуально. Интервьюер провел каждого родителя и ребенка по списку действий и исследовал контекст любых завершенных действий, включая тип действий, их продолжительность и с кем они участвовали в этих действиях. Молодежь рассказывала о своей деятельности, в том числе о домашних делах, личных занятиях, занятиях спортом и хобби.Родители сообщали обо всех своих домашних делах, а также о любых действиях, которые они выполняли с любым из детей, используя предоставленный список занятий. Двое детей участвовали во всех семи телефонных звонках, а родители участвовали в четырех звонках каждый. Телефонные интервью длились от 30 до 45 минут на звонок.

Меры

Общие характеристики

Мы собрали информацию о возрасте членов семьи, уровне образования и доходе родителей во время домашних собеседований с родителями.

Отношение родителей к гендерной роли

Родители заполнили Шкалу отношения к женщинам (ATW) из 15 пунктов (Spence & Helmreich, 1972). Примером было следующее: «В общем, отец должен иметь больше полномочий, чем мать, в принятии решений о воспитании детей». Ответы варьировались от 1 ( полностью согласны, ) до 4 ( полностью не согласны, ). Показатели отношения родителей были рассчитаны путем суммирования баллов по всем 15 пунктам, причем более высокие баллы указывали на более традиционные взгляды на гендерные роли.Альфа Кронбаха была 0,80 для матерей и 0,77 для отцов.

Отношение молодежи к гендерным ролям

Молодежь заполнила шкалу отношения к женщинам (Spence & Helmreich, 1972) или шкалу отношения детей к женщинам (Antill, Cotton, Goodnow, & Russell, 1993). Для двух когорт использовались разные шкалы, поскольку дети участвовали в нашем продольном исследовании в разном возрасте. Учитывая, что использовались разные меры, оценки молодежи по каждой шкале были стандартизированы в пределах когорты и порядка рождения.Шкала отношения к женщинам, заполненная молодыми людьми, которые вошли в исследование в подростковом возрасте, была той же мерой, что описана выше для родителей. Альфа Кронбаха была 0,80 для первенцев и 0,81 для вторых братьев и сестер. Шкала отношения детей к женщинам, заполненная молодыми людьми, которые вошли в исследование в среднем детстве, представляла собой показатель из 19 пунктов с ответами в диапазоне от 1 ( полностью согласен, ) до 4 ( категорически не согласен, ). Примером было следующее: «Сыновьям в семье нужно помогать учиться в колледже больше, чем дочерям.Альфа Кронбаха была 0,88 для первенца и 0,83 для вторых братьев и сестер. Оценки отношения молодежи были вычислены путем суммирования баллов по всем 19 пунктам, причем более высокие баллы указывали на более традиционные взгляды на гендерные роли.

Время родителей, потраченное на женские домашние дела

Мы оценили участие родителей в женских домашних задачах с помощью телефонных интервью с родителями. В частности, матери и папы сообщали, сколько времени они тратят на мытье посуды, приготовление еды, уборку дома (например,g., вытирание пыли, мытье полов) и стирка за 4 дня использования данных. Эти задачи были названы женскими задачами на основании предшествующей теории и исследований (Atkinson & Huston, 1984). Кроме того, парный тест t показал, что матери в этой выборке сообщили, что тратят на эти задачи значительно больше времени, чем отцы, t (341) = 22,78, p <0,01. Отчеты об этих мероприятиях были объединены по четырем звонкам, выполненным каждым родителем, чтобы построить показатели того, сколько времени матери и отцы тратили на стереотипно женские домашние дела.Для коррекции асимметрии использовались преобразования квадратного корня из общей продолжительности времени (минут за 4 дня).

Время, проведенное родителями с детьми

Мы оценили совместное времяпрепровождение родителей и детей с помощью телефонных интервью с молодежью. Диадическое время родитель-ребенок (совместное время родитель-ребенок, в котором больше никого не было) измерялось путем суммирования минут, которые каждый ребенок сообщил о своих расходах наедине с каждым родителем по всем видам деятельности и по семи вызовам, выполненным каждым ребенком. Для коррекции асимметрии использовались преобразования квадратного корня из общей продолжительности времени (минут за 7 дней).

Брачный конфликт родителей

Родители заполнили шкалу из 5 пунктов, разработанную Брайкером и Келли (1979). В качестве примера был задан вопрос: «Как часто вы злитесь или обижаетесь на своего партнера?» Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 9 ( очень сильно ). Общие баллы по семейным конфликтам рассчитывались путем суммирования баллов по каждому из 5 пунктов. Альфа Кронбаха составляла 75 и 0,73 соответственно для отчетов отцов и матерей о семейных конфликтах.

Конфликт родителей и детей

Молодежь выполнила задание из 11 пунктов, адаптированное из работы Сметаны (1998).Молодежь сообщила о частоте конфликтов в 11 сферах повседневной жизни (например, работа по дому, домашняя работа / учеба, общественная жизнь, время отхода ко сну / комендантский час) соответственно для матерей и отцов. Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 6 ( несколько раз в день ). Общие оценки конфликта между родителями и детьми были рассчитаны путем суммирования оценок для каждого из 11 доменов. Отдельная оценка была рассчитана для каждой диады родитель-ребенок (т.е. мать-первенец, мать-второй ребенок, отец-первенец, отец-второй ребенок).Альфа-коэффициенты Кронбаха варьировались от 0,78 до 0,83.

Конфликт молодежи с братьями и сестрами

Молодежь заполнила шкалу из 5 пунктов, разработанную Стокером и Макхейлом (1992). В качестве примера был задан вопрос: «Как часто вы злитесь или злитесь на своего брата / сестру?» Ответы варьировались от 1 ( совсем не ) до 5 ( очень сильно ). Общие баллы конфликтов между братьями и сестрами были рассчитаны путем суммирования баллов по каждому из 5 пунктов. Альфа Кронбаха составляла 0,75 и 0,79 соответственно для отчетов о конфликте между братьями и сестрами, родившимися первыми и вторыми.

Результаты

Средние значения и стандартные отклонения всех переменных в исследовании показаны отдельно для матерей, отцов, а также братьев и сестер первого и второго родов женского и мужского пола. Тесты парной выборки t показали, что матери имели значительно более низкий доход, t (352) = -13,35, p <0,01, были более эгалитарными, t (357) = -5,18, p <0,01, тратит больше времени на домашние дела, т (341) = 22,78, р <.01, и сообщил о более высоком уровне супружеских конфликтов по сравнению с отцами, t (353) = 5,28, p <0,01. Независимая выборка t -тесты показали, что первые и вторые родившиеся девочки были более эгалитарными, чем первенцы, t (356) = -9,95, p <0,01, и мальчики, рожденные вторыми, t (356 ) = -7,09, p <0,01. Подростки также проводили больше времени со своими однополыми родителями: в то время как девочки, родившиеся первыми и вторыми, проводили больше времени с матерями, чем первенцы, t (339) = 6.90, p <0,01, и мальчики, родившиеся вторым, t (339) = 5,46, p <0,01, мальчики, родившиеся первым и вторым, проводили больше времени с отцами, чем первенцы, t (339) = -4,44, p <0,01, и девочки, родившиеся вторыми, t (339) = -3,10, p <0,01.

Таблица 1

Средние значения (и стандартные отклонения) всех переменных, сообщаемых матерями, отцами и молодежью




Девочки ( N = 176)

детский

903 903

903

Матери Отцы Первенцы Вторые дети
Мальчики ( N = 182) Девочки ( N = 178) Мальчики ( N = 180)
Образование родителей 14.66 (2,19) a 14,60 (2,39) a
Доход родителей 903,756 (17321)

24321 48 747 (28 158) b
Отношение к женщинам 26,19 (6,05) b -.48 (0,70) a 0,45 (1,03) b −,36 (0,87) a 0,35 (1,01) b

903 903

Время родителей на домашние дела 18,07 (8,77) a 8,76 (5,13) b

8.16 (5,44) a 4,46 (4,43) b 9,42 (5,49) a 6,42 (4,60) b 23 903 903 903 детский 4,87 (4,31) a 7,33 (5,78) b 6,30 (4,75) a
Брачный конфликт 20.03 (6,28) a 18,28 (5,87) b
Конфликт матери и ребенка — 903 6,06) a 23,52 (5,94) a 24,43 (6,15) a 25,19 (7,06) ребенок

21.97 (6,23) a 22,02 (6,12) a 22,22 (6,79) a 23,16 (6,54) a
18,85 (7,50) а 19,07 (7,23) а 19,42 (7,66)

Паттерны гендерного ролевого отношения

Гипотеза (1) утверждала, что кластерный анализ позволит выявить семейные паттерны, характеризующиеся конгруэнтностью и несоответствием гендерных ролевых установок членов семьи.Перед проведением кластерного анализа все отчеты об отношениях были стандартизированы, чтобы переменные с большими отклонениями не преобладали в кластерном решении. Мы сравнили несколько решений с двух-, трех-, четырех- и пятикластерными структурами, полученными на основе иерархической кластеризации. На основе нескольких критериев остановки, включая паттерны дендрограмм, интерпретируемость и размер ячеек (Blashfield & Aldenderfer, 1988), мы выбрали трехкластерное решение как наилучшую характеристику данных.Решение было воспроизведено методом кластеризации K -средний, χ 2 (4) = 286,68, p <0,01 (см.). Возникли три модели семей, которые соответствовали нашим ожиданиям: традиционная группа ( n = 164), в которой оба родителя и оба брата и сестры имели баллы выше выборочных средних по традиционности гендерно-ролевого отношения, эгалитарная группа ( n = 126) , в которой оба родителя, а также оба брата и сестры получили оценки ниже средних по гендерно-ролевой традиционности, и расходящаяся группа ( n = 68), в которой родители сообщили об относительно более традиционных взглядах, но братья и сестры сообщили об относительно менее традиционных взглядах (см. и для стандартных средних значений). переменных кластеризации).

Семейные модели отношения к гендерным ролям

Таблица 2

Перекрестное табулирование результатов методов иерархической кластеризации и кластеризации K-средних

501 9029

9019 9019 9019

Стандартный 3 Средние значения (и стандартные отклонения) кластеризации переменных по типам семейств

Иерархический K -Means
Кластер 1 Кластер 2 Кластер 3 Всего
Кластер 1 100 35 29 164 164 18 126
Кластер 3 1 10 57 68
Итого 101 153 104 153 104
90 280

Кластер 1: традиционный Кластер 2: эгалитарный Кластер 3: расходящийся
Отношение матери .41 (1.01) a , 1 −.73 (.60) b , 1 .34 (.83) a , 1
Отцовское отношение 0,18 (0,91) a , 2 −,69 (0,72) b , 2 0,71 (0,79) c , 2
Отношение старших братьев и сестер .57 (1,02) a , 3 , 4 −,52 (0,73) b , 2 −,45 (0,57) b , 3 , 4
Отношение младших братьев и сестер 0,71 (0,89) a , 1 , 3 , 4 −0,5321 b , 1 , 2 −.68 (.52) b , 1 , 3 , 4

Для дальнейшей проверки нашей гипотезы Мы сравнили кластеры, используя смешанную модель ANOVA 3 (кластер) × 4 (член семьи), и обнаружили значимые одномерные эффекты для матерей, F (2, 357) = 71.29, p <0,01, ε = 0,53, отцовский F (2, 357) = 72,56, p <0,01, ε = 0,53, первенцы, F (2, 357) = 65,70, p <0,01, ε = 0,51, и второрожденные, F (2, 357) = 131,12, p <0,01, ε = 0,65, гендерные ролевые установки (см.) , а также значительный межгрупповой эффект кластера, F (2, 357) = 233,93, p <0,01, ε = 0,75, и значимое взаимодействие кластера × члена семьи, F (2, 357) = 29.59, p <0,01, ε = 0,37.

Последующие тесты Тьюки для одномерных эффектов показали, что отцы во всех группах значительно отличались друг от друга по своим гендерно-ролевым установкам, причем отцы в расходящейся группе сообщили больше всего, а отцы в эгалитарной группе сообщили о наименее традиционных взглядах. . Результаты также показали, что матери в эгалитарной группе значительно отличались от матерей как в традиционных, так и в дивергентных группах, но матери в традиционных и дивергентных группах не различались.Наконец, как первородящие, так и вторые дети в традиционной группе значительно отличались от детей в эгалитарных и дивергентных группах, но между двумя последними группами различий не было.

Чтобы проследить взаимодействие кластера × член семьи, мы исследовали разницу в баллах между членами семьи с помощью последующих тестов Тьюки. Начиная со сравнений матери и отца, этот анализ показал, что родители отличались друг от друга как в традиционной, так и в расходящейся группе, так что отцы были менее традиционными, чем матери в традиционной группе, но более традиционными, чем матери в расходящейся группе.Не было различий между братьями и сестрами ни в одной из групп. Наконец, за исключением разницы между отцом и вторым ребенком в традиционном кластере, дивергентный кластер был единственным типом семьи, в котором различия между родителями и детьми были значительными.

Условия, лежащие в основе семейных моделей гендерного ролевого отношения

Чтобы определить условия, при которых возникли различные семейные модели гендерного ролевого отношения, мы провели серию смешанных моделей ANOVA и анализа хи-квадрат.В частности, в ходе анализа изучались различия между семейными кластерами с точки зрения SES, времени, затрачиваемого родителями на гендерные домашние задачи, времени, которое родители проводят с детьми, и половой констелляции диады братьев и сестер (см. И).

Таблица 4

Средние значения (и стандартные отклонения) демографических переменных, домашних задач родителей и общего времени между родителями и детьми по типам семей

8,3

Кластер1: Традиционный Кластер2: Эгалитарный Кластер3
Управляющие переменные
Материнское образование 14.31 (2,10) a 15,42 (2,20) b 14,07 (2,02) a
Отцовское образование

15,43 (2,44) b 14,26 (2,32) a
Материнский доход 22, 666 (14,319) a 283 b 21, 632 (22,601) a
Доход отца 47, 570 (27,462) a 53, 44, 743 (45,130) a
Время родителей
Женские задачи матери 18.26 (5,38) a b 17,18 (5,09) a 19,29 (4,92) b
Father Feminine Tasks 9,73 (4,72) a 7,92 (5,32) b
Разница в женских задачах отца и матери 10,08 (8321) 58 (6,93) b 11,46 (6,73) a
Мать-первенец 6,06 (5,12) 6,65 (5,5) a
Младенцы-второрожденные 7,36 (5,24) a 8,35 (5,28)
Отцы-первенцы 5.54 (5,18) a 5,95 (5,05) a b 7,58 (5,44) b
Отец-второкурсники 7,47 (4,55) a 6,40 (4,85) a

Таблица 5

Распределение (и процентное содержание ячеек) родственных семей по типам полов 8-927

Кластер 1: традиционный Кластер 2: эгалитарный Кластер 3: расходящийся Всего Девушка-девочка 22 (6.15%) 36 (10,06%) 30 (8,38%) 88 Мальчики 46 (12,85%) 30 (8,38%) 12 (3,35%) 88 Мальчик-девочка 42 (11,73%) 34 (9,50%) 14 (3,91%) 90 Мальчик-мальчик 54 (15,08%) 26 ( 7,26%) 12 (3,35%) 92 Итого 164 126 68 358

Гипотеза 2 (а) предполагала, что в семьях больше традиционного пола родителей ролевые отношения имели бы более низкую СЭС.ANOVA смешанной модели 3 (кластер) × 2 (родительский) выявил значительное влияние кластера на доход матери, F (2, 352) = 5,07, p <0,01, ε = 0,15, тренд - влияние уровня кластера на доход отцов, F (2, 352) = 2,19, p <0,11, ε = 0,08, и значительный общий эффект кластера, F (2, 352) = 6,29, p <0,01, ε = 0,17. Последующие тесты Тьюки показали, что в соответствии с нашей гипотезой, родители как в традиционных, так и в расходящихся семьях имели значительно более низкий доход, чем в эгалитарных семьях.Кроме того, смешанная модель ANOVA 3 (кластер) × 2 (родитель), сфокусированная на образовании матерей и отцов, показала значительное влияние кластера на образование матерей, F (2, 355) = 13,01, p <. 01, ε = 0,25, образование отца, F (2, 355) = 13,08, p <0,01, ε = 0,25, и общий эффект между кластерами, F (2, 355) = 17,82 , p <0,01 ε = 0,29. В соответствии с нашими ожиданиями, контрольный тест Тьюки показал, что родители как в традиционных, так и в расходящихся семьях имели значительно более низкий уровень образования, чем родители в эгалитарных семьях.Учитывая эти результаты и значительную корреляцию между образованием родителей и доходом семьи, r = 0,51, p <0,01, мы создали составной балл SES, объединив семейный доход и уровни образования обоих родителей путем стандартизации каждого балла и суммируя их. Этот индекс SES использовался в качестве контрольной переменной во всех остальных анализах.

Гипотеза 2 (b) постулировала, что у родителей в семьях с более традиционным отношением к гендерным ролям будет более традиционное разделение домашнего труда.Смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родитель) ANCOVA с родителем в качестве фактора внутри группы и SES в качестве контрольной переменной выявила одномерный кластерный эффект на уровне тренда для участия матерей в выполнении домашних заданий, F (2, 336) = 2,51, p = 0,08, ε = 0,09, значительный кластерный эффект для участия отцов в домашних делах, F (2, 336) = 4,07, p <0,01, ε = 0,13, значительный общий родительский эффект, F (2, 336) = 465,33, p <.01, ε = 0,85, и значительное общее взаимодействие кластера × родитель, F (2, 336) = 5,20, p <0,01, ε = 0,16. Последующие тесты Тьюки для определения основных эффектов для кластера показали, что матери в дивергентной группе тратили больше времени на женские домашние дела, чем матери в эгалитарной группе, и что отцы в эгалитарной группе тратили больше времени на женские домашние дела, чем отцы в как традиционные, так и расходящиеся группы. Общий родительский эффект показал, что матери, как правило, тратили больше времени на домашние дела, чем отцы.Однако, в соответствии с нашей гипотезой, наблюдение за взаимодействием родитель × кластер показало, что матери и отцы в эгалитарной группе были более похожи по времени, затраченному на женские задачи, по сравнению с другими группами.

Гипотеза 2 (c) утверждала, что отцы в семьях, для которых характерно более традиционное отношение к гендерным ролям, будут проводить больше времени со своими сыновьями. Анализ времени, проведенного родителями с детьми, не выявил однофакторного кластерного эффекта для времени, проведенного матерью с детьми.Однако смешанная модель 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие) × 2 (брат и сестра) ANCOVA выявила одномерный кластерный эффект для диадического времени старших братьев и сестер с отцом, F (2, 334) = 5,31, p < 0,01, ε = 0,16, и взаимодействие кластера × одного брата, F (2, 334) = 4,75, p <0,01, ε = 0,15. Последующий тест одномерного основного эффекта показал, что отцы проводили значительно больше времени со своими старшими детьми в дивергентной группе по сравнению с традиционной группой.Последующий тест Тьюки для взаимодействия кластер × брат и сестра показал, что отцы в расходящейся группе проводили больше времени со своими двумя детьми по сравнению с отцами в традиционных и эгалитарных группах. Взятые вместе, эта модель предполагает, что отцы в расходящейся группе были относительно больше связаны со своими детьми.

Гипотеза 2 (d) утверждала, что в семьях, для которых характерно более эгалитарное отношение к гендерным ролям, будет больше шансов иметь пары братьев и сестер девочка-девочка, чем диад мальчик-мальчик или смешанного пола братьев и сестер.Анализ хи-квадрат 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие), χ 2 (6) = 28,91, p <0,01, показал, что, частично подтверждая наши ожидания, традиционный тип семьи включает преобладание пар брат-брат, тогда как расходящийся семейный тип состоял в основном из пар сестра-сестра. Кроме того, в эгалитарной группе было несколько больше пар сестра-сестра, чем пар брат-брат. Однако, в отличие от нашей гипотезы, смешанные половые диады (сестра-брат и брат-сестра) оказались равномерно распределенными по типам семьи (см.).

Гендерное ролевое отношение и семейные конфликты

Гипотеза (3) утверждала, что в семьях, для которых характерны несовместимые гендерные ролевые отношения среди членов семьи, будет более высокий уровень конфликтов между родителями и детьми, супружескими отношениями и братьями и сестрами по сравнению с семьями, характеризующимися конгруэнтными гендерными ролевыми отношениями между членами семьи. члены семьи. Смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родитель) ANCOVA не обнаружила эффектов, связанных с кластером, для супружеского конфликта. Точно так же смешанная модель 3 (кластер) × 2 (родственник) ANCOVA не выявила никаких эффектов, связанных с кластерным конфликтом между братьями и сестрами.Однако для конфликта родитель-ребенок пара смешанных моделей ANOVA 3 (кластер) × 4 (гендерное созвездие) × 2 (родственник) выявила значительные общие кластерные эффекты как для конфликта между матерью, так и для конфликта отца и ребенка, F (2, 352) = 3,90, p <0,01, ε = 0,13 и F (2, 352) = 6,15, p <0,01, ε = 0,17 соответственно. В противоречие с нашей гипотезой, контрольные тесты Тьюки выявили более высокий уровень конфликта между матерью и ребенком в традиционной группе по сравнению с эгалитарной группой и более высокий уровень конфликта отца и ребенка в традиционной группе по сравнению с двумя другими типами семьи.

Обсуждение

Хотя некоторые исследователи начали использовать личностно-ориентированные или шаблонно-аналитические подходы для изучения семей (например, Crouter, McHale, & Tucker, 1999; Johnson, 2003), эти подходы традиционно использовались для изучения отдельных людей ( Бергман, Магнуссон и Эль-Хоури, 2003 г.). Настоящее исследование демонстрирует полезность аналитического подхода к изучению семейных систем. Наш анализ показал, что семьи различаются по своим моделям отношения родителей и детей к гендерным ролям.В большинстве семей четыре члена семьи соответствовали друг другу, поскольку все члены семьи были либо относительно более эгалитарными, либо относительно более традиционными по сравнению с людьми из других семей. Одна группа семей, однако, показала несовместимую модель, в которой оба брата и сестры проявляли более эгалитарное отношение, несмотря на более традиционные взгляды их родителей. Этот образец согласуется с представлениями семейных систем о внутрисемейной изменчивости. Возникновение расходящейся модели также предполагает, что, в то время как процессы социального обучения объясняют развитие отношения детей к гендерной роли в одних семьях, в других семьях могут действовать различные механизмы.

Наш анализ показал, что межсемейные и внутрисемейные сравнения дают несколько разные картины конгруэнтности и расхождения семейных установок: как в расходящихся, так и в традиционных группах, матери и отцы также различались своим отношением, так что отцы в расходящейся группе были больше. традиционные, чем их жены, и матери в традиционной группе были более традиционными, чем их мужья. Как мы уже предположили, большинство исследований гендерных отношений сосредоточено на людях или диадах.Наш семейно-ориентированный подход раскрывает более сложный набор процессов, чем был обнаружен в предыдущей работе.

Не было случаев, когда двое братьев и сестер отличались друг от друга своим отношением к гендерным ролям. В этих семьях могут функционировать механизмы социального обучения, так что младшие братья и сестры моделируют гендерные ролевые установки своих старших братьев и сестер (например, McHale et al., 2001). Дальнейшая работа по изучению взаимоотношений между гендерными ролевыми отношениями братьев и сестер с течением времени могла бы дать более глубокое понимание процессов социального обучения, которые влияют на формирование гендерных ролей в подростковом возрасте.

Условия, лежащие в основе семейных моделей

При изучении условий, лежащих в основе этих семейных моделей, результаты согласуются с более ранними исследованиями, показывающими, что образование и доход родителей отличают семьи с более традиционными взглядами от семей с более эгалитарными взглядами (например, Bolzendahl & Myers, 2004 г.). Дивергентная группа также характеризовалась более низким уровнем образования и доходов, как и следовало ожидать, учитывая традиции родителей; однако в этом типе семьи, как уже отмечалось, отношение детей было более эгалитарным.Хотя отношение родителей в этой группе могло быть основано на социально-экономических факторах, похоже, что взгляды их детей — нет.

Помимо основных характеристик, семейные модели гендерных ролей также различались с точки зрения использования времени родителями в семье. В расходящейся группе наблюдалась, казалось бы, парадоксальная картина. С одной стороны, родители в этой группе продемонстрировали более традиционное разделение домашнего труда; с другой стороны, отцы оказались более вовлеченными в дела своих детей, чем отцы из других типов семей.Хотя традиционное разделение домашнего труда согласуется с традиционными гендерными установками родителей в этой группе, относительно высокая вовлеченность в дела детей со стороны отцов предполагает меньшую традиционность. Особого внимания заслуживает высокая отцовская вовлеченность в расходящуюся группу, учитывая, что в этой группе были чрезмерно представлены диады девочка-девочка, братья и сестры, и что отцы в этой группе сообщили о наиболее традиционных взглядах. Примечательно, что хотя матери в этой группе сообщали о более традиционных взглядах по сравнению с другими матерями, они были менее традиционными, чем их мужья.Полученные данные иллюстрируют многомерность гендера: человек с традиционными гендерно-ролевыми установками не обязательно проявляет гендерно-типичное поведение во всех сферах жизни.

Полученные данные также дают некоторое представление о причинах несоответствия между отношением родителей и детей в расходящихся семьях. Когда отцы различаются в своем отношении и поведении, их сообщения детям о гендерной принадлежности могут быть размытыми. Несмотря на традиционное отношение обоих родителей, дети в этих семьях (в частности, дочери) могут замечать более эгалитарную сторону своих отцов и реагировать против традиционной роли их матери в домашнем труде.Это подчеркивает сложность влияний социализации: установки и как матери, так и отцов и поведения могут иметь важное значение в развитии гендерного отношения детей.

Наши результаты показали, что семейные модели отношения к гендерным ролям были связаны с половой констелляцией диады братьев и сестер. Однако наличие не одной, а двух девочек увеличивало шансы семей попасть в расходящуюся группу, и иметь не одного, а двух мальчиков, что увеличивало шансы семей попасть в традиционную группу.Хотя нельзя сделать причинно-следственные выводы из такого корреляционного исследования, как это, кажется более разумным заключить, что половая констелляция диады «вызвала» семейный паттерн гендерных ролевых установок, а не наоборот. Другие исследователи указали на важность рассмотрения роли эффектов ребенка в формировании семейной среды и семейного опыта (Bell & Chapman, 1986; Crouter & Booth, 2003; Russell & Russell, 1992), и все же существует тенденция в семье и семье. исследования развития ребенка, чтобы предположить однонаправленный эффект от родителей к детям.Макхейл и Краутер (2003) ранее продемонстрировали важную роль, которую пол детей играет в формировании семейной динамики. Другое исследование, изучающее различное отношение родителей к братьям и сестрам, предполагает, что половая совокупность братьев и сестер может влиять на уровни и типы поведения родителей по отношению к каждому из их детей (например, McHale, Updegraff, Jackson-Newsom, Tucker & Crouter, 2000). Будущие исследователи могут получить новое понимание, если выйдут за рамки межсемейных сравнений.

Особенно важным было открытие, что наличие не одного, а двух детей определенного пола различает семейные кластеры. В случае расходящейся группы, в которой пары сестра-сестра были более обычными, девочкам, возможно, было легче выразить отношение, несовместимое с родительским, когда они получали поддержку от своих сестер. Точно так же большее количество пар сестра-сестра в расходящейся группе может объяснить менее традиционное отношение матерей по отношению к отцам в том смысле, что наличие двух дочерей может побудить матерей тяготеть к менее традиционным взглядам.В традиционной группе, напротив, преобладание мальчиков в этих семьях может ограничивать осведомленность родителей и понимание вопросов, связанных с гендерной дискриминацией и равенством, которые могут возникнуть при воспитании дочерей.

Семейное гендерное ролевое отношение и семейный конфликт

Вопреки ожиданиям, не было никаких доказательств того, что несоответствие отношения различающейся группы имело негативные последствия для отношений между родителями и детьми. Напротив, в традиционных семьях был более высокий уровень конфликтов между родителями и детьми.Важно отметить, что в этом типе семьи было много пар мальчик-мальчик. Таким образом, одним из возможных объяснений высокого конфликта является то, что большое значение, придаваемое «мужественности» в этих семьях, может стимулировать более стереотипно мужское поведение в отношениях, такое как доминирование, конкуренция и агрессия (Maccoby, 1990; Thompson & Pleck, 1986). . Кроме того, традиционное отношение родителей к гендерным ролям может сочетаться с более авторитарным стилем воспитания, что может иметь последствия для конфликтов с сыновьями и дочерьми.Интересно, что матери в этой группе были более традиционными, чем отцы, и возможно, что это относительное несоответствие между установками родителей разжигало конфликт между родителями и детьми.

Ограничения и направления на будущее

Это исследование помогает понять, как семьи работают как системы. Тем не менее, остаются некоторые вопросы, требующие решения в будущих исследованиях. Во-первых, это исследование было ограничено перекрестным анализом. Для полного понимания процессов, вовлеченных в формирование семейных моделей отношения, жизненно необходимы лонгитюдные исследования.Хотя может показаться логичным сделать вывод о том, что половая констелляция диад братьев и сестер оказала влияние на семейные модели отношения, а не наоборот, продольный анализ, изучающий развитие гендерно-ролевых отношений в семье, мог бы помочь выявить уникальный путь в семье. какие родители и дети влияют на семейную систему. Подобно тому, как отношение детей к гендерным ролям может возникать в процессе развития, модели отношения к семье могут угасать. Аналогичным образом, лонгитюдный анализ необходим, чтобы лучше понять, какой опыт и условия предшествуют расхождению во взглядах среди членов семьи и имеют ли эти различия последствия в долгосрочной перспективе.

Второе ограничение нашего исследования относится к обобщаемости результатов. Хотя участники отражали демографические характеристики региона, в котором они проживали, выборка была довольно однородной как с точки зрения этнической принадлежности, так и с точки зрения СЭС. Гендерно-ролевые ориентации многомерны не только в семейных системах, но и в разных семейных контекстах. По сути, эти модели отношения к гендерным ролям не могут быть универсальными. Результаты кластерного анализа должны быть воспроизведены в других выборках, прежде чем делать выводы о природе и корреляциях моделей гендерного отношения в семье.

Наконец, степень достоверности конфликта между родителями и детьми может быть ограничена. Хотя 11 областей, оцениваемых по шкале конфликта между родителями и детьми, безусловно, представляют области семейной жизни, которые могут вызвать конфликт, возможно, что эти области более точно отражают дисциплинарные или регулирующие практики домашнего хозяйства. В будущих исследованиях можно будет подтвердить результаты этого исследования, касающиеся конфликта, с помощью альтернативных методов измерения конфликта между родителями и детьми.

В заключение, наши выводы подчеркивают важность измерения гендерного отношения нескольких членов семьи.Изучая семейные модели отношения к гендерным ролям, а не просто сосредотачиваясь на отдельных лицах или одиноких парах, можно получить более глубокое понимание процессов, вовлеченных в формирование отношения к гендерным ролям как среди родителей, так и среди детей. Как показывает это исследование, отношение к гендерным ролям связано с аспектами семейной жизни, включая качество взаимоотношений и разделение труда, и определяется семейным контекстом, в который они встроены.

Гендерные роли в семье

Гендерные роли определяются социокультурными нормами любого общества.В большинстве обществ семейные системы основаны на гендерных ролях, и это заранее разработанные гендерные роли, которые помогают членам семьи управлять семьей со связанными обязанностями. Любое нарушение гендерно-ролевого аспекта может повлиять на нормальное функционирование спокойной семьи.

  • Но сегодня современная жизнь сильно изменила структуру семьи, и гендерные роли отошли от традиционных обязанностей и поведения. Фактически, разрыв между мужчинами и женщинами уже исчез, в результате чего было создано все равное общество и более равноправные семьи.Сегодня в семьях нет монархов и в семьях нет членов, которые хотят подчиняться.
  • Все живут вместе, вместе принимают решения, открыто выражают мнение, взаимно критикуют и поощряют, но при этом остаются независимыми и ответственными. Гендерные роли, определенные обществом, могут противоречить современным ролям членов семьи, и многие семьи сталкиваются с дилеммой распада гендерных ролей.
  • Происхождение гендерных ролей восходит к самому становлению социальной жизни.С тех пор, как мужчины начали жить в обществах, они делали различие между мужским и женским полом и подразумевали определенный образ жизни, обязанности и функциональные области для каждого из этих полов. Это было совершенно необходимо в тогдашнем образе жизни людей.
  • Охота была единственным способом заработать на жизнь; таким образом, мускулистые мужчины-члены взяли на себя роль охотников за поставщиками продуктов питания, а физически менее подготовленные женщины-члены взяли на себя роль домработниц и поваров. Мужественность помогла мужскому полу доминировать в обществе и сделала их авторитетными в семьях.
  • Но время сильно выросло, расширяя возможности женского пола до почти равного статуса с мужчинами, и сегодня они осмеливаются жить независимо от помощи мужчин, а иногда и опрашивать мужчин в различных аспектах. Вновь обретенная власть заставляет женщин отказаться от норм и определить новые гендерные роли в семье, что часто может приводить к конфликтам в семье.

Проблемы равенства в семье

Современная социальная структура рассматривает мужчин и женщин как равных партнеров общества с равными правами, статусом и ответственностью.Это внезапное изменение представлений об обществе, в котором доминируют мужчины. В семьях люди, наблюдавшие за авторитарным отцом и покорными матерями, могут ожидать того же, создавая свои собственные семьи.

Равный статус может беспокоить мужей, поскольку укоренившимся элементам превосходства может потребоваться определенное время, чтобы раствориться и принять новую социокультурную установку. Аспект равенства также вызовет определенные проблемы. Кто должен направлять и кого направлять? Кто является авторитетом в семейных вопросах? и т.п., может поставить семью в беду. Если не принять надлежащим образом и не обращаться с ним должным образом, семья может стать похожей на транспортное средство, которое одновременно направляют в разные стороны многие водители.

Столкновение семейных обязанностей

Семья — это не просто институт множества людей, живущих вместе под одной крышей; но союз единомышленников или взаимно любящих людей, связанных определенными обязанностями и ответственностью. Гендерная структура ролей была намеренно разработана первоначальными социальными установками, чтобы помочь людям принять и реализовать конкретные обязанности каждого пола.

Но сегодня оба родителя работают и зарабатывают на семью, а отец и мать пользуются равным социальным статусом и финансовой независимостью. В этот момент никто не несет ответственности за роль домохозяйки, и оба партнера могут настаивать на том, чтобы другой был домохозяйкой. Поправки, понимание и сочувствие — рекомендуемые аспекты, которые могут помочь в благополучной семье. Приверженность вековым концепциям и образу жизни может только ухудшить ситуацию.

Дети и гендерные роли

В традиционной семейной системе было достаточно времени для детей, поскольку мать отвечала за весь процесс ухода за детьми и их развития, а отец должен был принести основные продукты питания.Но современный образ жизни заставляет обоих родителей работать на семью и зарабатывать деньги для удовлетворения требований жизни. Детей часто оставляют с опекунами или оплачиваемыми нянями.

Такой образ жизни может плохо сказаться на семье, поскольку дети могут перестать любить родителей.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *